Клятва дракона, или Непокорная невеста (СИ)

— А где Рен? — спросила я. 
— Правит лодкой. Ярти туман поддерживает, а мне вот заняться пока особенно нечем. Посижу с вами? 
— Конечно! — поспешно согласилась Ана и заерзала, освобождая для железного место. 
Она устроилась на каком-то тюке, и теперь, когда его с ней разделил Ёрни, как бы невзначай коснулась дракона плечом. Тот тут же едва заметно придвинулся ближе, и оба замерли, словно ничего такого не происходит. Вид у обоих был при этом такой хулиганский, что мне захотелось улыбнуться. 
Я поднялась и села напротив, прислонившись спиной к упругому боку Камешка, покрытому плотным мхом, заменяющим мишке шерсть. 
— Ты в порядке? Голова не кружится? — Забеспокоилась Элина. 
— Вроде бы нормально. Пить только хочется. — Я красноречиво поморщилась. 
Во рту было сухо как в Пылающей Пустыне. 
Мне тут же протянули фляжку с водой, и я приложилась к ней, жадно глотая. Утолив жажду, поинтересовалась: 
— И давно мы плывем? 
— Часа два примерно, — ответил Ёрни. — Рен решил не оставаться больше в таверне ни на секунду. Ярти пустил туман, и мы тихонько ушли под его покровом, никого не оповещая. Да и некого было оповещать. Люди спали, как убитые. Похоже, на них тоже воздействовали магией. К счастью, лодка нас уже ждала в указанном месте. Мы погрузились и отплыли никем не замеченные, а туман нас прикрыл. 
— Это вы называете лодкой?! 
Я удивленно осмотрела приличных размеров судно, борта и нос которого терялись в серой мгле. 
— Лодка! — Улыбнулся железный. — Видела бы ты наши корабли, тогда бы знала, что это всего лишь утлая лодчонка! 
— Утлая? — Напряглась Элина, бледнея на глазах и прижимая руки ко рту. 
— Нормальная! Нормальная она! — поспешно исправился Ёрни. — Все хорошо, лодка выдержит нас всех. И медведя тоже! Не беспокойся, пожалуйста, — принялся он увещевать целительницу, видно уже не в первый раз. 
А я ощутила себя лучше и поднялась. Передвигаясь на ощупь, направилась искать на носу Ренгольда. Долго идти не пришлось. Все-таки это была лишь лодка с парусом, а не настоящий корабль. Рен стоял у руля, всматриваясь в непроглядный туман. 
— Ты что-нибудь там видишь? — поинтересовалась я, остановившись с ним рядом. 
— Вижу так, будто этого тумана и нет вовсе. — Серебряный улыбнулся мне и пояснил: — Мы же с Дагбьяртом побратимы. В нас течет частичка крови друг друга. 
— Тебе нипочем его магия? 
— Верно. А ему — моя. 
Я немного помолчала, а потом положила ладонь мужчине на плечо, с удовольствием ощутив под ней стальные мышцы: 
— Спасибо, что спас нас. Я… Я не справилась. 
— Не вини себя, этали. Ты сделала куда больше, чем думаешь. А я — лишь то, что был обязан — защитил свою истинную. — Ренгольд нахмурился. — Только вот, мне кажется, что все намного серьезнее. Мне совсем не нравится происходящее и, пожалуй, я не должен впредь оставлять тебя вовсе. 
Эти слова внезапно меня напугали. Они могли означать и то, что дракон передумал давать мне обещанную ранее свободу. Да, сейчас мы в опасности, но что… Что, если это все им самим и подстроено, чтобы напугать меня как следует. Вдруг он надеется, что я сама откажусь от прежних планов? 
Нет, глупости! Слишком уж сложно. Да и не стал бы правитель севера заниматься подобной ерундой. Иначе, зачем вообще давать слово? 
— Мы не сможем быть рядом все время, Рен! — На всякий случай я принялась отвоевывать свои права. 
— Значит, придется что-нибудь придумать. А пока я бы не отказался от благодарности повесомее, чем просто «спасибо». 
Он уставился на меня, коварно улыбаясь, и я ощутила, как краснеют мои щеки. 
— Ты это сейчас о чем? Можешь сказать прямо, без намеков? — Я даже отступила на шажок. 
— Прямо? Ну хорошо! — Дракон развернулся ко мне всем корпусом и шагнул ближе: — Ужасно хочу, чтобы ты меня поцеловала. Едва держусь! 
Он произнес это так интимно, что я еще сильнее залилась краской. Закусила нижнюю губу, но не сдвинулась с места. Я бы ни за что не призналась, но мне этого тоже очень хотелось. Последний раз мы целовались еще в академии, да и то давненько, и у меня из головы не выходили те поцелуи, превращаясь постепенно в навязчивую идею. Даже сны такие неловкие снились... 
 
— Давай же, Лира. Пока нас прячет туман! — шептал несносный драконище, побуждая меня действовать. 
А потом и вовсе вытянул губы трубкой и изобразил что-то вроде «чмок-чмок-чмок». Выглядело это так по-дурацки, что мне даже стало неловко. 
За него неловко! 
Этот здоровенный, такой взрослый и серьезный мужчина дурачился точно подросток!. Подшучивал надо мной в такой серьезный момент, когда я уже была готова сделать, как он просит, а он дразниться вздумал?! 
Отчего-то слезы подступили к глазам. 
— Придурок! — выплюнула я. 
Круто повернувшись, собралась было уйти, но Рен меня поймал за руку и потянул обратно. Обнял. Прижал к себе. 
— Прости. Я просто так испугался за тебя, как никогда в жизни! Чувствовать, что происходит что-то ужасное, и быть не в силах помочь — отвратительно! Это слабость, Талария, а я не привык быть слабым. Я не знаю, что мне теперь делать? Как выполнить данное тебе слово? Как отпустить тебя, если ты не захочешь со мной остаться после свадьбы? Как убедить тебя остаться? Как привязать тебя к себе? Я дал тебе слово, но уже готов плюнуть на все и стать клятвопреступником! 
Только сейчас, выслушивая этот поток признаний, я поняла, что мой дракон, как и я, пережил серьезное потрясение. И выходит оно таким дурацким способом. И пока он не наговорил чего-то такого, что действительно отменит все наши договоренности, я просто встала на цыпочки, одновременно потянув к себе его голову. 
Если надо его поцеловать, чтобы он прекратил молоть ерунду, я это сделаю!
  
Глава 17
 
Мы остановились незадолго до полудня. Причалили к лесистому берегу, выбрав место подальше от дорог и от жилья, и разбили лагерь. Нужно было привести себя в порядок, порешать бытовые вопросы и поесть. А еще Элина мучилась морской болезнью и тратила силы, чтобы совладать с дурнотой. 
— Я просто сварю себе зелье, и тогда не придется каждый раз прибегать к магии. — Все еще бледная целительница принялась собирать нужные травы, благо они росли прямо у берега. 
Я же старательно избегала взглядов серебряного. Сейчас это было даже сложнее, чем на лодке. Там он вел наше суденышко и не отвлекался, а густой туман какое-то время создавал иллюзию изоляции. Здесь при свете дня мне некуда было деться от этих глаз. Я постоянно натыкалась на его пристальный взгляд и смущалась, чувствуя бегущий по спине жар. 
— Рен, я так и не понял, как ты умудрился не заметить ту мель? — в который уже раз спросил Ёрни. 
— Я же сказал, что отвлекся, — невозмутимо ответил побратиму Ренгольд. 
При этом он снова покосился на меня, и мои щеки предательски вспыхнули, а кусочек мяса, который я жевала без интереса, и вовсе встал поперек горла. 
Не выдержав, я поднялась. Глядя на меня, с места вскочила Анатрана. 
— Ты куда? — поинтересовалась кровная подруга. 
— Руки хочу вымыть. 
Я продемонстрировала подруге липкие от жареного мяса пальцы. 
— Я с тобой! — Ана на ходу сунула в рот последний кусочек вкуснейшего жареного на огне мяса. 
Я только кивнула. Тут же насторожился Аудбьерн: 
— Не уходите далеко, девочки! — попросил он, намереваясь отправиться с нами. 
— Тут всего-то десять шагов до воды! — возмутилась Ана. 
— Берег крутой. Даже через семь шагов, у вас уже только макушки и видны! — возразил железный. 
Не обращая на него внимания, мы спустились к реке. Сполоснув руки в холодной воде, я приложила мокрые ладошки к щекам. 
— Мы сели на мель, потому что вы целовались, да? — спросила подруга напрямик. 
— Да, — не стала отпираться я. 
Все равно ведь не отстанет. 
— Это так миииило! — протянула Ана с трогательной улыбкой.