Повелительница барсов. Попаданка и строптивый (СИ)

Словно в ответ на мой вопрос, двери подземелья, где не столь давно запирал меня озабоченный оборотень, распахнулись и оттуда, окруженную стражей, вывели Дафну. Мне не составило труда тайком прокрасться следом. Я успела поработать в разных частях сада и знала, где можно укрыться так, чтобы никто не заметил. Благо растительность тут была довольно пышная и окультуренная в основном у самых дорожек: зайди чуть глубже – и ты почти в джунглях.
Убийцу подвели к плоскому невысокому камню, стоявшему посреди лужайки. Ее туника была изодрана и пропитана кровью, кое-где на ткани виднелись грязные пятна. Длинные волосы утратили былой лоск, превратившись в грязный колтун, сережки из ушей исчезли.
Дафна стояла перед камнем, покачиваясь от слабости, ее янтарные глаза горели злобой и безумием. Изредка она сквозь занавес неряшливых прядей загнанным зверем оглядывала лица стражников. Казалось, она искала спасения, но, снова и снова не находя знакомого лица, кусала губы и опускала взгляд к земле.
Я поняла, зачем девушку привели сюда, и уже пожалела, что любопытство подвело меня так близко к месту казни, но уходить сейчас было опасно: заметят. К тому же из дворца в сопровождении эрда Солера вышел император.
Арнау было сложно с кем-то перепутать: белые летящие одежды в этом дворце носил он один. К тому же никто из мужчин здесь не обладал такими роскошными волосами, ниспадающими на спину подобно черному шелку.
Император приблизился, и Дафне зачитали приговор. Затем девушку толкнули на колени и уложили голову в выемку на камне. Палач поднял тяжелый топор и по кивку императора опустил его на шею преступницы. Я отвернулась, чтобы не видеть, как на траву хлынет кровь той, что хотела моей смерти.
Голову и тело казненной куда-то унесли, а император с начальником телохранителей неспешным, прогулочным шагом двинулись по дорожке. Неподалеку от меня император остановился, чтобы полюбоваться фонтаном, струи которого сияли под полуденным солнцем, как золото.
– Вы неплохо поработали, эрд Солер. Разумеется, придется еще раз проверить всех подруг этой девушки, но трупы, закопанные в моем саду, – это весьма интересная новость. Я велю казначею выплатить вам премию.
– Ваше императорское величество очень щедры, но позвольте мне выбрать иную награду.
– Вам не нужны деньги?
– Деньги – это хорошо, но я хотел попросить ваше императорское величество о другой награде.
– Любопытно, и что же это для вас дороже золота, эрд Солер?
– Ихи Реджина.
– Мы уже обсуждали это, мой непонятливый слуга! – раздраженно произнес Арнау, отвернувшись от собеседника.
– Но на этот раз все иначе: я спас ее этой ночью от троих убийц. По законам чести ее жизнь теперь принадлежит мне!
– Скажи мне, эрд Солер… а как по законам чести карают подданных, которые утаивают прибыль и не платят полную сумму налога в казну своего императора? Вчера от моего человека пришел отчет о финансовых делах твоего народа, и он меня весьма раздосадовал. Но даже если бы жалкие остатки твоего клана заплатили мне все, что задолжали за последние полгода, в двойном размере, я не отдал бы тебе девушку все равно. Потому что у меня под носом, среди служанок жила шпионка, у меня за спиной зрел заговор, у меня во дворце существовала чья-то иная власть кроме моей. Здесь, в моем саду, убивали без моего ведома и моей воли, и продолжалось все это целых пять лет! Но ты ли нашел шпионку и раскрыл заговор? Дафну тебе на серебряном блюде поднесла ихи Реджина, а доказательства вины – тела тех трех девушек – были найдены по воле случая. Мы знакомы давно. Ты служишь мне много лет, лишь по этой причине я не покарал тебя сегодня за твой народ, который ты не можешь удержать от ошибок. Поэтому я тебе настоятельно советую написать своему заместителю и каждому ахайду* твоего зурма о том, что если в ближайшее время мне не будут выплачены все долги, то я велю своему палачу взяться за серебряные ножи и тонкими полосками снимать с тебя кожу. Твоим жалким сородичам я буду присылать по полоске каждые три дня, пока они не позабудут свою гордость и не выплатят мне все до последнего чекера.
 
(*Любой зурм (княжество) делится на вильты (уделы). Если зурмом управляет лассар или лассара, то вильтами правят ахайды – вассалы-военачальники, которые, в свою очередь, подчиняются лассару или лассаре).
– Если бы вы разрешили мне остаться в клане, этого бы не произошло… – глухо произнес оборотень.
– Если бы я разрешил тебе остаться в клане, ты поднял бы мятеж. Мы оба это знаем, эрд Солер. Только лишенные альфы оборотни будут послушно жить под началом человека.
– Однажды они выберут нового предводителя, и тогда…
– Пока ты жив, не выберут. Именно поэтому я еще не велел отрубить тебе голову, как этой шпионке, казнь которой ты видел сегодня. А совершить самоубийство тебе не даст клятва, данная тобою, когда ты согласился работать на меня. О! Какой яростью сияют твои глаза! Как ты меня ненавидишь! Да, мой кот, я все предусмотрел. Но на что же ты злишься? Вспомни времена, когда человеческое королевство было слабо. Вспомни, сколько наших женщин вы угнали в плен, сделали рабынями и в конце концов замучили! Мы долго терпели издевательства “волшебных” рас, которые никак не давали нам жить спокойно, но теперь демиург дала магию и нам тоже. Это вы теперь поползете на коленях с мольбой о пощаде, ваши спины вкусят кнута надсмотрщиков, и сколько бы вы ни молили, я никогда не верну вам свободу! Никогда вам не быть равными людям! Думаешь, я удовлетворюсь тем, что у меня есть сейчас? Нет, друг мой, пусть я отвоевал часть земель у дроу и нагов, я не намерен останавливаться на достигнутом. Ты увидишь величие человеческой расы, доживешь до тех времен, когда моя империя займет весь континент от моря до моря и гордые темные эльфы станут рабами людей. Нагов я заставлю работать в шахтах. Вы все заплатите за то, что долгие века презирали и притесняли человечество! Цена каждой женской слезы, каждого убитого младенца, каждого проданного в рабство мужчины будет уплачена стократно вашим потом и вашей кровью!
Этот разговор между императором и начальником телохранителей многое для меня прояснил, а еще заставил насторожиться.
Меня нервировало то, что барс не оставлял попыток заполучить меня в единоличное, безраздельное пользование и, похоже, был готов ради этого на все. Что, если эрд Солер умудрится угодить императору и он все же отдаст меня оборотню? Моя интуиция буквально вопила, что нельзя этого допускать, что сбежать от блохастого станет нереальной задачей. Он на мне помешан и точно не сведет с меня глаз.
Меня не вводил в заблуждение рыцарский жест со спасением моей жизни. Оборотень потрудился отбить меня у убийц вовсе не из сострадания, а ради себя самого. Эрд Солер пытался сберечь желанную игрушку, которую хотели сломать другие. Вон даже счет выставил – три поцелуя. Ага, как же! Нет уж, никаких долгов, счетов и сделок с тем, кто пытался взять меня силой!
Он запер меня в темнице и опоил афродизиаком, но потерпел неудачу. Устроил мне демонстрацию своих умений с другой служанкой, но я не прониклась. Хорошо, что Арнау сегодня меня не отдал! Однако мне следует поспешить с побегом, если не хочу угодить в барсовы лапы. На свободе я доберусь до храма, а там демиург поможет мне вернуться домой – и блохастый никогда меня найдет. Я забуду его вместе со всем этим сумасшедшим миром.
За этими мыслями я вернулась к подстриганию кустов. Моя корзина как раз переполнилась срезанными ветвями, и я отправилась к повозке, стоящей на заднем дворе, в которую остальные помощницы садовника приносили и складывали мусор, который позже увезут.
У меня был кусок дорогой заколки, подобранной в гареме, карта, и нож. Не хватало только денег. Ничего, добуду. Я давно приметила одного стражника – любителя выпить и вздремнуть на посту. Жалование охране выдали утром, так что ближе к вечеру он гарантированно будет пьян. Я стащу его кошелек – и адьёс, блохастый амиго, адьёс, император Арнау! Не видать вам попаданки как своих ушей!