Повелительница барсов. Попаданка и строптивый (СИ)

Последнее мое замечание заставило оборотницу озадаченно нахмуриться.
В ответ я послала ей поистине солнечную улыбку.
Вот так, дорогуша. Сиди под домашним арестом, никуда не лезь и отъедайся. Чтобы родить здоровых котят тебе понадобятся силы. Будешь мне демографию поднимать.
Трон в малом зале напоминал скорее небольшой диван с деревянной спинкой, украшенной резьбой и позолотой, для мягкости, прикрытой несколькими подушками. Почти домашняя атмосфера.
Я медленно взошла на возвышение, села на свое место и оглядела расставленные тут и там эриссии. Все вазы были прозрачными, как я и велела. Теперь каждый мог убедиться, что цветы, которыми меня в знак покровительства осыпала демиург, действительно волшебные и не нуждаются в воде.
Двое стражей встали по обеим сторонам от трона, двое у дверей и еще двенадцать замерли по обеим сторонам узорчатой ковровой дорожки, ведущей к трону.
Одиннадцать ахайдов выстроились передо мной в ряд. Для них сидячих мест предусмотрено не было. Флоренс сел у моих ног, прижавшись спиной к коленям.
Я хотела отодвинуться, но вовремя вспомнила, что Тефра говорила мне о прикосновениях.
- Представьтесь, я не знаю ваших имен – обратилась я к ахайдам и те по одному стали подходить ко мне, называя имена и род занятий.
Оказалось, род каждого из глав семейств управлял какой-либо производством. От выращивания фруктов и ювелирного дела, до скотоводства или производства оружия.
У меня рябило в глазах от лиц голубоглазых, светловолосых барсов, которые казались мне похожими один на другого. А еще каждый ахайд в знак приветствия подходил, чтобы потереться щекой о тыльную сторону моей ладони, лежащей на круглом подлокотнике трона.
В этот момент я еще раз возблагодарила свою подругу из императорского дворца.
Если бы не ее наука, я бы сейчас сидела, полыхая от стыда. Впрочем, даже имея представление о местных обычаях, я чувствовала себя неловко и боролась с собой, чтобы не убрать руку с подлокотника.
Блин, ну не каждый день ко мне подходит толпа мужиков, чтобы потереться о мою руку!
Помнится, Гиал еще что-то говорил про гарем. Нет, не буду думать об этом сейчас. В конце концов, его посещение необязательная часть программы, так? Хочу, хожу, хочу – в покоях сижу.
Я заслушала доклады ахайдов и отпустила их. Судя по всему, дела в клане шли неважно. Кроме проблем обозначенных Арнау были и другие. Чтобы поразмыслить за что браться сначала, я решила удалиться в свои покои, но тут в зал вошел Гиал:
- Госпожа, вас хочет видеть один проситель из вашего народа. Прошу, примите его, ибо он очень нуждается в помощи – мне не понравился блеск глаз заместителя альфы. Кто же там, за дверью? Что за посетитель так взволновал Гиала?
- Пусть войдет, – произнесла я, милостиво кивнув, и после этих слов в распахнутую двустворчатую дверь вошел… Рэй Солер собственной персоной!
Альфа замер. Кажется, увидев меня, сидящей на его троне и попивающей лиллу из высокого стакана, он изрядно удивился. Но почему? Ведь приказ о передаче его имущества и его клана мне, он слышал из уст самого Арнау.
Я медленно опустила руку со стаканом, и понятливый Флоренс подхватил его, убирая на поднос, который немедленно унес другой прислужник. Я же, одобрительно потрепав своего личного слугу по волосам, произнесла, обращаясь к Солеру, что продолжал пялиться на меня, как на восьмое чудо света:
- Ихи Солер! Какая, однако, неожиданность! Я думала, ты сгинул в никсарском борделе, однако ты все еще в добром здравии. Поведай мне, зачем ты явился сюда, если больше не правишь этим народом?
Барс, наконец, перестал пялиться на меня, сделал непроницаемое лицо, поклонился и произнес:
- Я прибыл, чтобы попроситься к вам на службу, лассара. Я знаю устройство клана изнутри и могу быть полезен.
- Подойди!
Выглядел бывший альфа прескверно. Длинные серебристые волосы свалялись в колтун, на обнаженной спине виднелись следы плети. Кожа без охлаждающих амулетов пошла волдырями от жаркого солнца. Воистину пустыня жестока и не щадит никого.
 
Вот и Рэй Солер не мог больше стоять: упал на колени и пополз к моему креслу.
- Зачем ты явился? – равнодушно спросила я, глядя на устроенный ради меня спектакль.
- Я прошу вас взять меня на службу, госпожа.
- Назови мне хоть одну причину, по которой я должна принять тебя? Помнится, ты предпочел публичный дом, когда тебе было приказано всего лишь поклониться мне.
Барс полыхнул на меня ненавидящим голубым взглядом и молча отвел глаза. О, кажется, наша гордость на месте! Неужели он думает, что я не выкину его за ворота?
- Позвольте, я объясню, госпожа? – торопливо попросил Гиал.
- Говори.
- Видите алую метку на его руке? Она появляется через некоторое время после встречи с адиаль – истинной парой. В такой момент барс вынужден пуститься в путь: его неодолимо тянет к той, что является его предназначением. Меченых не берут в бордели, поскольку демиург жестоко карает тех, кто посягнет на уже связанного с кем-то оборотня. Уверен, Рэя выбросили за порог, едва завидев метку, и избили, потому что он не отработал тех денег, которые были за него уплачены. Он прошел через пустыню, чтобы добраться до вас и умрет, если вы прогоните его, поскольку он не может длительное время жить вдали от истинной.
- Почему появляется метка?
- Говорят, только по воле демиурга.
Так-так. Очередной подарочек от Хамарры! Мало мне забот с кланом, так еще и отдала мне на воспитание злобного, гордого кошака.
Судя по виду барса, он был готов провалиться сквозь землю из-за слов своего бывшего заместителя. Рэй смотрел в пол, покорно опустив голову, но кончики ушей покраснели, выдавая его с головой.
Подумать только, а ведь еще недавно он возвышался надо мной. Зажимал в углах, насмешничая и издеваясь, что я ничего не смогу сделать в ответ на его грязные домогательства, а теперь приполз обратно, проситься в рабы, но с таким видом, будто оказывает мне милость. Потрепан, да, но даже теперь не сломлен. Дивное зрелище.
Прогнать бы его, но смерть бывшего главы клана не добавит мне очков перед его собратьями. К тому же, перевоспитание гордеца может стать не хилым развлечением в мире, где нет интернета. Решено, берем!
- Что ж, пригласите ихи Солеру лекаря и дайте поесть, а завтра пускай отправляется чистить выгребные ямы.
Два изумленных взгляда от Рэя и Гиала стали мне наградой. Кажется, кое-кто был уверен, что татуировка на руке даст ему положение в клане.
Гиал отмер и, заикаясь, спросил:
- Н-но, госпожа, это же ваш истинный! Почему вы…?
- Уж не хочешь ли ты сказать, ихи Гиал, что многократно оскорбивший меня раб должен жить в роскоши и лени только потому, что у него необычный рисунок на руке?
- Нет, госпожа! – почуяв, что запахло паленым, заместитель поспешно склонился передо мной.
- Я рада, что ты все осознал. Прошу тебя донести до всех: в моем клане бездельников не будет: свой хлеб должен отрабатывать каждый. Если кому-то что-то не нравится – тот может оставить свое имущество и убираться прочь.
ГЛАВА 10
Рэй Солер
Путь по пустыне вымотал меня. Я бы отдохнул в городе, но метка завала, тянула, заставляла идти вперед.
Я не хотел, чтобы народ видел в каком состоянии их повелитель, поэтому в городе разжился плащом с глубоким капюшоном. Но неподалеку от Арк-Надара я снял его и припрятал в дуплистом дереве. Будет нехорошо, если меня примут за обычного бродягу и попытаются обыскать на предмет оружия, которого, к слову, у меня не было.
Стража на входе пропустила меня резиденцию, что еще недавно была моей собственной, но ни один из котов даже не сделал попытки мне поклониться. Похоже, новости о смене альфы достигли их ушей.
На меня накатил гнев. Считают, я недостоин, быть альфой? Как неблагодарно, после того как я столько лет лизал пятки императору, чтобы тот оставил им жизнь!
Я должен увидеть Гиала. Уверен, мой сводный брат поможет мне вернуть власть. Я снова буду править своими котами, пусть даже из тени. Метка снова напомнила о себе чувством сокрушающей тоски и душевного холода, тягой идти вперед, в попытке достичь той, что предназначена мне демиургом. Бездна, как же не вовремя!