Юрта красного ворона (СИ)
– Вот, Селена, познакомься. Это Сьера Конкордия Зирелла Вантервиль. Уже семь лет как моя официальная невеста и шесть лет она моя постоянная любовница.
Я зажмурилась снова, а потом спокойным тоном совсем не вязавшимся с бурей у меня внутри ответила:
- Мой род Вантервилей древнее и знатнее даже твоего. Поэтому по правилам этикета ты сначала должен был представить мне эту безродную девку, а не меня ей.
Я знала, что ему это прекрасно известно. Я много раз видела, как кривятся его губы, когда кто-то грубо нарушал правила этикета. Только вот когда я это делала, он только заливисто смеялся, уверяя меня что красивой женщине можно простить всё.
Я же снобом, никогда не была. Я сама пренебрегала правилами этикета на каждом шагу, но сейчас вдруг выяснялось, что именно они помогают мне не сорваться на крик. Я сьера! А не уличная девка!
- Вот видишь, какая у меня утонченная невеста, Селена! Бери пример – и снова этот мерзкий режущий слух хохот.
Я никогда раньше у Виктора такой не слышала.
- Селен – прошептала я - Селен и его соединения ядовиты, по характеру действия несколько напоминают мышьяк – процитировала я учебник.
- Химия? Ну, разумеется. В нашу первую встречу у тебя был учебник по ней. Я помню. Забавно. Снова химия, только вот теперь в нашу последнюю встречу – хмыкнул он.
- Виктор, что произошло?
Я не верила. Не смотря на то, что вот сейчас передо мной сидит Виктор. Это не мой любимый. Мой Виктор не стал бы при мне обнимать другую, мой жених не стал бы так смеяться и говорить все эти вещи. Я не верила своим собственным глазам и ушам. Но Виктор продолжал бить меня ими. Хлестать, как бичом в древности хлестали преступниц и воровок на площадях.
- Я решил, что наши отношения зашли в тупик. И я принялся искать выход из этого тупика. И я его нашел – сказал Виктор – Вот Селена помогла.
- И давно это у вас с Селеной? – я снова закрыла глаза.
- Ты и в самом деле хочешь услышать ответ на этот вопрос? – ехидно спросил он.
- Селена же была не одна? Судя по ее древнейшей профессии, она одна из многих? – снова спросила я – Ты все семь лет мне изменял с девушками по вызову?
И снова этот жуткий смех. Отсмеявшись, он, зло посмотрел на меня и снова повторил:
- Ты, правда, хочешь знать ответ на этот вопрос?
- Почему? – почти простонала я – Почему ты просто не сказал мне, что я не устраиваю тебя? Почему ты делал вид, что у нас все хорошо? Почему еще вчера был ласков и нежен?
- Ну почему же делал вид? Ты из семьи Вантервилей. Умна, образована, красива. Любоваться тобой рядом со мной было приятно. Да и в постели ты была неплоха. Меня все устраивало. Но обстоятельства изменились. И ты мне больше не нужна. Думал, как это донести до тебя и решил, что вот такой способ будет самым эффектным. Вопросы все сразу отпадают.
Во мне безудержно поднимался гнев. А Виктор между тем продолжил:
- Ты ведь из рода Вантервилей? Ты себя не на улице нашла. Ты не будешь плакать, унижаться и умолять? Не так ли? После такого ты близко ко мне не подойдешь!
Мне послышалась горечь в его голосе. Но я поняла, что мне это просто кажется, взглянув на его руки, обнимающие другую.
И снова волна гнева стала захлестывать меня, и я поняла, что мне не справится.
И я ударила.
Бильярдный стол разлетелся на куски, а Селена испуганно завизжала. Виктор повел бровью, но при этом с места не сдвинулся. Как маг он был сильнее меня и прекрасно знал об этом. Я вряд ли могла бы ему в чем-то противостоять.
- Это всё? Тогда ты можешь быть свободна – издевательски бросил он.
Он меня провоцирует – настойчиво билась в голове мысль, только вот остановиться я уже не могла.
Гнев не отпускал и я снова ударила. Мебель, вазы картины стали осыпаться под моими ударами в пыль. Я била и забирала обратно магическую энергию строго по учебнику. Потратила я пока не много.
Но Виктор многого обо мне не знал. Все эти годы я училась и совершенствовалась. Я не кричала о моих успехах, но часто воображала моменты, когда я смогу ими похвастаться. Только вот никогда в моих фантазиях не было вот такого кошмара.
Видимо в моем взгляде что-то такое все же ему удалось уловить, потому что когда в бильярдной не осталось ни одного целого предмета мебели кроме диванчика, на котором они сидели, и я повернулась к нему - он поставил щит. Магический щит мерцал и переливался. Но только вот я не зря была лучшей ученицей на нашем потоке.
Я ударила. Я вложила в формулу всю мою ненависть и боль, все мои семь лет любви и счастья, весь мой ужас о произошедшем сегодня. И его щит упал.
Я стояла и смотрела в его глаза. Я ничего не делала. Селена визжала как заведенная, но ни я, ни он не обращали на это внимания. Виктор ждал. А потом кривая улыбка появилась на губах, которые еще вчера нежно целовали меня и он спросил:
- Так ты передумала уходить? И решила быть третьей в моей постели сегодня?
Он провоцировал меня, и я снова повелась. Не могла не ответить. И я ударила. Я не собиралась его убивать. Просто хотела, что бы ему тоже было больно.
И он специально пропустил удар.
Я поняла это и не приписала себе победу. Он дал мне ударить. Струйка крови потекла из уголка его губ. Рядом вскрикнула Селена. Я ее зацепила? Девушку я бить не собиралась, прекрасно понимая, что она тут совершенно не причем. Но видимо она крепко прижималась к Виктору и ее слегка тряхнуло.
- Ты в порядке? – даже не поворачивая к ней головы, спросил Виктор.
- Да – кивнула Селена – Но и это тебе придется оплатить.
- Я заплачу. Не переживай – по-прежнему глядя мне в глаза сказал он.
А я прощалась. Смотрела на него и прощалась. Родные глаза, любимые руки и губы, сильное тело и мужественное лицо. Все это больше мне не принадлежало. Виктор порвал со мной самым циничным и грубым способом из всех.
Я развернулась и пошла прочь из особняка.
По дороге я никого не встретила. Все те, кто еще совсем недавно находились в бильярдной, рассеялись скорей всего по особняку, а слуг наверняка Виктор отпустил.
Я вышла на улицу и, пройдя двор, вышла за калитку. Я подняла взгляд на ворона на фасаде. Он был серым, и тут я увидела, как огромная капля скатилась из его большого глаза. Ворон плакал? Да нет. Это мне скорей всего тоже показалось.
Я взмахнула рукой, призывая наемный экипаж. Кучер подъехал, и я бросила адрес. Тут было недалеко, но пешком бы я не дошла. Откинулась на подушки и прикрыла глаза. Скоро будет откат. Я потратила довольно много энергии. Не критично и я восстановлю в течение месяца.
Я давно так не выкладывалась.
А еще придет осознание того что мы с Виктором расстались. Сейчас я действую на эмоциях, и мой разум пока не позволяет мне это до конца осознать. Но боль придет. И лучше мне быть в этот момент дома. Даже хорошо, что Виктор дал мне выпустить пар. Магию я вряд ли в ближайшее время применю, и дома никто не пострадает. Прочему он сделал это? Хотя какая разница. Он столько всего сделал, что сейчас уже и не важно, почему так, а не иначе.
Я успела доехать до дома. Я упала в нежные объятья маман, и только тогда меня накрыло. Магический и эмоциональный откат был сильным и мощным. Меня сотрясали рыдания, и я билась в истерике, не понимая, не представляя - как мне жить с этим дальше.
Маман плакала, отец хмурился, но они оба помогали. И маман, и папа́ делились магической энергией и просто сидели рядом с моей кроватью. Маман кормила меня из ложечки супом и говорила. Она вообще у меня словоохотливая, поэтому речь ее лилась и лилась. Говорила она обо всем на свете и мне это помогало.
Через две недели откат ушел. Магическая энергия вернулась и восстановилась полностью. Я встала с постели. Только вот делать по-прежнему ничего не хотелось. Поэтому еще две недели я просидела, тупо пялясь в окно, на проезжающие мимо нашего особняка машины и кареты.
Машины в основном были в частной собственности, а вот каретами пользовались извозчики. А еще лошади по-прежнему возили за собой большие дилижансы, ходившие по городу строго по расписанию и развозившие бедняков и рабочий люд.