Синкретизм (СИ)
Ручеек правда был один, небольшой, вдоль которого мы и шли в какую-то гору. Да и навряд ли это грачи. Соловьи, скворцы, жаворонки... На звук птиц я не особо отличаю. Больше интересовало — откуда возвышение, да еще и такое нехилое, и почему с него течет ручей? Река-то внизу у нас Москва, запруда тоже... Не, в геологии я силен не больше, чем в орнитологии.
«Слухай, Машк, а с чего сверху ручей течет, разве это так и должно быть?»
«Откуда мне знать, я там что, живу на этом Острове?» — Машка, даже не обернулась отвечая.
Говорить со спиной, как говорят, неприятно, но пониже спины вид был прелестненький, поэтому я был и не против.
«Ты ж Каджитка, вы там разве не упоротые на такое-всякое?»
«Хах, если я в ролевки играть люблю с походами — не значит, что я геолог.»
Маша обернулась и пошла задом, глядя на меня.
«Проектировщик я, дизайнер. Разведка в походах на других и логистика, я больше по части креатива у нас в клане. А ты?» — Машка отдыхала, улыбалась и наслаждалась солнышком. Правда, его становилось все меньше, тучи уже нахмурились.
«А я — не в Каджитах!» — парировал я.
«Капитан очевидность. Помню прекрасно, как ты отказался. До сих пор не интересно погружаться в новые миры и искать необычных приключений?»
«Интересно, только не дома за компьютером. И не настолько упарываться в эту тему.»
«Да мы и не упарываемся...» — кажется Машу это слегка задело, — «Я по крайне мере. Это Мишки любят в лор углубиться, фигурки красить, кольчугу в реале собирать. По части эстетики, сюжета я.»
«Такое дело уважаю. Сценарии — тоже мое. Но без Каджитства обойдусь, я свободный орел, летаю где хочу, порхаю как бабочка...»
«Жалишь как пчела, ясн.» — Машка усмехнулась и повернулась обратно к верхушке горы передом, ко мне задом, — «Долго нам еще туда взбираться, как думаешь?»
«До вершины-то, к шаману?» — я остановился и окинул взглядом предстоящий путь.
«К друиду. Или друидке... Не уверена в феминитиве. К Айне короче, да. Нам на самую верхотуру надо?» — Машка тоже встала и начала осматриваться.
«Сомневаюсь, но звучит вроде логично. Как там было — поближе к звездам, подальше от тьмы?»
«Что-то в этом духе... Но тебе не кажется странноватым, что здесь вообще такая гора вверх, и мы идем уже минут десять, а конца и края не видно подъему?»
Я лишь кивнул в ответ. Меня тоже удивляла местность. Сейчас, оглядываясь, я понял, что мы забрались довольно высоко, можно было увидеть сверху окрестности... И вот тут вторая странность.
«Глянь вокруг, ничего подозрительного, Машк?»
Маша сделала быстрый оборот вокруг себя, хорошенько присматриваясь к каждой детали. И заметила то же, что и я.
«Не видно края острова. Набережной, Москвы-реки даже. По идее островок небольшой должен быть, нет?» — Маша сказала это уже как-то вкрадчиво и тихо, словно ее напугал данный факт.
«Да, мы же не в Серебрянном Бору, тут не больше километра с фигом должно быть по прямой. А мы с тобой уже идём хрен знает сколько. И с ребятами плутали тоже не хило так. Мистика какая-то.»
«А может мы с тобой перенеслись и правда в прошлое, и теперь одни на необитаемом острове, как Адам и Ева?» — заговорчески произнесла Маша.
«Ага, ага. Не мечтай, „суженая-ряженая“. Оптический обман какой видимо, читал я о таком у воды в жару. Или остров и впрямь большой. А мы с тобой башкой перегрелись.»
«Жара, жара...» — напела Машка.
«Чичерину любишь?» — удивился я. Не ожидал эстетического вкуса Марии в музыке.
«Ага, наизусть песенку в школе еще выучила.»
«Давай, удиви вокалом. Хоть веселее идти будет. Я люблю обычно под музыку гулять, но мобилку-то отняли. Пошли, вроде недалеко осталось.»
«Ахах, как скажешь, о Адам! Не отставай.» — Машка побежала вперед, напевая громко и игриво.
«Солнечный день оранжевый блюзЯ не успеваю, но и не тороплюсьЕле дыша катится шарС ветки на ветку не спешаПравый каблук провалился в асфальтТы не дождался очень жальВ полуденный зной маешься злойГде ты сейчас только не со мнойЖара, жараЖареное солнце больших городовЖара, жараЖареное солнцеСолнце забыло дома часыПо телефону прощенья проситьСегодня вчера завтра с утраЗавтра с утра и опять до утраЖара жараЖареное солнце больших городовЖара жараЖареное солнце...»
Чичерину я любил, в школе ее начинал слушать, в институте Ту-лу-ла тоже в башке засела ее в одно время. Радио из Маши вышло вполне себе годное, и голосок поставленный...
«А ты вокалу училась где-то, поешь прям неплохо...»
«Музыкалку семилетку закончила. Спасиб, еще исполнить что? Только сегодня, бесплатный концерт по индивидуальной заявке!»
«Не, не нужно. Я б с радостью послушал, да мы пришли походу. Вон!»
Вершиной эту смотровую площадку назвать нельзя было, но местность была ухоженной, с посаженными разноцветными цветочками, вытоптанной землей. В довершение моей уверенной догадки, что мы там где надо, была скромная избушка, укромно затесавшаяся в ущелье.
«Что за...» — Машка не успела договорить, как ее перебил женский нежный голос.
«Dia dhuit!»
Девушка в мешковатой одежде, стоящая на голове в позе, видимо, из йоги с растопыренными ногами для баланса, радостно хлопала глазками и улыбалась.
«Дио Гуит!» — ответил я.
«Ты что, знаешь этот язык?» — шепотом спросила Маша.
«Не, с какого бодуна» — также шепотом ответил ей, улыбаясь в ответ головостоялке, «Просто повторил, как за границей обычно делаю. Всегда приветствие обычно, типа Нихау или че там еще...»
«Thaitin an baile liom?» — загадочная персона так и не меняла позиции.
«Тачин ан бэйле льом!» — с упорством попугая повторил я, дебильно улыбаясь...
«Походу это уже лишнее...» — прошептала, хихикая, Маша.
«Тачин ан бэйле льом!!!» — еще громче и радостнее сказал я. Может и правда не нужно было, но звучало забавно. Машка засмеялась уже в голос.
«Ní thuigeann tú? Níl aon mhoill ort.» — девушку ничуть не смутил мой прикол, она все также улыбалась и была настроена явно добродушно.
«Ну как, пробнешь повторить?» — сквозь смех и слезы задала вопрос Машка.
«Да иди ты знаешь куда...» — я не обиделся, не расстроился, самому смешно было.
«В ни тигэн ту? Или может в ниль эн воил орт?» — еще сильнее расхохотавшись, проговорила скороговоркой Машка. Ей, видимо, повторить такие лингвистические шутки ничего не стоило. Ролевик со стажем в Подземелья и Драконы, Свитки и прочие игры — не удивительно. У них там языки и позабористее выдумывают.
Плавно перекинув ноги, как гимнастка, назад в мостик, девушка продолжила общение из новой причудливой формы.
«Téimid!»
Э, продолжила общение — неверная формулировка. Она пошла на мостике в сторону хижины. Остановившись на секунду, повернулась к нам и еще раз повторила, явно маня нас за собой. Все также лучезарно радостно и доброжелательно.
«Téimid! Téimid!»
«Похоже она хочет, чтобы мы за ней шли.» — предположил я.
«В мостик вставать будешь?» — Маша продолжала истерично смеяться, — «Или на руках пойдешь?»
Шутки шутками, а я мог. И встал на руки, пошел за моим гидом, подмигнув Машке.
Это ошарашило мою спутницу и привело в еще более гомерическое состояние. Так она и последовала за мостиковой девушкой и рукастым парнем. А что, я люблю размяться лишний разок, земля здесь чистая, удобно.
«Ná bíodh eagla ort, beidh sé spraoi, ní bhitear mé!»
«На, на, ага, ага.» — пробормотал я.
Дойдя до ее жилища, если я правильно понял, друидка сменила позу, наконец-то встав на ноги. Точнее на ногу, на одну, вторую подтянув к первой и сложила руки в ладошки.
«An dtáinig tú le bronntanais?» — с закрытыми глазами спросила она.
«Дай ей безделушки, мы ж за этим здесь, гимнаст ты наш.» — Маша потихоньку начала приходить в себя от угара и уже расстегнула кармашки на своем комбезе.
Спрыгнув с рук на ноги, начал лезть в карманы за Пустышкой и Тотемом. Пустышка кстати, снова отдавала холодным. Высунув их, потянул было к йога-мастеру, но та, не открывая глаз, остановила меня жестом рук. Из сложенных она вытянула их в символический треугольник с сомкнутыми большими и указательными пальцами.