Уголёк. Академия Драконов (СИ)
Вертикальные драконьи зрачки вспыхнули, ответили с манящим теплом и откровенным позывом. Внутренняя драконица встрепенулась, затрепетала и заинтересовано потянулась навстречу.
Нет, нет. Стой на месте, ошалевшая!
Я спешно отвернула взгляд и решила удостовериться в догадке:
— Ты пришёл сюда не ради пополнения резерва, да, Шапье?
— Не ради резерва. — согласно выдохнул Крис и заправил мне за ушко выбившуюся из пучка прядь волос.
Драконица засмущалась, а я дернулась и попыталась вырваться, но крепкие руки прижали сильнее.
— Представлял, как ты придешь ко мне. Сама. И ты пришла. — в голосе появилась хрипотца, заставившая щёки вспыхнуть. А он вдруг задушевно-задумчиво добавил, — Ты слишком одета для предстоящих нам дел.
Две верхние пуговички на моей рубашке расстегнулись, не без помощи очумелых пальцев некоторых. И я дёрнулась ещё раз.
— Прекрати немедленно. Ты не в себе. И моя драконица никакими делами не желает с тобой заниматься!
— Хочешь поиграться, Уголёк? — игриво поинтересовался юноша и ткнулся носом в мои волосы. — Я не трону, если драконица не пожелает. Но Стеф, не обманывай себя, мы оба знаем правду.
После того, как дракон достигает совершеннолетия, он сразу же озадачивается вопросом потомства. И дабы человек не слишком затягивал с решением столь важного для ящера вопроса, несколько раз в году он берет вверх над человеком и выходит на поиск подходящей пары. Для вполне конкретных целей: скрепить союз и наплодить здоровых деток.
Наступление любвеобильного дня ощущается заранее, и девушки-драконицы заблаговременно пьют специальную настойку, усмиряющую неожиданно проснувшуюся тягу к сово… к поиску своего идеала. А для мужчин настойка вредна, и им приходится отсиживаться возле ближайшего источника, если, конечно, они сами не жаждут впасть во власть инстинктов.
А я, получается, практически сама полезла в источник к желающему продолжить свой род дракону.
Даже не знаю, что это, сиер Симон – упущение возможности, обожжённые крылья или злостный шуруп?
Однако, Крис говорил правду. Он не сделает ничего из того, чего не захочу я или драконица. И это могло бы успокоить. Могло бы…
Если бы крылатая сущность внутри не трепетала и смущённо не вздыхала, рассматривая голую грудь, к которой была нагло прижата моя голова. К тому же, проявляла желание дотронуться пальцами до влажной кожи врага. Прямо-таки упорствовала.
Я почувствовала, как собственные зрачки вспыхнули и стали вертикальными, как кое-кто попытался втихаря отодвинуть меня в сторону и поддаться вперед, кое-кто чрезмерно любопытный.
Мы не готовы, — мысленно строго пресекла действия ящерки. — Он тоже этого не желает! Лишь пребывает в плену инстинктов. Ты хочешь стать легкой добычей?
Мои слова она встретила с недовольством и протестом, но все же отступила, напоследок громко и сердито фыркнув.
А вот руки Криса отступать не собирались и, нежно погладив меня по спине, стали как-то подозрительно опускаться ниже.
Мужские ладони самоуверенно ползли по моей спине вниз. Добрались до талии, но остановиться не подумали.
Огонь в венах забурлил и взволнованно растекся лавой. Я снова дернулась. Попыталась оттолкнуть от себя бесстыдного дракона, отстраниться, уплыть, в конце концов. Да хоть занырнуть на самое дно озера, лишь бы оказаться подальше от прикосновений, которые странно тревожили и в то же время будоражили что-то незнакомое и...
Нет-нет, ничего такого!
Наверняка, я всего лишь заразилась драконьим любвеобильным психозом. И именно из-за него по коже бегали стайки мурашек и только из-за вредного вируса мое дыхание прерывалось. Про участившееся сердцебиение не стоит даже упоминать – так, пустяк, всего лишь мышца, пытающаяся ускакать, словно напуганный заяц.
Это всё сущие мелочи. Ведь я хотя бы осознавала свои действия. А вот Шапье совершенно себя не контролировал. Крис, конечно, тот ещё гадский ящер, но он никогда не практиковал фривольное поведение при общении с девушками. К тому же дамы сами с большой радостью вешались на него всеми доступными способами.
Ощутив, как линия приличия была пересечена, я гневно зашипела:
— Шапье, немедленно прекрати!
— Почему, Стеф? — искренне удивился дракон.
А в следующую секунду без зазрения совести прижал свои ладони к моей… Стыд-то какой.
Перед мысленным взором матушка в ужасе размахивалась веером и отчего-то обвиняла именно меня в сложившейся ситуации. Прервав ее причитания, я как можно спокойнее – в какой бы ситуации не оказалась леди, она не должна терять лицо — произнесла:
— Это вопиюще неприлично. Ты разве не понимаешь?
— Мы здесь одни. — невинно улыбнулся ошалевший. — И это очень приятно.
— Немедленно прекрати сжимать пальцы! — кровь прилила к щекам от движений некоторых.
— А если так? — захват на ягодицах слегка ослаб, но не прекратился.
— И так тоже нельзя! — срывающимся голосом произнесла я, борясь с накатывающим на тело томлением.
Драконица между тем вновь попыталась прорваться наружу, безрассудная.
Я вытерла влажную из-за воды ладонь об сухую ткань ещё не до конца промокшей рубашки и сказала:
— Крис, помнишь, как можно заставить дракона забыть о мысли о потомстве? Необходима стрессовая ситуация. Чтобы твой дракон утихомирился и поменял текущие приоритеты нужен стресс.
— Разве я могу испытать стресс, когда рядом ты, моя Стефани? — вкрадчиво раздалось возле уха.
— Так я тебе помогу. Ударю килионом огня, хорошо? Понимаешь, о чем я? — изначально я собиралась пригрозить ему твердым и командным голосом, но по итогу прозвучало как-то жалко и просительно.
А сжимающий меня в своих руках дракон совсем не огорчился, как ожидалось. И даже не возмутился. Наоборот. Он подозрительно оживился:
— Давай, огненная моя. Бей. Хочу ощутить твое внутреннее пламя на себе.
Блеск в вертикальных зрачках сообщал о том, что дело плохо. Фаза –критическая.
— Приди в себя! — вскрикнула я и приложила ладонь к голой груди бывшего друга.
Ощутила, как в груди разверзлось маленькое пламя, затем от него отделилась крохотная искорка, метнулась к плечу, оттуда гибкой и сверкающей змейкой потекла по руке. Подушечки пальцев и центр ладони, который еще именуют оком, вспыхнули. Килион огня за секунду распространился прозрачно-розоватой и раскаленной сетью по телу врага. Точнее, по той его части, которая находилась выше уровня воды.
Я не намеревалась причинять Крису боль. Ударила осторожно и слабо, но вполне ощутимо. Просто чтобы привести его в чувство. Только Шапье отчего-то не обозлился и не отстранился. Представитель воздушных драконов глухо застонал и прижал меня к себе так сильно, будто стремился сломать.
— Ты почему стонешь? Тебе больно? Потерпи еще немного, ладно? Я сейчас снова ударю! Думаю, надо бить чуть сильнее. И все получится! — и тут же выполнила угрозу.
Но, видимо, ошиблась в своих планах и расчётах. Красные глаза Криса запылали совершенным безумием, и я в ужасе замерла.
Несмотря на отсутствие опыта в части близких отношений с противоположным полом, я все же не была беспросветно наивна и имела представление о некоторых особенностях мужской физиологии при определённых процессах. Но сама никогда с ними лично не сталкивалась. С этими особенностями. А сейчас такая особенность отчетливо напирала на меня, прямо-таки бесцеремонно упиралась в живот.
Сиер Симон, кажется, теперь я могла определиться – это гипертрофированный шуруп, и я понятия не имею, как от него скрыться.
— Крис… — обеспокоенно шепнула.
— Да, мой Уголёк. — охрипший мужской голос вызвал волнение и легкую дрожь.
— Оно…
— Оно.
— Оно тыкается в меня…
— Оно выказывает тебе явную благосклонность
— Предпочту без столь ощутимого контакта.
— К сожалению, подобное невозможно.
— Скажи, чтобы оно ушло…
— Оно не может. Не тогда, когда ты так близко. Да и, — он вдруг слегка отстранился и задумчиво сдвинул брови, — «Оно» звучит несколько грубо, Стеф. Ему обидно. Да и мне тоже. Назови как-нибудь иначе. Приятнее для слуха.