Огонь войны и пламя любви (СИ)
— А ты считаешь, что он выживет? — горько усмехнулся Дамир.
— Даже если выживет, то такое существование всё равно хуже смерти, — добавил Витмир, — мы сами всё видели.
— Но смерть Васенчука могла избавить его от проклятья, — возразил Дорогвон.
— Тогда почему остальные оборотни остались монстрами даже после того, как ты убил этого мерзавца? — спросил Дамир. — Нет, Дорогвон, от проклятья не избавиться. Лишь смерть способна принести успокоение несчастному Саиру и скорее всего он предпочёл умереть, чем влачить столь жуткое существование. Уж я- то его знаю.
— В любом случае мы должны продолжать продвижение к Мрачным горам, — твёрдым голосом произнёс военачальник, — быть может, ещё не поздно подоспеть на помощь нашим союзникам.
И эресвенцы продолжали путь. С каждым днём в их сердцах крепла надежда, ведь горы становились ближе, а это означало, что они скоро пересекут степь Отчаяния. Пейзаж начал меняться. Всё чаще по пути встречались сперва одинокие деревья, а потом и целые их группы. Зима скрывала от глаз травы под снежным покровом, зато воины стали замечать, что теперь появились и кустарники. Это была уже лесостепь. На привалах стало возможно разжигать большие костры и отогреваться возле них. Да и шишки хвойных деревьев, попадавшихся всё чаще, разнообразили скудный рацион: можно было вытаскивать маленькие вкусные семена. Земляные орехи страсть как всем надоели, особенно лошадям. Во время привалов разнузданные скакуны тёрлись у деревьев. Они чуяли, что возле стволов под снегом спит сочная трава. Животные ворошили снежный слой копытами, и иногда им удавалось полакомиться зеленью.
Лишь Дорогвон напряжённо хмурился и всё повторял:
— Куда-то запропастились наши враги…чую, не к добру это.
— А ведь и правда давненько оборотни не совершали своих вылазок, — встревожился Витмир.
— Скорее всего впереди какая-нибудь западня, буркнул Дамир.
Но проплывали дни, а западни пока не было. Зато теперь горы возвышались чёрными громадами над равниной.
— А широк ли Илавур? — спросил Дамир у Витмира.
— Да, широк, — кивнул тот. — Хорошо, что сейчас зима и нам не придётся искать брод.
К полудню следующего дня войско вышло к великой реке. В том месте, где находились эресвенцы, берег топорщился заснеженными холмами. На противоположной же стороне сразу начинались горы.
— И как мы через них? — хмыкнул Дамир.
— В горах много троп. Однако лошадей придётся оставить.
— Если бы ещё знать нужную дорогу… — задумчиво пробормотал Дорогвон, — впрочем сперва необходимо переправиться.
Военачальник приказал готовится переходить Илавур по льду. Морозы трещали долгие дни, поэтому лёд являлся надёжным мостом, перекинутым к подножию Мрачных гор. Витмир видел, как отряд разведчиков начал путь на другой берег.
— Подождём пока их возвращения, — объявил Дорогвон, — но к тому времени, как они вернутся, нам нужно уже быть готовыми к переправе. Разделиться на отряды! Каждый отряд будет выходить на лёд в определённом порядке, иначе даже такой толстый ледяной слой не выдержит.
Люди принялись выполнять распоряжение. Командующие назначали ответственных за отряды. Кто-то ворчал, что надо бы и перекусить перед таким мероприятием, но Дорогвон не желал медлить. Нужно было пересечь Илавур немедленно.
Через два часа разведка вернулась и сообщила, что на пути нет ничего подозрительного, если, конечно, так вообще можно было сказать о Мрачных горах. Дорогвон отдал приказ, и армия Эресвена пришла в движение.
Витмир командовал одним из передовых отрядов. Он вёл ратников вперёд, а сам вспоминал своё прошлое посещение этих мест.
— Ты был в замке, Витмир Лавк, — обратился к нему подъехавший на лошади военачальник. Он как всегда был привязан к седлу и не подавал вида, что что-то пугает его. Но Витмир знал, что россказни о Чёрном замке пугают теперь всех. И тем не менее правда об этом логове зла куда ужасней легенд о нём. Витмир не хотел думать о цели их путешествия, уж очень опасной она была, но военачальник вынудил его к этому разговору.
— Сможешь ли ты хотя бы примерно описать нам устройство замка? — продолжал Дорогвон, внимательно глядя на собеседника.
— Была ночь, — неохотно начал бывший рыбак, — к тому же схватка оказалась тогда жаркой… но я кое-что помню достаточно отчётливо. Смогу указать место, в котором мы перелезли стену. Правда с нами была крылатка, и задача наша не была столь трудной, как теперь.
— И всё-таки мы должны выполнить эту задачу.
Витмир промолчал. С того дня, как войска покинул Саир Мак Витмир сделался особо молчаливым. Расставание с лучшим другом Марусом Краснословым далось ему тяжело. Но Марус хотя бы счастлив в своих Королевских покоях вместе с царственной супругой. По крайней мере Витмир так думал, ведь он ничего не знал об участи друга. Теперь ещё и Саир покинул всех, а ведь они успели крепко сдружиться. Молодой мужчина с улыбкой вспоминал, как отстаивал своё право пуститься в долгий и неизведанный путь, а Саир будучи руководителем королевской охотничьей экспедиции не желал его отпускать. Тогда Марус поддержал своего юного друга. Хорошо, что Саир послушал их и взял на себя ответственность отпустить Витмира к Пещере Желаний, чтобы молодой человек смог побороться за свою любовь. Бедный Саир! Сам он умрёт, так и не познав семейного счастья. Эти грустные мысли Витмир не озвучивал, он лишь изредка косился на Дамира и в душе злился на соратника. Ведь именно Дамир разрушил счастье своего друга. И хотя теперь он искренне раскаивается. Витмиру почему-то трудно было не злиться на него.
— Внимание! Выходим на берег! — прервал размышления Витмира зычный голос Дорогвона.
Молодой человек огляделся. И правда, вот они горы! Возвышаются над их головами. Где-то на соседнем хребте располагается логово проклятого колдуна. Теперь Витмир вспомнил схватку с Варканом в его замке. Вспомнился ему и Юлкан, смертельно раненый в том бою. Горькое негодование вызвали эти воспоминания. И ещё они вызывали ненависть, жгучую и непримиримую ненависть ко всем этим ордам гарпигов, дрекаваков и оборотней. Такая ненависть убивает страх даже перед самым грозным врагом. Пусть падут эти легионы зла! Витмир был готов тут же вступит в битву, чтобы крушить этих мерзких приспешников Варкана.
И судьба будто услышала зов его сердца! Внезапно откуда-то сверху раздался пронзительный плач. Плач младенца. Витмир замер. Лицо его перекосилось от гнева.
— Откуда в горах ребёнок? — недоумевали воины.
— Это не ребёнок! — что есть мочи прокричал Витмир. — Я уже слышал такой плач однажды в Заколдованном лесу! Вы привыкли, что дрекаваки визжат, как свиньи, но они способны вводить в заблуждение людей, издавая такой плач.
Дорогвон не стал дальше слушать объяснений, а заорал:
— Приготовиться к бою!
Лязг оружия показал, насколько чётко эресвенцы слушаются своего предводителя. Людская масса ощетинилась, словно гигантский ёж. Плач затих и гробовая тишина казалась почти осязаемой. Лица людей были обращены к горам. Воины мужественно ожидали атаку неприятеля. Тем временем половина эресвенских отрядов всё ещё переправлялась по льду. И тут случилось самое худшее из возможных событий. Холмы на том берегу, который только что покинули люди, огласились воем тысяч глоток. Из-за неровностей рельефа высыпали многочисленные тёмные пятна и застыли, наслаждаясь эффектом, который они произвели на людей, наполняя их сердца страхом. Эресвенцы, не успевшие перейти реку, оборотились к врагам лицом. А на другом берегу по горным склонам уже карапкались низкорослые существа с лицами, похожими на искривлённые лики младенцев. Витмир отчётливо видел торчащие изо ртов клыки и кровожадные красные глазки.
— Ну вот опять эти дрекаваки, — проворчал он.
— Дамир! — заорал военачальник. — Дамир! Поспеши со своим отрядом на подмогу к нашим! К тем, кто ещё не перешёл реку!
— Будет исполнено! — с готовностью откликнулся Дамир. — Эй! За мной! Пора поквитаться с оборотнями, раз уж они вновь заявились к нам!