Тайна эльфийских струн (СИ)

— Я не могу этого знать наверняка. Но в том, что их реакция будет чрезвычайно жёсткой — не сомневаюсь!
— А теперь подумай, что будет происходить на наших и ваших границах, когда это произойдёт. Как думаешь, Тёмные и Серые останутся в стороне? Думаешь, будут просто смотреть на нашу междоусобицу? — маг подошёл к столу, судорожно глотнул воды и неожиданно для находящихся в зале, разбив пустой стакан об пол, закричал: — Да они нас всех перещёлкают поодиночке! Они тут камня на камне не оставят! — вновь подошёл к секретарю. — Ты же сам это прекрасно знаешь, Филииль. Сам всё это понимаешь! Ты уже опытный секретарь. Секретарь, который владеет всей полнотой информации. Фактически, ты пятый член нашего Совета. Неужели ты не видишь тех последствий, которые непременно начнутся, если информация отсюда уйдёт в мир? Неужели тебе чужда наша идея объединения двух народов в один сплочённый социум?
Эльф задумался. Поджал губы, постоял так несколько секунд в задумчивости, а затем, встав по стойке смирно, чётко произнёс:
— Я не могу предать свой народ! — и по слогам: — Не-мо-гу!! Это у вас — у людей, за предательство «хлоп» и голова с плеч. А у нас — у эльфов — привяжут верёвками к корням Древа Жизни и корни эти будут, впиваясь в тело, пить кровь до тех пор, пока нарушавший закон не умрёт. И продолжаться это может очень и очень долго, — поёжился и, ощутив, как его вновь подморозили, продолжил: — Поэтому нет, нет и ещё раз нет! За какую-то эфемерную идею об объединении и дружбе я свой народ не предам.
Лорд Фаербол прикрыл глаза, раздумывая над тем, что ему необходимо в такой непростой ситуации предпринять. Ситуация была крайне неоднозначная и маг понимал, что решение для него будет непростое.
«Хочешь не хочешь, а о данном эпизоде никто узнать не должен! А, значит, и секретарь отсюда живым тоже не выйдет», — горестно подумал он, собираясь озвучить нерадостную для секретаря новость.
Однако, как всегда неожиданно, в его голове прозвучали последние слова, что были сказаны эльфом.
Он, посмотрев на секретаря, спросил:
— Не хочешь молчать за эфемерную идею? Гм, а что, если она будет не такой уж эфемерной?
— Пустые разговоры, — отмахнулся секретарь.
Но маг огня увидел в глазах своего работника зажёгшийся огонёк интереса. Он знал Филииля уже больше года и умел видеть его настроение. Сейчас помощник ждал предложения.
И дождался…
— Пять сотен золота, — ровным тоном произнёс глава Совета, решив гигантской суммой сразу же сломить волю подчинённого.
Однако тот хоть и был небогат, ибо, находясь на службе, получал небольшой оклад, но проявил характер и, высоко подняв подбородок, надменным тоном высокомерно заявил:
— Ни один эльф никогда не предаст свой народ за смехотворные пятьсот голды.
Такой пассаж сильно удивил Пламеня, ведь сумма, что предлагалась эльфу, была равна его жалованию за год.
Однако отступать было нельзя, поэтому маг огня повысил ставку.
— Семьсот!
— Ни один эльф никогда…
— Восемьсот.
— Ни один эльф…
— Девятьсот.
— Ни один…
— Тысяча!
— Ни…
— Извини, Филииль, но это последняя цена, — отрезал Фаербол. — За тысячу голды можно завербовать наёмных убийц, и они закопают тебя так глубоко, что ни один эльф никогда не найдёт. — Увидев, что подчинённый проникся сказанным, решил развить успех. Пламень подошёл к Филиилю почти вплотную, скорчил злобное лицо и прошипел: — Ты же слышал о жерлах вулканов в землях гоблинов? Та лава, что в них кипит, пожирает даже камень — не то, что хрупкую эльфийскую плоть.
Секретарь буквально услышал звук приближающихся шагов неотвратимой смерти, прижал уши и, закашлявшись, закивал головой.
— Я полностью с Вами согласен, Великий Мастер. Тысяча золотых монет вполне себе отличная цена, чтобы забыть про тот небольшой, и я бы даже сказал — ничтожный, инцидент. Тем более он произошел достаточно давно, и, как Вы утверждаете — случайно. Ведь так?
— Конечно, случайно, — пробасил маг земли вновь ударив кулаком о стол.
Стоящие на нём посуда и письменные принадлежности загремели. Но никто из присутствующих не обратил на это никакого внимания. Все собравшиеся, затаив дыхание, ждали решения секретаря.
 
— Вот и прекрасно! — улыбнулся высший эльф. — Не надо больше лишних слов. Всё и так ясно! Мы с вами просто обязаны не допустить кровопролития между нашими, я не побоюсь этого слова, братскими народами. А ствол дерева… Гм, да что с ним будет-то? Дерево — оно и в Изначальных землях дерево. Главное, ветки целы и хорошо.
Как только секретарь упомянул про ветки, глаза у Хэнга тут же забегали и он стал надевать себе на голову железный шлем.
— Отставить! — поняв, что что-то тут неладно, гаркнул Лорд Фаербол и, увидев, что паладин застыл в ожидании, спросил: — Хэнг, лучше скажи сам, что там с ветками этого чёртового Дерева Жизни⁈
— Э-э, да ничего с ними такого особого и не произошло, — буркнул себе под нос Великий воин, надел шлем и вновь начал изучать красивейшую резную люстру, что висела высоко на потолке.
 Глава 15 
 Интерлюдия. Часть №3 
Продолжение интерлюдии. Часть №3
(Маг земли)
— Говори! — закричал маг земли, который тоже понял, что паладин явно что-то скрывает.
— Да я и так говорю — ничего особого не случилось.
— А не особого? Ответь: ветки целы?
— Целы! — кивнул тот, а потом, вздохнув, добавил: — Почти все…
— Что значит — почти?
— А то и значит, что не совсем все. Некоторых веток, совсем немного, не хватает. Прости, их совсем чуть-чуть, немного поотрывали, — пояснил Хэнг и, вновь увидев ошеломлённые взгляды, обосновал логичность своих действий: — Ну, тренироваться-то нам было надо. А те палки, что у новичков при рождении есть, большого числа ударов о ствол не выдерживали. Вот и пришлось их заменить на новые.
— Так посохи же новичков не для физических ударов предназначены! Новички рождаются с волшебными посохами, которые помогают формировать магические заряды! Это преобразователи энергии, а не холодное оружие! С ними аккуратно надо! — расстроено произнёс лорд Фаербол и, посмотрев на хотевшего было что-то сказать секретаря, оборвал его хотелки на корню: — Денег больше не дам! Так что закатай свою губу обратно. Не так много этих веток они там пообрубали, — и повернувшись к паладину: — Там остались ещё ветки?
— Да, — с готовностью подтвердил тот, сняв с головы шлем. И, увидев, что члены Совета услышав эту новость облегчённо вздохнули, для пущей убедительности добавил: — И много!
— Не дотянулись?
— Ну да. Высоко лезть за ними надо было.
— Ясно. Так, значит, у нас с этим всё! Дерево на месте, ветки тоже есть, так что ничего необычного с вашей Иггдрасиль не случилось, — хмыкнул маг огня, и, чтобы больше не возвращаться к скользкой теме, повернувшись к паладину, уточнил: — Я прав, Хэнг? С деревом больше ничего не случилось?
— Да, в общем-то — нет, — стеснительно произнёс тот, и вновь собрался было на всякий случай надеть Железный Шлем Кровавого Застолья, но был остановлен.
— А ну стоять! — тормознул его Пламень. — А ну говори, что там ещё не так?
— Да всё там нормально, — начал вилять пал.
— А ну! — гаркнул в поддержку Главы Совета Фростов. — Говори, как на духу!
— Гм, кору мы там немного тоже того… гм, оторвали, — сознался Великий Герой.
— Кору? — растерянно произнёс лорд Фаербол и покосившись на открывшего рот секретаря. — Но зачем вам кора-то понадобилась?
— Ну так новички у меня рождались без щитов. Вот из коры, прутьев и хвороста мы эти самые щиты и делали. Ведь паладин в бою не только мечом должен драться, но и щитом по случаю обязан уметь владеть, — почесал свой перебитый нос Хэнг.