Тайна эльфийских струн (СИ)

— А им-то зачем?
— Они из совиных клювов и когтей ювелирные украшения делают: кольца, серьги, цепочки, ожерелья, кулоны.
— Бедные животные этого мира, — вздохнул я и перешёл к более насущным вопросам. — Скажите, уважаемый Берталиль, нет ли каких-либо полезных эликсиров, настоек и тому подобных напитков для моего уровня? И если есть, то какова их цена?
— А какой у Вас уровень? Я, признаться, так идентифицировать Вас и не смог. По виду вашей магической мантии ясно, что Вы маг. Но вот какая у Вас специализация и какой ранг, я понять всё же так и не сумел, — несколько застенчиво произнёс тот и неожиданно спросил: — Девятнадцатый? Угадал?
— Почему девятнадцатый? — не стал сразу открывать свои карты я.
— Вы одеты в слишком уж необычную одежду. Такую одежду новички не носят. Значит, Вы на самом деле не новичок, а просто эльф, приехавший в наш городок из другого селения. Ни один бессмертный выше девятнадцатого ранга попасть в наши земли не может, следовательно, Вы не более девятнадцатого ранга.
— А почему Вы называете уровни рангами? Есть какое-то различие?
— Нет, это одно и то же. Просто тут всё дело в истории. Когда-то давно, в начале эпохи, наше королевство было воздвигнуто эльфами-основателями, у которых были крайне сильно развиты иерархия и чувство ранга. С тех пор и пошло. Сейчас, по прошествии не одной тысячи лет, конечно, это считается анахронизмом, но многие наши жители даже сейчас чтут свою историю и поэтому называют уровни рангами.
— Ясно. По всей видимости, прошлое обновление плохо установилось, — буркнул я себе под нос и, видя, что лавочник меня не понял, поправился: — Говорю: традиции — это здорово. Их надо чтить.
— Да, — согласился со мной Берталиль, и вернулся к предыдущей теме. — Так я прав? Вы девятнадцатый?
— Отчасти, — сказал я и, дал разрешение идентификатору, чтобы тот был виден алхимику.
После чего идентифицировал себя.
— Ух ты! Только первый ранг⁈ — воскликнул хозяин лавки. — Откуда же у тебя такая одежда? Она хоть и неказиста, но в ней чувствуется мощь. Честно сказать, я даже затрудняюсь узреть её границы.
— Подарили, — не стал раскрывать я историю приобретения предметов.
— Каковы же параметры этого доспеха? Я не могу их определить. Они скрыты, — посмотрел на палку в моих руках, прищурился и, вероятно ничего не определив, произнёс: — И Ваш посох. В нём тоже чувствуется сила, а вот характеристик увидеть не могу. Вот если бы изготовить «магический эликсир всезнайства» пятнадцатого ранга, то тогда…
— Обойдёмся без этого, — обломал я эльфа, поняв, что сморозил ерунду, вообще начав разговор о моих вещах.
Они были мне подарены сошедшим, скорее всего, с ума учителем новичков и, хотя я не знал и не мог тогда определить ранг того НПС, было абсолютно понятно, что он много больше, чем у бессмертных, только-только прибывших в этот мир. И вот ещё что — вещи, что он мне дал, скорее всего, выше девятнадцатого ранга. Такой вывод можно сделать из того, что эта локация объединена под общий купол и тут играют игроки вплоть именно до такого уровня. Далее они переходят в свободный мир, и вернуться сюда уже не могут.
Так вот, этот психический бородач, что убежал в портал, априори должен был быть большего ранга, чем игроки, находящиеся у него в учениках или обитающие в той локации. Вон, даже секретарь мэра и тот шестьдесят первого уровня. А значит, и наставник новичков не может быть маленького ранга, иначе любой бы девятнадцатиуровневый мог бы таковому мастеру кинуть вызов. Отсюда и напрашивается вывод, что на НПС купола не действуют.
Исходя из вышесказанного, получается, что мои вещи, бесспорно, высокого уровня, а, следовательно, почти наверняка стоят недёшево. А значит, продав их, я получу деньги и смогу купить необходимую экипировку для похода в столицу, если с порталами у меня не срастётся.
Конечно же, возникает вопрос: как идентифицировать эти вещи? Ведь идентификатор их не берёт. А продавать кота в мешке, конечно, можно, но хлопотно это, ведь такого «кота» скорее всего никто и не купит. Любому потенциальному покупателю придётся предоставить технические характеристики предметов. А как это сделать, если ТТХ вещей не определяются? И, судя по всему, определить их смогут лишь тогда, когда я достигну двадцатого уровня. А из этого следует, что нужно докачаться хотя бы до пятнадцатого, чтобы купить необходимый для идентификации «эликсир всезнайства», а уже затем искать потенциального покупателя, разумеется, вначале попытавшись узнать истинную цену предметов.
 
Впрочем, всё это крайне далёкие перспективы. И к тому же очень туманные. Как я смогу продать вещь, если она с меня не снимается? Разве что, когда я стану двадцатого уровня, такая возможность появится. Как говорится: «это ещё бабка надвое сказала». До тех высот ещё докачаться надо.
Ну да ладно, продажу отложим, как минимум до тех пор, пока я не смогу снять с себя этот…'
Тут я прервал свою мысль и, посмотрев на алхимика, спросил:
— Уважаемый господин Берталиль, а нет ли у вас какого-нибудь снадобья, чтобы с бессмертного снялась неснимаемая экипировка?
— А разве такое может быть? — удивился тот.
Пришлось врать про друга, который случайно надел на себя не ту кольчугу, а снять не может.
Мой рассказ показался алхимику крайне удивительным, и он попросил меня познакомить с таким необычным эльфом.
Я понял, что хозяин лавки крайне любопытное создание, поэтому вернулся к сути:
— Так есть эликсир, настой или что-то ещё, что поможет стащить одежду?
— Боюсь, что нет, — покачал головой собеседник. — Во всяком случае, я не знаю рецептуры подобных снадобий.
— А кто знает? — не отставал я.
Тот на секунду задумался и, пожав плечами, произнёс:
— Возможно, в столице кто-то из высокоуровневых королевских магов-алхимиков что-то может сделать. Но я о таких снадобьях даже не слышал. Скорее всего, их и вовсе нет.
— А как же тогда снять? Другу…
— Я точно не знаю, но могу кое-что предположить.
— Будьте любезны, — попросил я, понимая, что любая информация для меня сейчас на вес золота.
— Думаю, что Ваш друг, уважаемый господин Элай, надел проклятую Богами вещь. И снять её могут только те Боги, что прокляли её.
— И всё? Больше никто?
— Ну почему же никто? Думаю, маги при Короле тоже смогут это сделать.
— А те маги бессмертные или местные?
— В основном местные, но у Короля Эльфов много верноподданных. Ему служат и бессмертные.
— А портал отсюда в столицу открыть будет можно? Когда они заработают.
— Можно, но, боюсь, вашему другу придётся идти пешком до столицы. Дело в том, что, скорее всего, проклятая вещь не может пройти сквозь подпространство.
— Вы уверены?
— Исходя из того, что знаю я — да. А вообще, приведите ко мне своего друга, и я уже точно определю, — прищурился алхимик.
— Э-э, — только и сказал я, в очередной раз проклиная чёртового бородача, и пояснил своё замешательство. — Он сейчас не в сети, в смысле — Великий Катаклизм же… Он зайти не может.
— Ага, понятно, — кивнул тот, но было видно, что он мне не поверил.
«Ладно, хватит тут лясы точить», — решил я.
Попрощался, и направился было к выходу, но был остановлен вопросом:
— А продайте мне их?
— Э-э… что? — обомлел я.
— Вещь, что надета на вас и ту, что у вас в руках. Поверьте, я дам хорошую цену.
— Мне надо подумать, — ответил я и, не обернувшись, вышел на улицу, коря себя за глупость, что открылся незнакомцу.
Быстрым шагом подошёл к лестнице, ведущей вниз и, оглянувшись, чтобы удостовериться, что за мной не следят, спустился на уровень ниже. Прошёл через толпу эльфов к другой лестнице и поднялся на два яруса вверх. Огляделся. Слежки вроде бы не было. Нашёл лавочку, стоящую между двух высоких деревьев с золотыми листьями, и, присев на неё, стал панически размышлять.
«Как же я мог допустить такой косяк? Теперь этот алхимик, наверняка, кому-нибудь расскажет о чуде чудном — новичок, у которого есть проклятые вещи! А вещи эти — наверняка дорогие! И дело тут не в том, что я хочу с них получить золото, а совсем в другом. Так как вещи дорогие, то многие, наверняка, захотят их отобрать, ведь я лакомый кусок для любого бандита с большой дороги, — мир мгновенно стал серым, а через мгновение очень и очень опасным: — А как они могут отобрать у меня мои вещи? — задал я себе риторический вопрос, уже прекрасно зная ответ. И неприятный холодок пробежал по спине. — Да очень просто. Для этого им совершенно не нужно со мной вести переговоры и просить о продаже. Им достаточно лишь где-то подкараулить меня и, буднично убив, забрать всё, что их душе будет угодно. Если бы я был обычным игроком, то, умерев, сумел бы возродиться на точке воскрешения. Но я не обычный игрок. И моя смерть будет окончательной и бесповоротной, — тяжело выдохнул. — Справедливости ради, необходимо сказать, что микроскопический шанс на воскрешение, возможно, у меня есть. Ведь раз я в игре и смотрящий за игрой всесильный искусственный интеллект явно принял меня, создав в симбиозе с моей кровью аж целую новую расу — Кровавые эльфы, то, возможно, он сможет меня и воскресить. Но буду ли я после такого воскрешения собой? Одно дело воскрешать набор пикселей и цифр, а другое дело — живого человека с его кровью, жилами, лёгкими, сердцем и так далее, — мир полностью потерял как цвета, так и звуки. — Поэтому нужно исходить из понимания того, что я человек и при смерти умру окончательно. А шансов умереть у меня в этой чёртовой Эллирре очень и очень много! Тем более в опасном пути, в который мне, по всей видимости, таки придётся отправиться. Вот только денег надо найти, купить экипировку и попробовать разведать этот путь. Хотя бы его начало. А вдруг я сумею без проблем его пройти и добраться до вожделенной столицы?»