Кровные узы (СИ)
Шлепая по мокрому полу и обходя препятствия в виде опрокинутых столов и предметов декора, Акрас приблизился к заветной двери. Без сомнений, советник защитил кабинет магией от непрошенных гостей. Но нарываться на расставленные ловушки в планы принца не входило. Он подошел к стене и коснулся её кончиками белых когтей.
По камню прошла волна, а затем открылся тайный проход.
Оказавшись внутри помещения, Акрас победно хмыкнул. Вопреки всеобщему мнению, магический дар в нём пробудился в положенный срок, правда, не стихийный, а ментальный — большая редкость среди веронов. И бесталанность — прекрасное прикрытие для невидимки. Лишнее внимание ему ни к чему.
Не зажигая свет, Акрас осмотрелся. От безвкусной роскоши рябило в глазах. Но… от каждой безделушки и щепки в кабинете старого параноика фонило тёмной магией. Завс боялся собственной тени и защищался всеми доступными способами.
Акрас подошел к столу с документами и личными вещами советника. У Завса имелся портал, ведущий в тайник, куда прятались самые ценные талисманы и артефакты. Вопрос только, где установлен проход?
Взгляд принца остановился на большом прямоугольном зеркале. Тайник показался слишком простым и очевидным…
Отражение исчезло после первого же прикосновения к золотой оправе. Акрас разочаровано хмыкнул. Чего и следовало ожидать от ленивого советника, с трудом передвигающегося от ожирения.
Портал вел в зал с неаккуратно сложенными коробками вдоль многочисленных полок. Посередине непримечательного серого помещения располагалась белая каменная чаша, оплетённая живыми ветвями.
— Чаша власти, — прошептала Акрас и провел кончиками пальцев по поверхности холодной гладкой реликвии.
В старые тёмные времена бывали случаи, когда венценосный младенец рождался у пары веронов, не имевшей отношения к ветви королевской семьи. И чаша власти указывала местонахождение новорожденного с помощью кольца-атрибута. Для веронов древности было важно найти его, обучить и передать городу, где ему предстояло править и держать оборону.
Инаран как-то упоминал при сыне, что жена его брата Искроса — Алирая носила кольцо-атрибут. Веронка не являлась прямым потомком ни Дунгрога, ни тем более Фарада, что не помешало ей править одним из крупных веронских городов и не уступать по силе никому из веронов главной ветви королевской семьи.
Акрас прошел бы мимо чаши, если бы его не привлек металлический блеск. Принц осторожно приблизился к алтарю и заглянул внутрь. В голубоватой воде лежало небольшое кольцо с васильковым камнем.
— Еще один безродный бастард, — равнодушно произнес Аркас, теряя интерес и обращая взор на полки с коробками.
Внезапно кольцо подпрыгнуло, едва не стукнув принца по лбу. Оно обжигало силой и требовало найти его хозяина.
— Замолчи, кусок металла, — принц отошел на безопасное расстояние.
Когда Акрас рылся в коробках в поисках полезных вещей, кольцо подпрыгнуло так высоко, что со звоном упало на пол и по инерции сделало еще несколько лягушачьих скачков.
Оно отзывалось на кровные узы.
Акрас пожалел, что не умел глушить кровную связь, как Акрон — дядя Инарана и свободный брат Конрака. После гибели Искроса Акрон отказался принимать титул временного правителя, послал матерное проклятие совету магов и скрылся в неизвестном направлении. Найти его ни одной ищейке так и не удалось.
Кольцо покатилось, дав понять, что не отстанет. Акрас раздраженно опустил взгляд на артефакт.
— Я не могу тебя взять, — произнес он вслух, ощущая всю глупость ситуации. — Завс заметит твою пропажу, и тогда я сюда больше не попаду!
Непонимающее кольцо очертило дорожку синего пламени вокруг фигуры принца.
Акрас глубоко вздохнул. Он совершил ошибку в тот момент, когда поддавшись любопытству, заглянул в чашу власти. Кольцо-атрибут преследовало владельца до тех пор, пока не оказывалось на его пальце или хотя бы в кармане. Свободно проходило сквозь стены и магические преграды. Странно только то, что оно преследовало Акраса…
— Катись к хозяину! Чего ты ко мне пристало?
Огненная дорожка продолжала расти. Когда кольцо в очередной раз высоко подпрыгнуло, Акрас машинально отмахнулся от него…
Тысячи голосов зазвучали в голове, из носа пошла кровь, а щеку обожгло холодом после соприкосновения с грязным полом. Мир кружился, вертелся и туманился.
— Змей, — позвали.
На пол попадали коробки с верхних полок. Веером рассыпались завернутые в ткань картины. На нескольких ткань вздулась и порвалась, словно от сильного порыва ветра.
Раньше Акрас не верил в рассказы слуг о том, что в картинах веронов жили призраки. Во дворце висело тысячи самых разных портретов со всех уголков Размараля, но никто из них никогда не оживал. Однако, по какой-то причине после смерти Искроса, Завс распорядился снять портреты правителей прошлого и сжечь. Но уничтожить древние холсты оказалось советнику не по зубам: картины не горели в огне и не тонули в воде, их не брала кислота и тёмная магия.
Акрас лежал на полу безвольной куклой, когда одна из картин приняла прямое положение и со скрипом развернулась к нему лицевой стороной. На холсте неведомый художник изобразил белокурого юношу с голубыми глазами. Серебряный костюм без единой складки или пятнышка. Идеально ровно сидящая на голове корона…
— Дунгрог, — опознал предка Акрас.
Юноша на портрете оживал и шевелился. Некоторое время он рассматривал потомка с придирчивым строгим прищуром. Испачканный в грязи и в крови Акрас представлял то еще зрелище.
— Пожалуй, силу других ты не выдержишь, — констатировал Дунгрог.
Акрас ощутил несказанное облегчение, когда остальные картины замерли, так и не ожив. Сколько же с ним хотело пообщаться предков-то?
— Достаточно, чтобы убить тебя, — словно прочел его мысли король прошлого, уголок его рта дернулся. — Пока ты не приобретешь поддержку кровных уз своего народа, и одного меня для тебя много.
Помимо воли рука Акраса поднялась и повернулась ладонью вверх, демонстрируя прилипшее кольцо с васильковым камнем.
— Какая… прекрасная сила, — с восторгом произнес Дунгрог. — Лучшего я и ожидать не мог…
Акраса словно каменные плиты придавили к полу. С трудом ему удалось сесть, невидимая тяжесть давила на плечи.
— Долго же я тебя ждал… Змей, — продолжал король прошлого.
— Меня зовут Акрас, — поджал губы принц, рукавом вытирая кровь с лица.
— Мои видения были несовершенны. Вечная путаница с именами, — не раскаялся Дунгрог, рассматривая потомка с непонятным Акрасу восхищением. В душе похолодело от его внимательного змеиного взгляда. Уж кого точно можно назвать Змеем так это самого Дунгрога.
— Что вы хотите от меня? — спросил Акрас, поморщившись от боли в плечах.
— Чтобы ты нашел истинного наследника и передал ему найденное тобой кольцо. Время пришло.
Акрас недоуменно нахмурился и закашлялся.
— У нас уже есть один наследник…
— Змей, — Дунгрогу, казалось, доставляло удовольствие произносить неправильно имя потомка, — твой седовласый брат — близнец истинного наследника, но не ему я передам бремя власти. Однако его кровные узы достаточно сильны, чтобы облегчить твои поиски.
— Близнец Амрона… С какой стати мне ему помогать⁈ — закричал Акрас, едва снова не встретившись лицом с полом. — Я никому ничего не должен! Я не ваша игрушка!
— Гнев и обида не самые лучшие помощники для стража вроде тебя. Ты не раз проклянёшь себя за то, что промолчал.
— Еще скажите, что я должен простить Амрона за то, что он сделал!
Призрачная рука коснулась подбородка Акраса, отчего голова у принца закружилась, а из носа снова полилась кровь.
— Я правил нашим прекрасным миром много лет и не хочу, чтобы он канул во тьму из-за упрямства моего потомка. Наш мир отравлен, а наследник его исцелит и выведет веронов из мрака. Но если ты желаешь сгинуть во тьме, то можешь ничего не делать.
— Почему я⁈
— Он — наследник моей силы, а ты — моей власти и воли. Ты продолжишь и закончишь моё дело. Нельзя, чтобы об истинном наследнике забыли. Он не должен погибнуть. Если ты не передашь кольцо истинному королю, то ваше будущее незавидно. Другого шанса победить мрак, проникнувший в Размараль, у вас не будет.