Ржевский 6 (СИ)
С той стороны полыхнула вспышка, превосходящая предыдущую по мощности.
Потомок гусара практически одновременно неизвестно как ухитрился материализовать в своих руках карабин, подхваченный им с земли из брезентового свёртка.
Его выстрел прозвучал практически неслышно на фоне звуков с той стороны.
Плазменный шар ахнул на половине пути и исчез.
— Ствол — одно, ещё патроны правильные нужны, — пояснил товарищ.
В следующую секунду он что-то нажал на странном артефакте — и примерно такая же вспышка за мгновение заживо сожгла десяток столичных гвардейцев.
— Плевок Дракона⁈ — под влиянием стресса Шу мгновенно вытащила из памяти информацию, которая, думалось, никогда не понадобится. — Откуда он у тебя⁈
Это был очень серьёзный артефакт из Священного Списка: считалось, подобного уровня вещами могут владеть только крупные храмы основных религий. Исключительно для охраны вместилищ Слова Божьего (не важно, какой веры).
— Потом расскажу, — отмахнулся блондин, с нетерпением ожидая, пока артефакт перезарядится. — Я вот не понимаю, откуда такой бардак. — Он озадачено наблюдал, как мгновенно всполошившиеся нападающие один за другим принимаются открывать индивидуальные порталы.
— Сама не понимаю. Немыслимое беззаконие.
— Ладно. Пару оставим в живых, их и допросим. Хрен вам, а не эвакуация… — Ржевский чуть снизил мощность и с видимым наслаждением принялся гасить овал за овалом. — Эта штука изначально для сбивания десантных порталов предназначена, — он похлопал по артефакту в перерыве между выстрелами. — Магическое возмущение — и канал схлопывается.
Кто-то почти успел скрыться. Закрытый принудительно портал неаппетитно перерезал человека на две половинки. Вдоль. Задняя осталась в Соте, передняя унеслась на точку прибытия.
— А что им мешает за угол зайти и оттуда убежать? — японка задумалась вслух, потому что не понимала действий противника. — Как бездумные насекомые.
— Мне самому странно, — признался товарищ. — Неадекватные какие-то. Ладно, я с сюрпризами прибыл — не ждали. Но они же реально как без мозгов! В чём же тут дело… — он задумался, добивая последние овалы, как в тире. — Или это они после сообщения Далии о моей женитьбе в Эмирате оперились? Стойте тут, пленного сам возьму!
Ржевский размазался в воздухе одновременно с угасанием последнего портального окна и рванул вперёд, чуть не срывая подошвы о спекшуюся землю.
Глава 7
Шу Норимацу, Изначальная Соты, Глава клана Ивасаки. Выделенный абонент сервера Мицубиси.
— Заметил у тебя одну логическую ошибку в построении, — весело сообщил Ржевский на бегу.
Казалось, он совсем не напрягался от веса двух тел, которые волок на плечах.
Трусил себе рысью, ещё по сторонам поглядывал.
— Это ты на тему того, что я сюда за тобой побежала? — поинтересовалась Шу, стараясь дышать ровно, чтобы не сбить дыхание.
Какое всё-таки у партнёра по бизнесу закалённое тело. Чтобы так разговаривать, когда несёшься с грузом, она даже сходу представить не могла, какие дыхательные упражнения нужно практиковать годами.
— Ну да, я нарушила твою просьбу, — вздохнула она. — Но пойми и ты меня: отсиживаться за твоей спиной вечно я не могу. Что скажут в клане?
— Упс. Об этом не подумал, — жизнерадостно ответил блондин, который, как оказалось, и не подумал сердиться. — Для меня-то ты красивая девочка в первую очередь. А у себя — да, глава, — он вздохнул. — Нет, ошибка не на тему, кто из нас с тобой главнее. Ты заметила, что ты своим кланом не управляешь?
— Я пока лишь несколько часов… — начала японка на автомате, чтобы тут же себя оборвать. — Говори дальше.
Дмитрий никогда не делал подобных заявлений просто так. Обычно за его словами стоял двойной или даже тройной более глубокий смысл: есть повод выяснить подробности. Недостойными самооправданиями можно заняться позже и наедине с собой.
— Когда ты описывала мне обстановку, ты начала так, дословно: «Те, кого мне на помощь дали, только с клинками». — Он покосился в её сторону на ходу. — Было такое?
— Да.
— Шу, я тебя люблю! И желаю тебе только добра! Потому извини за лобовой вопрос. Какого хрена в твоём клане тебе кто-то что-то даёт? — потомок гусара помолчал, давая ей возможность обдумать. — Почему не наоборот? Кто в доме хозяин, ты или мыши?
— Не подумала с этой стороны. Действовала по старой привычке: связалась, сообщила потребность, выслушала ответ. Да, ты прав, надо было приказывать.
— Глава клана — ты. Ресурсами распоряжаешься ты. Все политики клана определяешь тоже ты, в том числе кадровые. — Дмитрий, не прекращая беседовать, сбросил тела под ноги. — У тебя самая обычная инерция мышления: резко поднявшись в иерархии, ты продолжаешь чувствовать себя рядовым бойцом. И ведёшь себя так же, — он доброжелательно посмотрел снизу вверх, сидя на корточках.
Казалось, пальцы блондина разрывают одежду пленных на тесёмки и связывают их полученными завязками вообще без участия хозяина.
Соклановцы, уважительными поклонами поприветствовав их по возвращении из-за границ имения, дисциплинированно остались в отдалении.
— Хорошо, что ты наедине это говоришь, — вздохнула Норимацу, присаживаясь рядом и помогая связывать бессознательных магов. — Видимо, руководство людьми — отдельный навык. У меня он отсутствует, действую устаревшими схемами. — Когда нужно, она умела быть безжалостной и по отношению к самой себе. — Прошу их там, где надо жёстко обозначать рамки.
— Тебе слили шлак и балласт, — констатировал Ржевский, переворачивая основательно связанных противников лицами вверх.
Кажется, он задумался, как их привести в сознание после ударов кулаком по головам.
— Поясни?
— Что может пяток народу с ножами против этих магов? — он терпеливо указал под ноги. — С учётом того, что их в шесть раз больше? И дистанция была под стать моему пистолету или карабину, но никак не для ваших… клинков.
Хотел сказать что-то более обидное типа ковырялок.
— Ругай меня, ругай, — уныло повесила голову Шу.
— Ответь на мой вопрос? — серьёзно попросил товарищ.
— Отвечаю. Что может пяток народу в подобных обстоятельствах: достойно умереть. Не запятнать ни своей, ни твоей чести. Выполнить воинский долг до конца. — Она вопросительно посмотрела на напарника. — Не сложить оружия, когда нам предлагали сдачу. Попытаться в последнем броске, уклоняясь от кастов на твой манер, забрать с собой побольше врагов. Крикнуть «банзай», наконец: синхронно, вместе, в едином порыве.
— А-га-га-га-га!
Если бы смеялся кто-либо другой, она бы сочла это издевательством. И реагировала бы соответствующим образом.
Но в исполнении Дмитрия, как говорит Наджиб, конское ржание почему-то не обижало, а настраивало самым парадоксальным образом на точно такой же лад.
Против воли Норимацу тоже слабо хохотнула пару раз.
— А что мне дальше делать, если ты мёртвая? — поинтересовался партнёр с безмятежным видом.
— Достойная смерть в бою — очень хорошее окончание жизненного пути любого самурая, — не согласилась японка. — Ты должен был бы за меня порадоваться.
— Рехнулась⁈ У меня, может, грандиозные планы в твою сторону! — Дмитрий окатил её этим своим масляным взглядом, в которой на удивление добавилась толика возмущения. — Может, мне без тебя белый свет не мил! Может, я без тебя тоже жить не захочу!
— У тебя же уже есть две жены? — с сомнением заметила она. — Сиськи, талии, жопы у них в порядке.
— Две — есть, а ещё двух — нет! Всего вакансий четыре, заполнена только половина!
— Ты меня сейчас заговариваешь, — сообразила азиатка. — Указал на ошибку, как учитель и тренер. Потом отвлёк моё внимание от досады и сейчас заговариваешь зубы, чтобы я обдумала всё на свежую голову.
— Так и знал, что от вашего общения с Наджиб и аль-Футаим добра не будет, — молниеносно помрачнел собеседник. — Все такие умные становятся, убивать пора.