Тайна его сердца

– Нет. – Уинстон смущенно покачал головой. – Совсем нет. Просто… Видишь ли, кто-то может сказать…
Ричард ждал.
– Именно эта ветвь семьи Смайт-Смитов – что-то вроде… – Уинстон вздохнул не в силах договорить.
Он ведь и в самом деле отличный парень, подумал Ричард с улыбкой, пусть и затыкает ватой уши и прикладывается к фляжке во время концерта. Однако Уинстон не может говорить дурно о леди, единственным недостатком которой является лишь то, что она не популярна.
– Если ты начнешь ухаживать за одной из девушек Смайт-Смитов, – наконец заговорил Уинстон, – людям станет любопытно почему?
– Потому что я – выгодная партия, – сухо произнес Ричард.
– А ты – выгодная партия?
– Нет. – Как и Уинстон, он был совершенно равнодушен к подобным вещам. – Совсем нет.
– Перестань, все не может быть настолько ужасно, как ты говоришь.
– Мне только-только удалось избавить поместье Мейклифф от отцовского небрежения и кошмарного управления. Целое крыло особняка в таком состоянии, что там невозможно жить, а еще у меня на руках две сестры, для которых я единственная опора. – Ричард слабо улыбнулся другу. – Нет, не могу сказать, что я такая уж завидная партия.
– Ричард, ты же знаешь, что я… – Бевелсток нахмурился. – Почему в Мейклифф невозможно жить?
Ричард покачал головой и стал подниматься по лестнице.
– Нет, правда. Мне интересно…
Но Ричард уже стукнул молотком в дверь.
– Наводнение, – сказал он, – вредители. А может, еще и привидение.
– Если все так плохо, – быстро заговорил Уинстон, глядя на дверь, – тогда тебе нужно более солидное приданое, чем ты сможешь получить здесь.
– Возможно, – пробормотал Ричард. Но у него имелась еще одна причина увидеться с Айрис Смайт-Смит. Она была умна. Он убедился в этом во время их короткого общения. Кроме того, семья была для нее не пустым звуком. Иначе, зачем еще ей участвовать в этих чудовищных концертах?
Но станет ли она относиться к его семье с таким же трепетом, как к своей? Придется, если они поженятся.
Дверь распахнул дородный дворецкий, который с чопорным поклоном забрал у них визитные карточки. Через минуту их уже провели в небольшую, но элегантно отделанную гостиную, выдержанную в золотисто-кремовых и зеленых тонах. Ричард тут же заметил Айрис, которая сидела на софе, молча наблюдая за ним из-под ресниц. Другая бы начала флиртовать, но Айрис просто смотрела. Оценивая.
Она присматривалась к нему, пытаясь раскусить. Ричард не знал, что и подумать. Его это должно было бы позабавить.
– Мистер Уинстон Бевелсток, – объявил дворецкий. – И сэр Ричард Кенуорти.
Дамы встали, приветствуя их, и друзья сначала сосредоточили свое внимание на миссис Смайт-Смит, как того требовали приличия.
– Мистер Бевелсток, – улыбнулась она Уинстону, – не видела вас целую вечность. Как поживает ваша сестра?
– Очень хорошо. Ее уединение скоро закончится, иначе она не пропустила бы вчерашний концерт. – Он сделал жест в сторону Ричарда. – Мне кажется, вы еще не знакомы с моим другом сэром Ричардом Кенуорти. Мы вместе учились в Оксфорде.
– Сэр Ричард! – Она вежливо улыбнулась.
– Миссис Смайт-Смит! – склонил голову Кенуорти.
– Мои младшие дочери, – представила она двух девушек, стоявших позади нее.
– Я имел честь познакомиться с мисс Смайт-Смит вчера вечером. – Ричард поклонился Айрис.
– Ну да, конечно. – Миссис Смайт-Смит улыбнулась, но глаза остались серьезными.
И опять у Ричарда возникло стойкое ощущение, что его оценивают. По шкале, о которой ему ничего не известно. Он чувствовал себя чертовски неуютно, и ему уже не в первый раз приходила мысль о том, что, если бы на Наполеона натравили лондонских мамаш, то с ним было бы покончено задолго до битвы при Ватерлоо.
– А это моя самая младшая, – она кивнула в сторону белокурой скрипачки. – Мисс Дейзи Смайт-Смит.
– Мисс Дейзи! – Ричард склонился к ее руке.
Уинстон поступил так же.
После того как необходимые формальности были соблюдены, молодые люди заняли свои места.
– Как вам понравился вчерашний концерт? – поинтересовалась мисс Дейзи.
 
Кенуорти показалось, что свой вопрос она адресовала Уинстону, за что Ричард был ей признателен.
– Очень понравился, – сказал тот, как следует прокашлявшись. – Не помню, когда в последний раз я… э…
– Наверняка вы никогда не слышали, чтобы Моцарта исполняли с таким усердием, – отметила Айрис, приходя ему на выручку.
Ричард улыбнулся. Она была находчива, и это привлекало.
– Верно, никогда, – быстро подхватил Уинстон. – То был уникальный случай.
– А вам, сэр Ричард? – спросила Айрис.
Их взгляды встретились. У нее оказались голубые глаза необычайно светлого оттенка. К своему удивлению, Ричард заметил в них дерзкий огонек. Она его дразнит?
– Я считаю, что мне очень повезло присутствовать на нем, – ответил Кенуорти.
– Это не ответ, – сказала Айрис. Впрочем, сказала тихо, так что мать вряд ли ее услышала.
Он приподнял бровь.
– Другого вы от меня не надеетесь услышать.
Айрис открыла рот, чтобы ахнуть, но удержалась и только добавила:
– Добро пожаловать, сэр Ричард!
Разговор крутился вокруг предсказуемых тем – погоды, короля и снова погоды, пока Ричард не воспользовался удачным поворотом в обмене банальностями и не предложил всем прогуляться до Гайд-парка.
– Потому что погода отличная, – заключил он.
– Да, как раз об этом я и говорила! – воскликнула Дейзи. – Солнце сияет необычно ярко. На улице тепло, мистер Бевелсток? Я еще не выходила из дома.
– Очень даже тепло, – ответил Уинстон и послал Ричарду короткий, но уничтожающий взгляд. Теперь Ричард будет у него в долгу. Целый музыкальный вечер Смайт-Смитов ни в коей мере не сравнится с одним часом, который Бевелстоку придется провести рука об руку с Дейзи. Оба прекрасно понимали, что не Уинстон станет сопровождать Айрис во время прогулки.
– Не ожидала так скоро увидеть вас после концерта, – сказала Айрис, как только они оказались на улице и направились в сторону парка.
– А я не ожидал, что вы скажете это, – возразил Ричард. – Разве я произвел впечатление человека, который не проявил к вам интереса?
У нее от удивления расширились глаза. Вообще-то Ричард никогда не двигался напролом, но сейчас у него не было времени для утонченных ухаживаний.
– Не понимаю, – осторожно проговорила Айрис, – чем я заслужила такое внимание с вашей стороны.
– Ничем, – признался он. – К тому же внимание ведь не заслуживают, во всяком случае не всегда.
– Правда? – Судя по голосу, Айрис вновь сильно удивилась.
– И не в тот же момент. – Ричард улыбнулся ей, довольный тем, что поля ее шляпки оказались неширокими и не скрывали лица. – Разве не в этом заключается цель любого ухаживания – определить, стоит ли и дальше заниматься объектом, который привлек первоначальное внимание?
– Мне кажется, то, что вы называете вниманием, нужно назвать влечением.
Ричард усмехнулся.
– Вы, конечно, правы. Прошу, примите мои извинения за ошибку в определении.
– Значит, договорились. Я не привлекла вашего внимания.
– Но вызвали влечение, – отважно прошептал Ричард.
Айрис вспыхнула.
– Вы же понимаете, что я не это имела в виду, – пробормотала она.
– Вы завладели моим вниманием, – решительно добавил Ричард. – Если вы не заслужили его вчера вечером, то уж точно заслужили этим утром.
По глазам было видно, что Айрис смутилась. Тихонько покачав головой, она стала смотреть вперед на дорогу.
– Я никогда не относился к тем мужчинам, кто ценит в женщинах глупость, – беззаботно произнес Кенуорти, словно обсуждая товары, выставленные в витрине лавки.
– Вряд ли вы знаете меня настолько хорошо, чтобы определить, насколько я умна.
– Мне достаточно уже того, что вы не глупы. А говорите ли вы по-немецки или можете считать в уме – это я узнаю уже очень скоро.
Айрис смотрела на него, явно пытаясь не рассмеяться.