Дом восьмого бога
― И какое дело? ― вопрос был задан с большим любопытством.
― Поехали узнаешь...
― Но я тут вёз тебе...
― А давай в кустах спрячем, а на обратном пути я заберу... твои подарки.
Парень кивнул и спрыгнул с коня. Всю остальную дорогу до городка мы ехали молча, но на подъезде он обронил:
― Кари, ты прости, конечно, но от тебя жутко воняет!
Я захохотала:
― Забыл, в каком доме я живу?!
― Нет, просто вонь ужасная!
― И что?! Я теперь перестала тебе нравиться?!
Нянь насупился и отвернулся.
― Дайк, дорогой! Пусть лучше от меня несёт этим запахом, чем волчьим духом (или ангалинским),― это я уже подумала про себя.― Иначе все собаки Латраса прибегут нас поприветствовать.
Парень улыбнулся в ответ, и моя любимая ямочка чётко проступила на его щеке:
― А ты права!
― А то!― и мы дружно захохотали.
И правда, собачьего эскорта на этот раз почти не было, а тявканье из-за пары заборов не считается.
Фаэдр Балмаар пребывал уже на месте, в своём, если выразиться моим языком, офисе. Он жил со всей семьёй в этом же большом доме, а посетителей принимал в пристройке с отдельным входом. Он очень радостно меня встретил, а Дайку загадочно подмигнул:
― Что случилось, эрдана Карина? Нужна помощь?
Я протянула ему завещание:
― Вот... в доме нашла, прочитайте.
Он, аккуратненько так, взял протянутый рулончик и развернул. Дайк вытянул шею и тоже принялся читать, выглядывая из-за плеча городского главы. Я уселась в кресло и с интересом принялась наблюдать за их лицами. Мужчины попеременно поднимали на меня глаза, и я видела, что завещание произвело на обоих большое, если не сказать огромное, впечатление.
― А где вы нашли его, эрдана? Это его почерк, я знаю...― наконец проговорил фаэдр Балмаар.
― В подвале есть дверь. Вот там, в замочной скважине...
― В доме есть подвал?!
― Есть. А вы разве не знали?
― Понятия не имел!― глава города некоторое время глупо улыбался, а потом громко расхохотался.― Ах, Жупан! Ах, пройдоха! Я же спрашивал его, оставляет он дом кому-то или нет! Вот же жук старый! И тут учудил! Вот, хитрец!
Мне стало интересно, всё-таки родственник как-никак, пусть и ненастоящий:
― А что он вам сказал?
― Незадолго до его смерти, я сам поднял этот вопрос, так как старик никому ничего не говорил. А было видно, что он уже совсем плох. Он мне ответил тогда, что наследник объявится сам, а до этого я должен предлагать его дом всем желающим перезимовать в Латрасе. Вот так!
Дайк сначала удивлённо хлопал глазами, а потом как-то незаметно пристроился рядом со мной на подлокотнике кресла. Мой Нянь был в явной растерянности. Городской глава уселся за широкий стол и достал толстый фолиант в кожаном переплёте.
― Ну что ж, эрдана... Я, конечно, не ожидал такого интересного начала дня, но очень рад, право очень,― он хитро заулыбался и поправил ворот рубашки,― что такая красавица поселится в моём маленьком хозяйстве! И женихи у нас для вас найдутся... Верно, Дайкаран?
Дайк сидел молча, уставившись на свои сапоги.
― Жаль, что деньги за аренду придётся вам вернуть. Да, не беда!― и он махнул широкой ладонью.― Не жили богато ― не будем начинать!
Я улыбнулась до боли знакомой поговорке. Где Окатан, где Земля, а как часто совпадают!
― Зачем? Не надо мне ничего возвращать...
Фаэдр Балмаар от удивления даже привстал из-за стола:
― Простите моё любопытство, но неужели вы настолько богаты, эрдана, что золотые ранды вам ни к чему?!
― Ну-у-у,― в этот момент я, действительно, почувствовала себя крутой богачкой. Вспомнилась золотая жила и ожерелье из синего жемчуга.― Не настолько уж я и богата, но пусть эти деньги будут моим... вроде как вступительным взносом в ваше хозяйство, и пойдут на нужды города.
― О-о-о! Эрдана!― он легко вскочил со стула, несмотря на объёмистость фигуры, подбежал ко мне и, склонившись в поклоне, поцеловал руку.― Богиня! Богиня нашего города! Общаться с вами ― сплошное удовольствие!
Я расплылась в царственной, снисходительной улыбке. Приятно быть благодетельницей! Дайк же искоса поглядывал на меня, теребя край плаща.
― Сейчас быстренько составим нужный документ, чтобы вы стали хозяйкой дома Жупана, эрдана Карина. Мне только надо знать ваше полное имя...
― Конечно, фаэдр, пишите...
Он опять уселся на своё место и схватил палочку для письма. «Ну сейчас ты их окончательно добьёшь!»― донёсся хохочущий внутренний голос.
― Карина Мрэя Алексана эн Матвэй,― отчеканила я.
Стилос упал и покатился по доскам прямо под большой комод. Дайк резко вскочил и, наступив на край плаща, чуть не рухнул на пол. Потом оба, в один голос, они не проговорили, а прокричали:
― Эн Матвэй?!
― Да, эн Матвэй.
Немая сцена длилась уже довольно долго, когда градоначальник тряхнул головой, как бы сбрасывая какое-то наваждение, вылез из-за стола и, пройдя через всю комнату, открыл дверь, ведущую в другую часть дома:
― Альба! Кшасу! Мне и гостям!
Потом он обернулся и проговорил:
― Простите, эрдана, день только начинается, но впечатлений уже слишком, вы не против?
― Нет. Да и погода мерзкая, согреться не помешает.
Балмаар захохотал и хлопнул Дайка по плечу:
― И почему ты не сказал, не предупредил, кого привёз в наше захолустье?!
Я молчала. Было интересно, что же Дайк ответит. Но и Нянь хранил безмолвие, опустив голову. Я не выдержала:
― Он не знал, фаэдр Балмаар... Дайк не знал моего полного имени.
― Вот как?! Ну, впрочем, это ваши дела...― и он опять хихикнул.
В комнату вошла довольно симпатичная девушка, темноволосая, лет шестнадцати-семнадцати, в длинном тёмно-синем платье и жакете, отороченным светлым мехом. Она внесла пузатенький кувшин на круглом подносе и три маленькие рюмки из горного стекла.
― Это моя дочь, Альба,― представил он девушку.
Я кивнула в ответ.
― Альба, можно тебя попросить...― Дайк приблизился к ней и прошептал что-то на ухо.
Девушка улыбнулась и ушла. Мы с Балмааром вопросительно глянули на Дайка. Теперь он выглядел таким, каким я его помнила по лесной банде: спокойным и уверенным. Похоже, что он, наконец, взял себя в руки или принял какое-то решение.
― Сейчас Кари покажет вам, фаэдр, интересный и вкусный способ распивания кшасы.
Я захохотала:
― Ты помнишь?!
― Конечно! С тех пор я её только так и пью!
Альба вскоре вернулась и поставила на стол соль в плошке и тарелку с тонко нарезанными переспелыми лиггами. Лигги были сладкими, только если их снимали немного недозревшими. Когда плоды задерживались на дереве дольше положенного, то становились всё кислее и кислее. Такую особенность этих фруктов очень широко использовали в местной кулинарии, привнося в блюда различные вкусы. Для меня же эта была прекрасная замена лимону.
Я разлила крепкую кшасу по рюмкам и скомандовала:
― Фаэдр Балмаар, повторяйте за мной. Насыпаете соль вот сюда, на руку, слизываете, выпиваете и заедаете кусочком.
После третьей рюмки, довольный, раскрасневшийся городской глава, кряхтя, слазил под комод, отпихнув Дайка, который хотел ему помочь, и уселся за стол. Он всё быстро написал, я поставила в нужном месте своё полное имя и получила на руки скрученный в трубочку документ на владение домом Жупана. Однако дело на этом не закончилось.
Фаэдр Балмаар уставился на меня и произнёс:
― Эрдана Кари... Я могу вас так называть?
Я кивнула улыбаясь.
― Дело в том, что это не имеет, по сути, никакого значения, так как завещание подлинное, у меня нет сомнений, но всё-таки... Вы можете доказать, что вы ― эн Матвэй? Род исчез давно... Я думал, что Жупан последний, в ком проявилась столь древняя кровь. А тут вы, такая молодая и к тому же редкостная красавица. Утолите любопытство!
Я вздохнула и начала раздеваться. У мужчин глаза полезли на лоб.
― Спокойно, спокойно...― меня немного качало от выпитого.― Раздевания под музыку не будет.