Серебряная река 2 (СИ)

Я сделал вид, что не понимаю намёков. 
— О матушке ходило множество глупых слухов. Что она владеет секретами всемогущества. Что завладела силами древних. Я не хочу, чтобы из меня выдирали тайны клещами. Тем более, я ничего не знаю! 
Девушка Чжу испуганно на меня посмотрела. Я постарался выглядеть безобидно, но не преуспел. В глазах Чжу Ланьхуа мелькнул страх. Она взглянула на дверь и сглотнула. 
Чтобы отвлечь Чжу Ланьхуа от дурных мыслей, я снова начал расспросы.
— Теперь счастливые сны дарует девушка Чжу. Неужели никто не увидит связи?
— Я не девушка Чжу. В этом месте я — Цветок Орхидеи. Хозяйка павильона уже согласилась, чтобы я жила здесь. Никто не узнает, кто я такая. 
В книге Цветок Орхидеи вела странную жизнь. Она прославилась в городе Жемчужных облаков и даже за его пределами. 
О её умении развлекать беседой, петь и играть на флейте ходили легенды. Говорили даже, встреча с Прекрасной сливой дарила душе покой, а телу — здоровье.
Множество мужчин жаждало увидеть красавицу и провести с ней всю ночь. Все они были обмануты.
Чжу Ланьхуа поила их чаем с пилюлями Радужных облаков. Вскоре клиенты засыпали и всю ночь наслаждались снами.
Интересно, что там были за сны? Никто не ушёл недовольным. Пилюли по рецепту Бессмертной Чжу действовали даже на тех, кто возвысился.
— Мастер Вэй, как ты узнал, кто я такая? И откуда узнал про пилюли?
Я не ответил. 
— Я искал Бессмертную Чжу. Мне нужны её записи. Я знаю, они у тебя. Дай мне прочесть их, и я оставлю тебя в покое. Клянусь, я не украду эти записи. 
Я поднял вверх ладонь и обратился к духовному корню. Связь с элементом — это связь с мирозданием, словно пуповина, разорвать которую невозможно.
Я немного узнал про печати, их легко наложить на себя. Из ладони вырвалась лента воды и обратилась чёрной черепахой. 
Черепаха, сотканная из духовной силы, воды и самой жизни, лениво перебирала лапами и парила над раскрытой ладонью.
— Я не заберу силой записи девушки Чжу. Я не скажу ни слова о том, что Чжу Ланьхуа — дочь Бессмертной Чжу. Если от этого не будет зависеть моя жизнь. Или жизнь кого-то ещё. И если девушка Чжу не причинит мне вреда.
Едва я замолчал, черепаха превратилась в печать. Грудь обожгло.
— Мастер!
Я пожал плечами.
— Не собираюсь умирать из-за тебя. 
[Внимание!]
[Вы не должны вмешиваться в события, не относящиеся к реципиенту].
[Наказание за невыполнение условия: интенсивность — низкая].
Опять? Я стиснул зубы. Глаза обожгло. Внутри вспыхнуло пламя, пожирая меня изнутри. 
— Мастер Вэй! Да что с тобой происходит! Давай я помогу тебе лечь! 
Прикосновения девушки вызывали новые волны боли. Я терпел, не произнеся ни единого звука. Это просто боль. Она пройдёт. Скоро пройдёт.
Проклятая Система! Умри, умри, умри! 
Это когда-нибудь кончится?!
«Я не могу отменить клятву! — заорал я про себя. — Даже не знаю, как! Хочешь, чтобы я просто здесь сдох?!»
Боль продолжалась ещё пару мгновений. Они показались мне вечностью. Долбаная садистка. 
Меня трясло.
— Мастер! Не плачь!
Я не плакал. Глаза жгло от злости. Я вытер лицо рукавом. 
— Мастер Вэй, ты болен? Поэтому искал Бессмертную Чжу? Матушка умела лечить болезни.
Я кивнул.
— Да, поэтому. Моя болезнь очень редкая. Я думаю, она связана с одним из пяти древних родов. Поэтому ищу всё, что связано с ними. 
— Мастер! Я дам тебе почитать записки матушки. Только… У меня остались старые записи. Остальные матушка носила с собой. Она всё время их перечитывала. 
Я выпил вина и кивнул. 
Проклятая Система. Я придумаю, как тебя обмануть.
  
Глава 48
 
— Мастер Вэй, — пьяно хихикнула девушка Чжу, — хозяйка сказала, что ты развратник.
Чжу Ланьхуа принесла светильники из бамбуковых трубок, заполненных жиром. Светильники чадили и нещадно воняли.
— Почему развратник? — удивился я.
— Только развратники заботятся о том, чтобы было светло.
Я вздохнул. 
— Ложись спать, девушка Чжу. Я разбужу тебя утром.
Чжу Ланьхуа помотала головой и уселась напротив. Я достал из хранилища ещё один кувшин с вином и закуски. 
 
— Тогда сиди тихо и не мешай.
Остаток ночи прошёл спокойно. 
Я читал записи Бессмертной Чжу, по большей части скучные и бесполезные. Местные писали бестолково и многословно, раз за разом повторяли одно и то же.
Описания древних развалин, сплетни тысячелетней давности, расчёты для артефактов, в которых я ничего не смыслил, рецепт рисовых пирожных и супа из свежих моллюсков — я с трудом пробирался сквозь росчерки иероглифов.
Бессмертная Чжу беспрестанно ругалась, проклиная Императора У, Ордена и Школы, которые мешали её исследованиям. Со времён Разлома прошло много лет, но люди всё ещё боялись его повторения. 
Знания древних, артефакты, старые руководства и техники открыто не запрещали. Но на тех, кто чрезмерно увлекался их поисками и изучением, смотрели косо. В мире совершенствующихся Бессмертная Чжу была изгоем. 
О «Духовных помощниках» в записях упоминалось лишь дважды. Я узнал очень мало.
«В поместье Чан мы нашли ошейники, — писала Бессмертная Чжу, — но они не работали. Ли Ван рискнул и примерил один, но ничего не случилось. Может быть потому, что больше нет алтарей, где черпали силы старые семьи? «Духовный помощник» — ошейник, как у раба… Нравы семьи Чан всё больше меня удивляют».
Какой алтарь питает волшебный гуань на моей голове? Где найти его и как отключить? 
У главной ветви семьи И был камень предков, который признал И Фухуа новым главой рода. Это и есть «алтарь»?
Наверное, в семье Вэй Шуи тоже есть такой камень. Но сомневаюсь, что Система подключена к нему. 
В конце записей я нашёл ещё кое-что. Надеть или снять «Духовный помощник» мог только глава рода. Я должен попасть в Поместье луны шелкопряда. Но сначала расспрошу старшего брата Шэна.
С первым лучом солнца я закончил читать дневники. Кое-что я записал. Девушка Чжу уснула, мне не пришлось просить разрешения. 
Закуски остыли, но я их доел: негоже тратить еду впустую. С вином расправилась девушка Чжу. Она спала сидя, прислонившись к стене. Ханьфу разметалось по полу. 
Спящая девушка казалась беззащитной и милой. Сердце кольнула жалость. 
Нефритовая подвеска, которую я вернул Чжу Ланьхуа, была подарком её матушки. Не украшение, но артефакт, который связывал мать и дочь. Он должен был стать защитой для девушки Чжу, но случилось иначе.
Бессмертная Чжу вошла во Дворец трёх сокровищ и семи испытаний и попала в ловушку. Много лет она боролась за жизнь, заплутав в бесконечном лабиринте, полным боли и ужаса. 
Когда силы Бессмертной заканчивались, подвеска тянула их из Чжу Ланьхуа. Тянула так много, что ломала меридианы, иссушала даньтянь досуха, а если не хватало и этого — девушка Чжу теряла жизненные силы. 
Знала ли Бессмертная Чжу, что убивает дочь?
Всё закончилось хорошо. И Фухуа понял, что подвеска сжирает Чжу Ланьхуа изнутри, и помог девушке продержаться. Разрушить связь с матерью Чжу Ланьхуа отказалась. Может быть, это спасло Бессмертную Чжу?
Выбравшись из Дворца трёх сокровищ и семи испытаний, Бессмертная щедро одарила И Фухуа за спасение дочери. И хотя тот говорил, что ему нужна лишь любовь Чжу Ланьхуа, отчего-то он взял всё, что ему предлагали. 
Приведя в порядок одежду, я разбудил девушку Чжу. 
Сонный взгляд девушки прошёлся по мне и в мгновение стал осмысленным и ясным. Чжу Ланьхуа подскочила, оглядываясь.
— Записи твоей матушки на столе, — я указал на стопку свитков и книг. 
Чжу Ланьхуа пролистала книги, и кипа бумаг исчезла в её руках. 
— Может, продашь мне немного твоих пилюль? — спросил я напоследок. — Из-за болезни я плохо сплю. Я хорошо заплачу́. 
Девушка долго молчала, а потом сунула мне в руку небольшой пузырёк из фарфора. Не глядя, я расплатился мешочком серебра и попрощался.