Венец из окровавленных костей (СИ)
— Я знаю, что вы поняли, кто этот друид. — Сказал молодой граф. — И я знаю, что это как то связано с нападением вашего брата. И если он каким-то чудом остался жив и вернулся, я…
— По его вине убили мою жену, мой сын чуть не умер ребенком, мой род был проклят девятью старейшинами…Если он каким-то чудом жив и вернулся, я сам его убью.
Судя по всему, Дункан поверил его словам, и отпустил без лишних расспросов. Лишь только напомнил об оставшихся пустоглазых, и что он окажет любую помощь. Хорн поблагодарил и уехал.
На пол пути он резко свернул с дороги, не объясняя причины даже своим людям. Те, рванули за ним, но поздно, они еще долго не могли разглядеть в ночной темноте путь тана. Наконец, чутье вывело их почти через час к старым развалинам. Сначала до них донеслись яростные выкрики:
— Покажись! Ублюдок, покажись!
Они застали тана бессильно стоявшем на коленях среди развалин с обнаженным мечем. Тело его было здесь, но мысли его унесли по реке времени далеко в прошлое…
***
… - … мы выбросим этих ублюдков обратно за закатный берег! Во имя богов, во имя будущего! Во имя бессмертной славы! Они узнают, что такое топоры севера! Это наши леса, наши земли и наша проклятущая река! А теперь этот выбледок решил нас потеснить! Забрать могилы наших предков! — Глаза Бронна просто кипели от ярости. Он показушно встал ногой на стальной панцирь рыцаря, сраженного двумя стрелами в шею. — Они пришли на наши земли с железом, и теперь сыновья Рейна послужат удобрением для наших полей!
Толпа поддержала яростными возгласами, люди вскидывали вверх топоры, мечи, копья. Компания на железном холме собралась многогранная: лесорубы танов, дружина островитян-муровингов с голубыми щитами, полукровки с хребтов, даже несколько десятков чистокровных Даннан: высокие, нечеловечески бледные, зеленоволосые, с ровными, как перья у филина бородами. Их янтарными глаза наливались кровью, в такт с Бронном. Хорн стоял в первом ряду, потрясывал клинком, однако ему это все не нравилось. Нет, графа нужно было убить, иначе он бы убил их и забрал земли, но то, что это все превращалось в какую-то «войну богов», ему не нравилось, но брата было не остановить. Его новая вера его изменила. А может быть, просто пробудила. В памяти Хорна, все еще были свежи воспоминания об увиденных образах в огне, чтобы считать брата безумцем.
После пламенной речи Хаг собирал командиров отрядов в своем шалаше, среди болот, самое безопасное место, рейнские латники потонут еще на полпути. План был на первый взгляд прост и понятен: Хорн и воины фирда нападут под покровом ночи на засечный отряд, главная цель отвлечь пограничных рыцарей на себя. Сам же Бронн с горсткой Даннан и муровингов захватит замок. Это часть плана больше всего смущала Хорна. Замок графа……был вдвое выше всех крепостенок танов и взять его даже если весь его гарнизон сосредоточен снаружи у береговой линии. На все расспросы Бронн уклончиво отвечал, он справится, друид поможет.
Когда все разошлись и братья остались наедине, Хорн, предчувствуя, что больше не увидит брата, сразу спросил:
— Мы еще можем отступить?
— Отступить, брат, ты не понимаешь, мы-начало…
— Какое начало? Нам нужно лишь проучить его, корона Рейна его не поддержала.
— Корона Рейна — он странно рассмеялся.
— Друид запудрил тебе голову.
— Он указал мне путь, ты и сам видел ЕГО…
— Я видел чудовищ. И если это твои новые боги, до я по другую сторону. Подумай о жене, о сыне…
— Мой сын станет тем, кто сметет с земли этот лживый Рейн и возродит новый, справедливый, праведный мир.
— Так сказал друид?
— Я видел это сам, в огне.
— Где пленники, там было несколько знатных, хотел отправить их на выкуп, ты обещал, что отдашь их.
— Обещал…Поздно, муровинги выкинули их на копья. Для победы нужна жертва.
— там были дети.
— эти дети пришли с мечами на наши земли.
— Долбанные обмочившие штанцы пажи и оруженосцы.
— Дело сделано! Ты будешь сражаться или нет?
— Не был бы ты моим братом…а так, выбора у меня нет.
— Поверь, ты узреешь плод наших стараний. Рейн не прикоснется к нам, никогда.
Часть воинов переправилась через реку до атаки, перебрались через неохраняемый брод. Хорн с лучниками и щитоносцами поперлись чуть ли не в лоб. Однако воины севера отлично прятались в лесу, и рейнцы на другом берегу не заметили подкравшихся стрелков. Муровинги навели шороху в стороне, подпалили лес у лагеря, застучали в щиты. Как только разношерстные шерифские отряды выступили им на встречу, стрелки выпустили стрелы.
— В бой! Покончим сними! — Выкрикнул Хорн, выбрасывая вперед щит.
Под прикрытие десятков стрел они перешли охраняемый мост, латники падали под напором стрел и топоров. Северяне построились клином, ощетинившись короткими узкими пиками и клинками. Хорн стоял впереди. Латники наваливались, разрубая вражеские щиты, пронзая их пиками. Однако стрелы не давали им свободно маневрировать, а муровинги, завыв по-звериному, бросились на врагов с новой силой, разрушая и свой и вражеский строй.
С этими было покончено, когда конный графский отряд прибыл на помощь засечному отряду. Не успел. Конники впрочем не задержались, увидев превосходящие силы и ощетинившиеся копья приостановились, но увело их отсюда не это.
Над лесом поднялось небывалое зарево, так может гореть, только что-то поистине огромное. Например, замок. Северяне заполнили лес победоносным воем. Для графа……..все было закончено.
Хорн добрался к замку уже когда солнце только на немного освятило горизонт, но лес еще стоял в темени. Замок еще горел, однако обугленные камни стены выглядели крайне неестественно. А над входом болталось шесть обугленных тел, два размером не дотягивали Хорну и до колена, младенцы. Младшие сыновья, Хорн знал, что одному из них было пять, а другой родился позапрошлой весной.
«Ты сделал нас детоубийцами» — последнее, что тан проговорил про своего брата.
Бронн исчез с той ночи, и никто не знал, куда он отправился, исчез, оставив шайки муровингов бесчинствовать на землях, а Хорну и графу Таврусу пришлось их усмирять, именно тогда они и подружились, вернее граф сразу отнесся к Хорну с каким-то дружелюбием, чем озадачил тана…
***
Хаг чувствовал падение, что-то тянуло его вниз, в бездну. Он перестал чувствовать жгучую боль в груди как только в голове стали явственно слышны голоса. Падение привело его обратно на болота, только десять лет назад. Он увидел огонь костра впереди, он не по своей воли приближался к нему, окровавленная фигура у костра взглянула на него. Хаг узнал: отец. Отец указал на костер, как тогда, в детстве, правда сейчас рядом не было друида.
— То, что ты забыл.
Хаг заглянул в огонь, в самом сердце костра огонь исчез, затанцевали ужасающие тени, это они, боги, боги явились нам и он их голос и рука, их соглядатай и палач — истинный король, серый король.
— Приди ко мне… — шипучий голос пробился из огня прямо в голову. Голос принес боль, такую яркую, что Хаг закрыл глаза: костер исчез, отец исчез. Голос нет….
Глава 6
Глава 6
Охота ворона
юг Рейна, Ал’Эйс.
После принесенного подарка Мердок открыл настоящую охоту. По всей столице растеклись реки новых, незаметных замку погромов. Воровская банда Мериардока начала шорох в фабричных кварталах. «Выкормыши змеи», банда наемников и убийц обшаривали потоки беженцев с восточных степей. Черные мечи канцлера еще не дали о себе знать, однако Мердок не сомневался, что они-то полностью поглощены работой. Приказ был прост, на словах: перетрясти все бедняцкие общины и вытащить проповедников с вороньими крыльями. Но на деле все обстояло куда сложнее. Нужно было надавить на самый многочисленный слой населения столицы и не спровоцировать новый виток погромов. Все осложнялось тем, что появление членов банд или стражников обычно сопровождались чередой мелких стычек. Особенно стражников, стоило лишь алым плащам заглянуть в бараки, как поднимался неимоверный топот, крики, летели камни. А в последнее время бедняки и вовсе принялись колотить своих истинных господ, коих они почитали и преклонялись — бандитов.