Империя Хоста 5 (СИ)
«Ревнует, не иначе», — решил я про себя. Ведь мамаша Лубери выглядит на все сто, хоть картину пиши маслом — сочная, уверенная в себе, с горделивой осанкой! А как она грациозно спрыгнула с лошади!
— Так, животных под нож, этих двух пока в деревню к Клыку, — командует деловая Пьон.
Бью её по попке. Смачно так!
— Отставить! Козы пусть пока где-нибудь пасутся. Ты ответственный, — ткнул я в какого-то незнакомого мне слугу. Маму и дочку поселить в замке! — зычно отдаю команды я.
— Гарод! — изумлённо подпрыгнула от удара Пьон. — Зачем нам эти замарашки в замке, у нас и комнат свободных нет. И уж можно я сама решу, что мне по хозяйству делать!
— Пусть в моей комнате пока живут, — благодушно шлепаю по заднице Пьон ещё раз. — А каким тебе хозяйством заняться нужно, я скажу позже, когда ванну принимать буду!
А хороша она! Попка как орех!
Ригард и остальные гвардейцы и наёмники ржут, явно понимая подтекст моей тонкой изысканной шутки.
— Гарод, прекрати меня позорить! Ты был раньше такой галантный, что с тобой столица сделала? — возмущается Пьон.
— Да, Гарод! Тебя не узнать! Ты изменился, был раньше стеснительным, — поддакнула стоявшая до этого молча Ольча.
— М-м-м… — только и сказал я, не припоминая, когда это я был галантным или стеснительным?
— Прошу в мой замок, лучшие покои вам отдаю, сам буду мыкаться по спальням своих жён, — приглашаю я найдёнышей в замок.
— Госпожа, а козы? — проблеял тот слуга, которому я поручил заботу о животных.
— Не понял⁈ — резко развернулся я. — Тебе слово графа не указ? Ждёшь ещё чьего-то одобрения! Ты кто?
Злость нахлынула на меня, он совсем сдурел — при живом хозяине этих земель что-то ещё уточнять?
— Я старший псарь, Багро… — начал мужичок.
— Уволен! Час времени на сборы. Ригард, проследи, чтобы через час его тут не было. Если будет или попытается вернуться, отруби голову, — сурово говорю я. — Если хоть слово скажет хоть кому, тоже убей.
— Гарод! Это ценный специалист, я его с таким… — на пороге дверей ждёт меня обнаглевшая, как видно, жена.
— Рот закрой и не перечь господину! Марш к себе в комнату и жди меня, — прерываю я.
Захожу в замок предельно злой, за мной телепаются молчаливые мама с дочкой.
— Гарод, может, посмотришь сына? — ласково спрашивает Ольча.
Пьон с каменным лицом идёт в свои покои. Выпороть мерзавку! Ишь, надумала мне при людях перечить. Да и без них нельзя, а уж при слугах и наёмниках — вообще зашквар. Я ещё разберусь, кто доложил о моём приезде.
В детской, где уже были все моих три сына, я оттаял, хотя собственно умиляться было нечему. Краснокожие малыши пока никаких чувств во мне не вызвали, а вот Мила, которая полулежала со счастливым лицом, меня порадовала.
— Я самая счастливая жена в мире, — шепнула она.
Ольча показывает своего Виктора, потом новорожденного Доранда, а как назвать Милкиного сына я пока не решил. Слушаю щебетанье жен и оттаиваю внутри. К Пьон я зашёл через час, она видно плакала, но встретила меня поклоном.
— Что это за бунт? Как посмела оспаривать мои решения?
— Пока тебя не было, я привыкла к тому, что за всё отвечаю. Было трудно, я неделями рыдала, но делала всё, чтобы ты был доволен, доходы наши растут, я думала, ты оценишь, — начала монотонный рассказ жена.
— Я недоволен тобой. Я граф, хозяин на своих землях, и ваш хозяин тоже. Так устроен этот мир. А деньги при чём тут? Будут у нас они. Или заработаем. Кстати, как вы узнали о моём прибытии?
— Аньен сообщила, — сказала жена. — Хотя я командиру наёмников приказывала тоже сообщить. Вот наняла на свою голову. Да и повозка с твоими подарками ночью приехала.
Ах да, коменданту я запретил, а вот про управляющую замком не подумал. Да и то, что повозка за ночь доедет, тоже не учёл.
— Я его нанял, а не ты! Я приказал не сообщать. Он подчиняется в первую очередь мне, а значит что? Невыполнение прямого приказа нанимателя — это бунт. Хороший отряд наняла, тут ты молодец.
— Я разозлилась, что ты приехал с красоткой. А ещё она на меня так глянула снисходительно, будто я не жена тебе, а муха какая, и что-то мелкое и злое во мне проснулось, — призналась, наконец, жена.
— Я тебя обязательно накажу, ещё не знаю как, — а пока посиди тут.
— Ты не обнимешь меня?
— Иди уже сюда! Обниму!
Обнимашками бы не обошлись, но Пьон недавно родила, поэтому пока не тронул её, только полапал.
— Там в гостиничном комплексе принцы Дава и Флетчер тебя ждут, — сказала жена перед моим уходом из её покоев.
— Давно они тут? — удивляюсь я. — И чего приехали? На войну им нельзя же!
— Вчера приехали, сейчас бордель инспектируют, — усмехнулась отошедшая от взбучки Пьон. — А приехали специально к тебе в гости, думаю папе своему назло.
— Да кто бы сомневался, что они в бордели, а вот назло — это вряд ли, отец у них строгий, — кивнул я жене и ушёл.
Направляюсь в свои покои проведать гостей. Зачем мне они — неясно, но Луберия меня позабавила, а тех, кого я полюбил — не бросаю.
— Граф, мы вас потеснили, — начала Мейба.
— Насрать, сейчас вам пришлю людей с одеждой, жду вас на ужин, у меня будут гости. Принцы — наследники трона, в полусотне стоят. Нормальные парни.
Не слушая возражений, иду вниз в наш фамильный пиршественный зал, то есть зал для пиршеств.
— Ригард, отправь человека к гостинице, пусть принцы едут ко мне! Эй, мажорджом! Стол накрывай! Коз пасти тоже отправь кого-нибудь! Девочке и её маме в моей комнате лучшие одежды отнесите, и помогите им привести себя в порядок, — раздаю команды я.
Эти и другие выполняются моментально! Вот что пиздюлины животворящие делают!
— Я справлюсь с одеждой для твоих гостей, — неожиданно сжимает мою задницу ногтями Ольча. — Что насупился? Пьон наказана, Миле нельзя, так что ты со мной спишь сегодня! Ах, как я соскучилась!
Вот против таких приказов я не возражаю.
Прошёлся по замку, от нечего делать заглянул в комнату к Бурхесу. Потом поговорил с поварихой Мелией, кладовщицей Клариссой, даже служанке Лианне пару ласковых сказал. Она, кстати, выглядит не как служанка, а как настоящая леди, статная такая дама. Но я не забыл, как она громко орёт во время секса. И она помнит тоже, вон, аж покраснела от моего взгляда. Бля, я дома!
Через час принимаю гостей. Мои друзья по школе Дава и Флетчер приехали! Впрочем, первым в ворота заехал незнакомый мне седой молодой человек — маг двадцать седьмого(!) уровня. Я клянусь! Ему лет сотни полторы, а он как парень выглядит. И ясно, что это самый мощный маг в империи Хоста. Есть, я знаю, маги двадцать шестого ранга у нас, но этот самый крутой. Недавно ранг взял, совершенно точно. Всего рангов у магов тридцать два может быть, кстати.
— Маг Динарий, присматриваю за этими шкодниками, — представился псевдопарень.
— Вот уж кого не ждал увидеть, так это вас, или вам всё-таки разрешили ехать воевать, и как вовремя — у меня сегодня сын родился, — обнимаю я братьев.
— А мы уже в курсе, в таверне твоей все посетители пьяные, такой повод! А насчет войны — нет, не пускают, доедем до побережья, а там у нас встречи разные, папка натаскивает нас на дипломатию, а вся знать сейчас на берегу моря, — вздохнул Дава, оглядываясь по сторонам.
— Бедновато у тебя тут, — рассеянно сказал Флетчер, зайдя в центральный зал замка.
— Но чис-с-стенько, — просипел он, получив от меня дружеский удар в печень.
Дава заржал, а самый мощный маг империи лишь угодливо изобразил улыбку кончиками губ.
Зато мои домашние все просто выпали в осадок. Прямые наследники императора, для них как небожители. А я одного в печень! Все, кроме Ригарда и Бурхеса, те меня знают. Представляю всех, кроме Пьон и наложницы с дочкой, которые не подошли ещё.
— А где твоя третья жена? — спросил Флетчер.
— Наказана, — отвечаю я.
Пришлось часть правды им рассказать, мол, попыталась оспорить мой приказ. Про ревность не рассказываю. Кому приятно, что жена у него дура?