Амулет ведьмы (СИ)

Горден покосился на меня и сказал:
— Хорошо, мы берем. У нас сломалось колесо у кареты. Недалеко отсюда. Надо бы отправить кого-то, чтобы помогли починить и привезли наш багаж.
— Хорошо, сейчас отправлю парней, помогут. Вот ключ от комнаты, — и он протянул его Гордену.
— Спасибо, — кивнул маг и добавил: — нам бы поесть.
— Присаживайтесь, подавальщица сейчас подойдет к вам.
Как мы будем спать в одной комнате? От этой мысли меня охватил ужас. Это же неприемлемо! И только было я открыла рот, чтобы возразить такому возмутительному положению дел, как раздался дружный хохот орков, и я испугано вцепилась в руку Гордона.
— Горден, давай поедим в номере, — я уже была согласна и с ним наедине остаться, лишь бы не с диким орками и мужиками, которые уже поглядывали на меня с интересом.
— Не бойся, поужинаем здесь, — и Верховный маг спокойно направился к дальнему столу. Такой высокий и мощный, словно скала. Шел, как бороздил волны ледокол, несмотря ни на кого, прямо и уверенно. Я же судорожно вцепилась в его руку и не выпустила, пока мы не сели на лавку.
И тут я осознала, что я единственная девушка в помещении. Мне еще хуже от этого стало. В компании такого сброда я еще не была. Я покусала губу и сцепила руки под столом. Конечно, я верю, что Верховный меня спасет в случае чего. Он сильный мужчина, закаленный в боях, но мне все равно было страшно.
И тут из кухни вышла девушка. Высокая, с большой грудью, толстой косой черных волос и миловидным лицом. Большие миндалевидные глаза лукаво блестели из-под длинных ресниц. Надо же! Такая красавица и в такой забегаловке работает. И ее еще никто отсюда не увез? Не женился на ней?
Девушка проплыла, иначе и не скажешь, мимо гоготавших орков, и один из них даже шлепнул ее по заду. На что она лишь мило улыбнулась ему.
«Фу», — поморщилась я. Я б не выдержала такой работы и такого унижения, чтобы меня мужики лапали, а я бы улыбалась в ответ.
— Добрый вечер! — приятным грудным голосом обратилась к нам девушка. — Что будете?
Меня она окинула быстрым оценивающим взглядом, покосилась на руку, и, не увидев там обручального кольца, тут же расплылась в очаровательной улыбке предназначенной Гордену.
— А что у вас есть? — спросила ее, а сама внимательно наблюдала за его реакцией на местную красотку. Вроде его глаза не загорелись, как бывает у мужчин, при виде хорошеньких девушек.
«А вот при взгляде на меня, у Гордена я в последнее время как раз замечали этот взор — чисто мужской интерес к женщине», — с гордостью подумала я.
— У нас есть жареное мясо, гороховая каша, рыба и пироги с картофелем и грибами.
— Марика, что будешь? — обратился ко мне Гордон.
— Давайте пирог и чай.
— А вам, милорд?
Подавальщица выгнула спину, показывая грудь и зазывно улыбнулась. У меня волна гнева всколыхнулась внутри, и я зло прищурила глаза. Вот стерва!
— Мне пиво, мясо и каши.
— Хорошо, скоро все будет готово, — девушка похлопала ресницами и ушла, покачивая бедрами, словно она не в таверне, а на светском рауте.
Я скрестила руки на груди и принялась разглядывать очень интересную стену. Коричневые доски потемнели от возраста, и на них виднелись какие-то бурые пятна. О, это же не кровь? Я тряхнула головой, отгоняя мысли, о том, что здесь кого-то убили. И тут раздался оглушительный гром смеха. Я боязливо обернулась, компания орков была уже изрядно подвыпившая. Их глаза блестели огнем удали.
— Скоро пойдем в комнату, — положил тяжелую ладонь на мою руку Горден.
Тепло… тепло и хорошо от его прикосновений. Словно огонь его жизни питал и меня, будто его уверенность передавалась и мне.
— Горден, мы будем ночевать в одной комнате? — задала такой смущающий меня вопрос. Верховный улыбнулся в ответ.
— Не переживай, я маленькой ведьмочке ничего плохого не сделаю.
— Но это неприлично! — воскликнула я.
— Мы здесь с тобой вдвоем. Нас никто не знает, и им нет никого дела, что мы будем ночевать в одном номере. Ну не пойду же я в хлев к лошадям? И не собираюсь теснить тебя в постели, не беспокойся, на кровати ты будешь спать одна.
 
Я выдохнула с облегчением. Он джентльмен и я ему верю. Ну, уж переживу своего начальника одну ночь в комнате. А в душе, если честно, я была рада оказаться в поездке с ним. Побольше быть вместе это здорово. Я так хотела узнать его получше.
Горден стоит многих мужчин, которых я видела и знала. Он превосходит всех по красоте, которая похожа на северную – неприступную и холодную, уму и силе. Если бы я выбирала себе спутника жизни, то он бы был именно такой как Горден. Или это был бы сам Горден.
Вскоре подавальщица принесла нам еду. От мяса поднимался пар, а нос щекотали ароматы специй, что служили ему приправой. «Надо было тоже такое блюдо заказать», — с досадой подумала я.
— Горден, а что там с мистрис Витрой? С нее сняли все обвинения? — решила спросить я.
— Пока идет расследование. А что ты знаешь о Верховной ведьме? — внимательно посмотрела на меня маг.
— Она очень хорошая, благородная, открыла приют для ведьмочек-сирот, школу травниц. Мистрис Витра так же организовала гранты для самых лучших студенток ведьмовского колледжа, — перечислила многочисленные заслуги мистрис Витры, потому что все знали о ее добрых деяниях.
— Если покопаться в прошлом каждого, можно всегда найти что-то, даже у самого хорошего, — сказал Горден и сделал глоток пива.
— Нет! У мистрис Витры нет ничего такого в прошлом, я уверена. Ты не прав! Это все ваши полицейские штуки — подозревать всех и каждого. И зря ты ее обвиняешь! Она ни в чем не виновата.
Я действительно была убеждена, что это навет на нее произвели какие-то злые люди.
— Жизнь покажет, — безразлично пожал плечами Горден.
— Ты что, правда обо всех так думаешь? Что у каждого можно найти что-то такое, за что его можно наказать по закону? — прищурилась я и вцепилась в столешницу стола. Она была чуть липкой, словно ее плохо протерли. Я поморщилась и убрала руки.
— Да, — кивнул Верховный.
— И обо мне так думаешь? — я аж задохнулась от возмущения.
— Тайны есть у всех, — ответил он и улыбнулся очень нехорошо.
— Нет у меня ничего такого страшного в прошлом, за что меня было можно осудить! А тебе есть что скрывать, Горден?
— У каждого есть скелеты в шкафу, этому меня научила жизнь. Ну и в шкафах ведьм всегда их много, — иронично приподняв одну бровь, произнес он.
— Что? — я отпрянула от стола. — Ты так плохо думаешь обо всех ведьмах? Ты нас ненавидишь? — я почувствовала, что прямо наливаюсь гневом, словно стакан наполняли водой.
Так ему не нравятся все ведьмы? И я? Я сжала кулаки, и мои ногти впились в кожу ладоней. Но я думала, что он что-то ко мне испытывает…
— Знаешь что! На свете очень много хороших людей, а ведьм хороших большинство! Ты совершенно не прав! Видимо, ты их просто не встречал.
— Не хочу тебя разубеждать, Марика, ты очень юная девочка. И мало видела в жизни. Жила в маленьком городке, под крылом родителей, которые тебя оберегали, и не видела ничего в жизни, — наклонившись ко мне ближе, произнес он.
— Я достаточно видела в жизни! А ты циник и ведьмоненавистник! — выпалила я и вскочила с места. Злость захватила разум, а гнев волной наполнял сердце.
Я выбежала на улицу. Остановилась, вдохнула воздух полной грудью и закрыла глаза. Пахло пылью, навозом и пивом. Ночь уже сгустилась, и показался желтый месяц.
Я сейчас была похожа на ветку, смазанную горючей смесью, поднеси спичку и вспыхну. Я отошла к забору, и тут услышала:
— Госпожа, там ваш багаж привезли, — обратился ко мне парень лет шестнадцати, в широких, не по размеру штанах и длинной рубахе, подпоясанной простым холщовым ремнем. Видимо, это он ездил забирать сумки из сломанной кареты.
— Вашу карету к утру починят.
— Спасибо, — поблагодарила его. — А где сумки? — Спросила парня и поежилась, ветер был прохладный и я бы хотела накинуть что-то потеплее.