Амулет ведьмы (СИ)
— Это потрясающе, — приложила руки к груди я, рассматривая Гордена. — А это далеко? Где лес Веренея?
— Вот здесь, — ткнул пальцем Горден куда-то на карте. Я замялась.
— Я ничего не понимаю в этих изображениях.
— Близко, часа два езды отсюда.
— Правда? — тут же оживилась я.
— Да, и Вереней уже летит туда, — взглянул на лешего Горден.
— Да-да, конечно, — закивал Вереней, тряся бородой.
— Горден… ну это же всего в двух часах езды отсюда! Давай проводим Веренея. Вдруг там нужна будет наша помощь?
— У нас дела и очень важные, Марика, — строго ответил Верховный, убирая карту в карман.
— Ну, пожалуйста, совсем же это не далеко. А потом можем ехать без остановок, — канючила я. Горден вздохнул, посмотрел на солнце, что еще сияло высоко в небе и не клонилось к горизонту.
— Хорошо, Марика, мы отвезем Веренея.
—Уи! — и я запрыгала от радости.
— Спасибо, сынок! — разулыбался щербатым ртом Вереней, на что Гордон лишь кивнул.
Глава 22
Вереней беспокойно выглядывал из окна кареты, и его борода от волнения мелко подрагивала. Мы ехали по лесной дороге в сторону, куда указала слепок ауры лешего.
Вокруг шумел лес, радостно пели птички и все, казалось, умиротворенным. И вдруг наступила тишина. Я сначала не поняла. Привычные звуки жизни леса прекратились, а на душе стало нехорошо, комок жуткого предчувствия подкатил к горлу. Лицо Веренея вытянулось, а его руки затряслись. Я выглянула в окно и увидела лес. Вернее то, что от него осталось. Черная, будто обугленная после страшного пожара земля, без ковра травы. Черные стволы деревьев, словно все мрак пожрал, без листвы и веток, и давящее чувство опасности заставляло сердце замирать.
— Что это? — прошептала я. Мне никто не ответил.
Вереней пулей вылетел из кареты. Горден приказал остановиться и вышел. Он подошел к кромке леса, рассматривая внимательно округу. Между мертвым лесом и трактом словно лежала разделительная линия: свет и мрак, белые и черные тона, радость жизни и прах смерти. Я подошла к Верховному магу, с опаской поглядывая на мертвый лес.
Вереней плыл между остовами деревьев, стараясь к ним не прикасаться. Потом остановился и завыл… Страшно, жутко и так, тоскливо, словно разом потерял все в жизни. Я вздрогнула и вцепилась в руку Гордена.
— Здесь был пожар? — спросила у мага, заглядывая в его хмурое лицо.
— Нет, это не пожар, — покачал он головой. — Это что-то магическое убило все живое.
— Так Вереней здесь погиб? — вглядываясь в сгорбленную фигуру лешего, спросила я.
— Похоже, что да. На карте именно это место обозначено.
Мы долго стояли и смотрели на муки лешего, на его бесконечное горе и боль утраты.
А потом заметила, как по тракту в нашу сторону шла женщина. Когда она приблизилась, то я разглядела, что на вид ей было лет пятьдесят, в цветастом платье и шерстяной жилетке, стоптанные ботинки на ногах и котомка за плечами. Ее глаза цвета свежевспаханной земли смотрели на нас внимательно. Лоб женщины пробороздили тонкие поперечные морщины, а ее кожа потемнела от солнца, она явно проводила много времени на воздухе.
— Доброго дня, путники! — поприветствовала она.
— Здравствуйте, — ответила ей. Она встала возле нас и приложила руку козырьком ко лбу, разглядывая раскачивающегося Веренея между мертвыми деревьями.
— Пришел, значит, — покивала она головой.
— Вы знаете Веренея? — удивилась я.
— Знаю, — кивнула она. — Вереней! — Крикнула женщина и тот обернулся, прищурился подслеповато, а потом в одно мгновение ока оказался рядом с нами.
— Звельга! — воскликнул леший.
— Привет, старый. Что, вернулся? Так и знала, что не успокоишься, — по-доброму усмехнулась она.
— Что здесь произошло? — спросил Горден у женщины.
Она печально вздохнула.
— Некромант-недоучка проклятый случился на наши головы. Я знахарка местная, живу в лесу. Вереней тут лес охранял, и все хорошо у нас было, ладно. Вереней хороший хозяин, обо всем заботился. И тут ехал домой, значит, после окончания учебы некромант. Не знаю, закончил он академию свою или нет, но молодой и дурной оказался. Решил он испытать свою силу. Думал, что почувствовал здесь старое захоронение и решил поднять в качестве практики нежитей, потренироваться и думал, что тут же их упокоит. Ага, не тут-то было. Недоуч этот не понял, не кладбище здесь было, а страшное упокоено — хильг.
— О-о, — я аж отпрянула на шаг и заозиралась. Звельга, увидев это, произнесла:
— Не бойся, нет его уже. Ценой жизни некроманта уже нет.
У меня холодные мурашки побежали по коже. Я слышала про хильгов. Они исчезли сотни лет назад, сильные магические существа, размером с избу, телами рыхлыми, словно квашня, на четырех ногах, с узкими глазками и клыками, словно у тигров. Но они воплощение зла. Их кожу не пробивали стрелы, огонь лишь опалял, они жрали все и всех. А яд в их когтях и клыках был смертелен. Особенно слюна ядовита – ко всему, к чему они прикасались – умирало и вырождалось. Постепенно место их обитания становилось безжизненно и на этой земле больше ничего не росло. Птицы и звери мрут, люди гибнут. Не знает никто в нашем мире, откуда хильги появились, но убивали их ценой не одной жизни. И вот последнего хильга уничтожили лет так двести назад.
— Студентик этот ценой свое жизни упокоил хильга, и стал прахом вместе с эти лесом, — закончила свой рассказ Звельга и горестная морщинка пролегла возле ее рта.
Вереней спрятал лицо в руках и его плечи мелко затряслись. Мне стало так жаль старика, что у самой потекли слезы. Я всхлипнула, подняла трясущуюся руку ко рту, чтобы заглушить вырывающиеся рыдания, и тут почувствовала широкую и теплую ладонь на своей талии: меня приобнял Горден. Я прижалась к нему, ощущая безмерную поддержку.
— Видимо, Вереней погиб в это части леса, пытаясь спасти хоть кого-нибудь из своих подопечных. Выгнать лис и зайцев из нор, спугнуть птиц, чтобы убежали, улетели от смертельной опасности… Спаслись... — говорила Звельга тихо, а потом подошла к лешему, что смотрел на погибший лес отсутствующим взглядом.
— Вереней, послушай, некромант этот проклятый не весь твой лес уничтожил. — Леший непонимающе посмотрела на Звельгу. — Пойдем, старый, покажу.
Горден предложил проехать в карете до места. И вот после выжженной древней маги земли, предстал перед нами яркий зеленый пахучий лес! Аромат трав и цветов, смолистый запах сосны, радостный щебет птиц и теплый ветер разом окутал своим ярким восторгом и чувством жизни!
— Вот, Вереней, твои угодья целы. Много осталось, — с улыбкой указала на лес Звельга.
А Вереней полетел, издавая радостные звуки. Звельга подошла к ближайшему дереву и погладила его по шершавой коре.
— Вот она — сила природы, магия земли и всего живого. Без природы — нет нас.
Женщина с любовью погладила зеленые листочки и закрыла глаза, что-то зашептав.
Я с наслаждением вдохнула воздух, упиваясь свежим ароматом разнотравья и цветов. Огляделась и увидела спрятавшиеся под листиками яркие ягоды земляники. Сорвала несколько и принесла Гордену.
— Спасибо, — улыбнулся он светло мне. Такой улыбкой, которая любую душу отогреет.
— Эй, Вереней! У меня твоя Милка, — леший тут же подлетел и неверующе посмотрел на улыбающуюся женщину.
— Правда? Она жива?
— Увидишь сейчас, — усмехнулась она и поправила котомку.
Звельгин дом оказался одноэтажным, с сараями для коз, блеящих радостно и громко. Беспокойные курицы бегали по двору, а гуси шипели при виде нас, растопырив крылья. А на завалинке черный толстый кот, жмурился от солнца.
— Милка! — крикнул Вереней и подлетел к белой овечке. Та ткнулась в него и жалобно заблеяла. — Как ты выросла, Милка! — Кружил вокруг нее леший, пытаясь погладить животинку, но ничего не получалось…
— Спасибо тебе, Звельга, что присмотрела за ней.
— Да что уж я, брошу что ли ее, — улыбаясь, проговорила Звельга, садясь на завалинку и гладя довольного кота, обрадовавшегося приходу своей хозяйки.