Тени не исчезают в полдень (СИ)

Лина перезвонила почти сразу и дрожащим голосом просила рассказать всё. Алек пытался отказаться, но её стойкость вызывала уважение. Лина ни разу не перебила, не задала ни единого вопроса и отключилась сразу, как Руденко закончил.
— Она справится, — прошептала Ника.
И Алек заставлял себя верить в это. Лина не будет прежней. Но ведь прежним не будет никто из них.
— Продолжаем, — командным голосом объявил Руслан и подошёл к Алеку. Он говорил. Алек не слышал. Он не мог отойти от разговора с Линой. А из телефона раздавались тихие гудки.
Камилла закатила глаза, скрестила руки на груди. Она хотела возмутиться, но многозначительный взгляд Андрея не позволил. Сам он тоже не был в восторге от происходящего, только заставлял себя слушать, даже подчиняться, автоматически, не задумываясь. Его пустые, остекленевшие глаза пугали Алека сильнее открытых эмоций Макса или молчания Камиллы.
— Продолжаем, — повысил голос Руслан.
Алек чувствовал на себе его взгляд, с вызовом поднял голову, и вся его уверенность вдруг испарилась. Руслан ждал ответа. Алек забыл, как говорить, голос пропал, мысли спутались. Ситуацию разрулила Камилла. Она, гордо выпрямившись, пересекла кабинет, опустила ладонь на его плечо и взглядом указала на дверь.
Дважды повторять не пришлось. Алек высвободил ладонь из руки Ники, кивнул ей со всей возможной нежностью и преследовал к выходу за Камиллой. Он слышал, как за одним хлопком двери последовал следующий и шаги разносились по коридору.
Свежий воздух ударил в лицо порывом прохладного утреннего ветра. Он остудил голову. Алек уже осознанно вопросительно посмотрел на Камиллу, когда та открывала дверь машины, и мог поклясться, что руки её подрагивали.
— Едем на место, — бросила Камилла и хлопнула дверью машины.
Алек запрыгнул на переднее сидение. Машина тронулась. Камилла упорно смотрела на дорогу, не шевелясь, вцепившись в руль мёртвой хваткой. Алек развернулся к окну и равнодушно следил за проплывающими мимо домиками и человеческими силуэтами. Эта жизнь снаружи так не сочеталась с кошмарами, которые она в себе скрывала.
— Что он говорил? — тихо и так неожиданно спросила Камилла, что Алек вздрогнул и обернулся. Она также смотрела на дорогу и стискивала руль. Губы её были сжаты в тонкую полоску. Камилла часто моргала, прогоняя непрошеные слёзы. И Алек сразу понял, кто это, он.
— Что не верит в мистику. — Нервный смешок вырвался из груди.
Камилла улыбнулась уголками губ. Машина остановилась на светофоре. Теперь Камилла смотрела в упор на Алека. Она ещё ждала ответа.
— Говорил, что тень следит за ним, — признался Алек. — Он сам не свой был. Клянусь, он боялся.
Камилла молчала. Машина тронулась. Алек тоже молчал. Он думал, стоит ли рассказывать теперь, когда ничего не изменить, о сне, о пророчествах старухи с рынка. Решил, что не стоит. Камилла, как и Влад, не верила в мистику.
— Дверь в квартиру не взламывали. Окно изнутри закрыто. — Резко Стрельцова перешла к сути дела.
Алек нехотя вспомнил квартиру, эту просторную комнату с… Он не видел ничего, кроме его тела. Только сейчас Алек понял, что никогда не был в гостях у Влада. И ночью ничего не заметил. А Камилла заметила.
— Влад сам впустил его, — ледяным, звенящим голосом продолжала она.
Верно, его. Девушка не могла нанести удар в сердце Нагилёва. И Алек всю оставшуюся дорогу старался припомнить имена последних друзей Влада, тех, кому он посреди ночи открыл бы дверь. Как назло, ничего подходящего не приходило в голову.
Если бы девушка… Сразу всё стало бы легче. Девушка не представляет опасности. У Влада много знакомых девчонок, которым он не отказал бы в гостеприимстве. Но мужчина?
Камилла, судя по маске сосредоточенности на её лице, думала о том же. Уже подъезжая к нужному дому, она вдруг нарушила молчание и задумчиво произнесла:
— Да ведь Влад не открыл бы в таком состоянии.
Алек и об этом задумывался. Но мысль ускользала.
— Мужчине тем более, — протянул он и не заметил, что заговорил вслух.
— Верный ход. Но мы всё ещё ограничены.
 
И Камилла припарковала машину у подъезда. Любопытные уже разошлись. За лентами толпились упрямые журналисты, которых оттесняли и убеждали сотрудники полиции. Машина скорой уехала, тело увезли на экспертизу и теперь, наверное, Олег был в лаборатории. Сердце болезненно сжалось от одной мысли об этом. Алек не выдержал бы.
Беспрепятственно, отделавшись от парочки молодых блогеров, Алек и Камилла вошли в подъезд. В солнечном свете он выглядел не столь зловещим. Но Алеку казалось, что он чувствует запах крови. Казалось, конечно. Но смерть ещё не покинула этот проклятый дом. И покинет нескоро.
Алек взбежал по лестнице и вошёл через распахнутую настежь дверь в квартиру. Камилла шагнула за порог сразу следом за ним. Внутри было пусто. В обязанности дежурного отряда полиции входила охрана, а не расследование. Лишней работой никто заниматься не собирался.
Медленно, чтобы не потревожить мёртвый покой квартиры, Алек пересёк широкий коридор и вошёл в спальню. Красиво отделанная, оформленная со вкусом комната производила должное впечатление. Влад во всём любил идеал и шик. В интерьере заметны были его вкусы.
Алек медленно обошёл комнату по периметру. В другой момент он восхитился бы ненавязчивой красотой обстановки. Но сейчас Алек смотрел на спальню не как на комнату друга, а как на место поиска улик. По крайней мере, старался.
По-хорошему, отдел стоило отстранить от расследования. Одно дело — простое человеческое сочувствие или чистое равнодушие к жертве, тогда появляется профессиональный интерес, включается разум. И совсем другое — когда на месте жертвы небезразличный для тебя человек.
Но Алек всё равно никому не отдал бы дела. Он поклялся найти подонка и уничтожить, стереть в порошок за то, что вздумал вершить судьбы, за Влада, за Лину, за Диану, за всех, кого задели эти жестокие убийства. Пусть тут были бы замешан и все мистические силы вселенной.
— Ты хорошо Влада знаешь? — Камилла бессильно опустилась на кровать.
— Не знаю. — Алек пожал плечами, взял с тумбочки статуэтку и покрутил в пальцах.
— Стой. Это… — Камилла наклонилась, стараясь что-то разглядеть. Алек замер. И вдруг она вскочила и подбежала к той же тумбочке. — Фарфоровая фигурка? Зачем она Владу?
Алек поднёс к глазами фигурку. Маленький слоник из белого фарфора лежал на его ладони. Но Алек точно помнил, что ни о каких хобби коллекционера Влад ему не рассказывал.
Уловив замешательство в его взгляде, Камилла вернула фигурку на место и пошла дальше. В спальне не нашлось ничего интересного. Всё изъяли ещё ночью. А в царящем вокруг минимализме ничего лишнего не попадалось на глаза.
Осмотр других комнат тоже ни к чему не привёл. Алек узнал о Владе немало нового, но ничего из этого нового не приближало к разгадке и не открывало личность человека-невидимки.
Алек не заметил, как в кармане брюк оказались часы, любимые часы Влада. Рука сама схватила их с полки. Камилла не увидела.
Оставался пункт: поговорить с соседями. Алек вышел из квартиры и постучался в соседнюю. С другой стороны двери раздался звонкий женский голос:
— Кто там?
Алек представился, дверь осторожно приоткрылась, из-за неё взглянула молоденькая девушка. На вид ей нельзя было дать больше двадцати пяти. Её длинные светло-русые волосы были распущены и немного растрёпаны. Мягкие, так и кричащие о душевной доброте черты лица могли вызвать только доверие. Девушка поправила волосы, смущённо улыбнулась и шире открыла дверь, пропуская незваных гостей.
— Чай, кофе? — с порога спросила она.
Не задумываясь, Алек попросил кофе. Камилла согласилась. Горячего шоколада ведь никто не предложил. И пока Алек рассматривал простенькую обстановку кухни, Камилла не сводила взгляда с её хозяйки, которая суетилась у плиты.
Алек же сделал странный вывод: в дорогом квартале в одном доме сосуществовали идеальная квартира Влада и квартирка его соседки.