Гелен: шпион века
Главный отдел № 3 отвечал за порядок в экономике ГДР. Агенты отдела имелись на всех крупных промышленных и торговых предприятиях и не только шпионили за директорами и рядовыми работниками, но также следили за производительностью труда. Многочисленные подотделы держали в поле зрения производство продуктов питания, рынки и магазины.
Главный отдел № 4 занимался контрразведкой. Его штатные сотрудники, их агенты и армия информаторов стояли на страже «государственной безопасности». Специальный подотдел «туризма» следил за гостями из-за рубежа и поставлял им «гидов» — как правило привлекательных молодых женщин. Этой «услугой» отдела пользовались бизнесмены, посетители Лейпцигской ярмарки, журналисты и прочие зарубежные визитеры. В свою очередь, четвертый отдел тесно сотрудничал с пятым, который осуществлял надзор за политической, научной и культурной сферами. Пятый отдел также занимался перлюстрацией корреспонденции, прослушиванием телефонов, а кроме того, давал «рекомендации» редакторам газет и журналов и книгоиздателям. Хотя, по правде сказать, те и без того проходили проверку на лояльность линии партии. Другой подотдел держал в поле зрения университеты и зорко следил за тем, чтобы не допустить вольнодумства в среде студентов и профессорско-преподавательского состава.
Главный отдел № 6 отвечал за надежную эксплуатацию военного производства и тяжелой промышленности, особенно — за пресечение случаев шпионажа. Кроме того, в его ведении находился транспорт. Некоторые из его задач дублировали деятельность Третьего отдела.
Такая сложная структура, как HVA, включала в себя также и ряд второстепенных отделов, нередко подчиненных главным. Другие же, наоборот, были независимы и находились в непосредственном подчинении Министерству госбезопасности ГДР. На окраине Восточного Берлина, на Фрайенвальдерштрассе, в огромном современном здании располагался отдел, отвечавший за техническое обеспечение разведдеятельности. По его заказу производились радиопередатчики, микрофоны, разнообразные «жучки» — устройства, позволявшие подслушивать разговор на расстоянии до двухсот метров, — или же миниатюрные магнитофоны, которые легко помещались в корпусе часов, запонках, куске сахара. Отдел документов производил фальшивые паспорта, удостоверения личности и так далее. Безусловно, подобную техническую работу ведут разведки всех без исключения стран. Гелен также внедрил немало технических новшеств в деятельность вверенного ему ведомства. Важно, однако, то, что Восточная Германия, страна с населением чуть больше, скажем, Голландии, создала секретную службу, по своим масштабам не уступающую аналогичным ведомствам мировых сверхдержав.
Численность штатных сотрудников HVA составляла 800 человек. Характер работы роднил его с одним из отделов ЦРУ — отделом «Планирования и операций», более известным как «Департамент грязных дел». HVA также координировал деятельность других отделов, в том что касается зарубежного шпионажа, отвечал за подбор, вербовку и подготовку агентов, а также за учебные планы, программы и качество обучения в разведшколах.
Руководство восточногерманских спецслужб предпочитало не употреблять по отношению к своим информаторам зловещие термины, которые Гелен позаимствовал у абвера и гестапо. И если в целом информаторы HVA были равны, некоторые все-таки считались «более равными», чем их другие коллеги. Рядовые восточногерманские информаторы обозначались аббревиатурой GI (Geheiminformator — тайный осведомитель). Более высо-кую ступень занимали ведущие информаторы, или GHI. На самой верхушке этой пирамиды находился «Geheimer Mitarbeiter», или «тайный сотрудник», титул, отдаленно напоминавший «почетного корреспондента» французского Бюро-2. Это примерно соответствовало званию V-Fuhrer в геленовской «Организации».
Вообще, между геленовской «Организацией» и HVA было на удивление много общего. Информаторов держали на расстоянии от самого министерства, точно так же, как геленовским «доверенным лицам» был заказан доступ в Пуллах. Как и геленовская служба, HVA располагал четырнадцатью региональными филиалами, начальники которых непосредственно руководили деятельностью информаторов. Исключение составлял лишь Потсдамский филиал, находившийся в непосредственном ведении HVA, поскольку контролировал обстановку в Восточном Берлине.
Был эсэсовцем — стал «товарищем»
Ульбрихт, Волльвебер и другие лидеры Восточной Германии неустанно обвиняли Гелена в том, что тот «не только выступает орудием в руках американского капитализма и империализма», «поджигателем войны и сеятелем семян ненависти между Востоком и Западом», но и более того сам — не кто иной, как неонацист, окруживший себя исключительно бывшими эсэсовцами, гестаповцами и прочими военными преступниками. Безусловно, утверждение, что Пуллах и его филиалы пригрели под своим крылом не одного бывшего нациста, в целом соответствует действительности, однако ирония судьбы и состоит в том, что в восточногерманском Министерстве госбезопасности гитлеровских выкормышей тоже было предостаточно.
Среди начальников отделов HVA значились генерал-майор Рудольф Бамлер и обергруппенфюрер СС Ганс Ратгенгрубер. Бамлер служил в старом рейхсвере при генерале, фон Секте и в 1928 году, в чине майора, возглавил контрразведку, причем проявил недюжинную энергию и ловкость, работая против советских спецслужб. В 1933 году ему было присвоено звание полковника, за этим последовало назначение на пост главы отдела 111/F абвера. Служа под началом адмирала Канариса, Бамлер зарекомендовал себя истинным арийцем, который всеми правдами и неправдами пытался добиться расположения к себе со стороны РСХА и гестапо, чем порядком раздражал своего непосредственного начальника. 12 сентября 1939 года Канарис «по-отечески» представил Бамлера к повышению в должности, что на деле означало его удаление из абвера. Бамлер был назначен начальником штаба западнопрусской армейской группировки. После июня 1941 года, в звании генерал-майора, Бамлер командовал в России 12-й пехотной дивизией. 27 июня 1944 года, уже в звании генерал-лейтенанта, он попал в плен к русским под Могилевом. Оказавшись в советском плену, Бамлер пытался разжалобить русских своими заверениями в ан-тинацистских настроениях. По его словам, он был лично причастен к антигитлеровскому заговору. Генерал даже вступил в возглавляемый фельдмаршалом Паулюсом Национальный комитет Свободной Германии. Он также обвинил — насколько обоснованно, нам неизвестно — своего бывшего начальника, генерала Готфрида фон Эрд-маннсдорфа, будто тот отдал приказ о массовом уничтожении советских военнопленных. В результате генерал предстал перед советским трибуналом и был приговорен к смерти.
В 1946 году Бамлер вернулся в Восточную Германию. Вскоре по прибытии туда он был назначен главным инструктором в Гловене, в незадолго до этого созданной «школе госбезопасности» при «Пятом комиссариате». В 1950 году он вернулся в Советский Союз для «повышения квалификации» и в 1952 году был принят в штат Министерства госбезопасности, где быстро пошел вверх и вскоре был назначен главой отдела.
Еще более фантастической была карьера эсэсовского генерала Раттенгрубера. Этот «наци» старой закалки до войны командовал личной охраной Гитлера. В качестве представителя службы безопасности он сопровождал Риббентропа в Москву для подписания пакта с Молотовым. Во время войны, воюя в России, Раттенгрубер получил высокое эсэсовское звание. Проведя некоторое время в лагере для военнопленных, он был отправлен в Восточную Германию, где возглавил Лейпцигское управление незадолго до этого созданной Народной полиции. В 1949 году Раттенгрубер получил задание помочь в реорганизации чехословацких спецслужб в Праге. В конце концов он оказался на высоком посту в восточногерманском Министерстве госбезопасности, а чуть позже стал сотрудником HVA и возглавил подотдел Второго главного отдела.
На руководящих постах HVA работало немало бывших эсэсовцев и гестаповцев. Некоторые из них были хорошо знакомы Гелену и его помощникам — выражаясь фигурально, все они были птенцами из одного гнезда, только вот разлетелись в разные стороны. Гауптштурм-фюрер СС Людвиг Хагмейстер, некогда служивший в шелленберговской РСХА, оказался во главе филиала HVA в Шверине; штурмфюрер СС Штаницер, бывший начальник венского гестапо, удостоился столь же высокого поста в Эрфурте. Однако самым удивительным стало назначение бывшего главы отдела V-В РСХА штурмбанн-фюрера СС Гейденрейха. Будучи полковником службы безопасности, он был назначен представителем HVA при Центральном Комитете СЕПГ.