Кровная месть (СИ)
Никаких иллюзий по поводу собственных полководческих талантов он не питал — руководить воинским отрядом больше пары сотен бойцов ему не доводилось, а водить армии в бой — это не стишки писать, тут нужен опыт, опыт и еще раз опыт! Просто это было в крови у каждого ортодокса: в любой непонятной ситуации выстраивай вагенбург. Крепость из фургонов, ощетинившаяся алебардами, гизармами и боевыми цепами собьет любой наступательный порыв… А кавалерия задержит неприятеля, даст время изготовиться, чтобы устроить атакующим мясорубку.
Участок дороги, на котором вот-вот должна была разразиться битва, пролегал по плоской, каменистой возвышенности с небольшими островками рощиц и перелесков. Впереди маячила сине-зеленая стена хвойного леса, позади — несколько верст пустоши. Отступать было некуда!
Аркан привстал в стременах, достал подзорную трубу и принялся вглядываться в темный, геометрический узор еловых верхушек. Вдруг над чащобой взлетела огромная стая птиц: Коннор был прав, что-то приближалось!
— Рыцари Запада! Гербы дю Массакров! — южанин промчался мимо Аркана, развернул коня, который гарцевал на месте, разгоряченный сумасшедшей скачкой и прерывающимся голосом заговорил. — Сотни три, не меньше! Без обоза, без пехоты… Они явно знали, где мы. Идут на рысях, будут… Черт возьми, будут прямо сейчас!
Перестроиться из походного порядка в круговую оборону — дело ортодоксам знакомое, но не быстрое. Сумеет ли легкая кавалерия Аркана остановить феодальную конницу? Рем проклинал себя: нужно было выстроить тяжелую пехоту в каре, и плевать на припасы! Победитель получит всё! Но — поздно. Отменять отданный приказ — значит разводить суматоху…
Три сотни рыцарей — ужасная сила. Тяжелые, закованные в латы всадники с копьями длиной в восемь или девять локтей, на огромных лошадях — они сомнут баннеретов! А если — больше? Если не три, а пять, семь сотен? Тогда что — поход окончен, так и не начавшись? А-а-а, к черту!
Рем почувствовал, как на смену липкому страху в душе приходит лютая ярость. Что, в конце концов с ним может случиться? Смерть? Так ведь смерть в этом мире — в порядке вещей! Он взмахнул черным знаменем, с которого зловеще улыбался красный череп, и, осенив себя знаком огня, с лязгом потянул меч из ножен.
— Ангелам Своим заповедает о тебе — охранять тебя будут на всех путях твоих! — речитативом начал Аркан, боковым зрением увидав, как выстраивается справа и слева от него конная лава, и всадники в стальных шапелях готовят к бою клинки. — На руках понесут тебя, да не преткнёшь о камень ногу твою! На аспида и василиска наступишь! Попирать будешь льва и дракона!!!
Лошадь прядала ушами, фыркая, чуя близкую кровь, тревожно изгибала шею, переходя на яростный галоп. Мерный рокот сотен копыт разнесся над равниной. Конница набирала ход, желая использовать свой единственный шанс — встретить рыцарей на выходе с лесной дороги, не дать им развернуться широким фронтом и пустить в ход пики, а навязать ближний — клинковый бой.
— С нами Бог!!! — выкрикнули ортодоксы. — Бар-ра!
Навстречу, из широкого просвета между деревьями уже выплескивались грохочущие сталью ряды воителей Запада. Аркан скрипнул зубами — встречная атака опоздала на какие-то минуты…
VII
Аркан приготовился умирать. В левой руке, на отлете — знамя, в правой — меч, шлем… К черту шлем, не поможет тут шапель, если в лицо прилетит граненый наконечник копья! Ветер в волосах и прищуренный взгляд вперед — туда, где скачет навстречу ненавистный враг.
Лоб в лоб с рыцарской конницей? Это прекрасно, но так не воюют! Для первых рядов — верная смерть! Самое страшное во всей это ситуацией было то, что ни один из ортодоксов не отвернул коня! В кожаных доспехах и с мечами наголо против таранного удара смертоносной стены кавалерийских пик? Почему бы и нет!
— С нами Бог!!!
Этот громогласный боевой клич, полный отчаянной радости снова вырвался из сотен глоток конницы Аркана, когда внезапно лошади рыцарей начали спотыкаться, опрокидываться на землю, с жутким грохотом роняя закованных в броню всадников, создавая сумятицу и ломая ряды броненосного войска.
Ошеломленный, Рем принялся вертеть головой, силясь понять, что за напасть поразила врага, и ответ не заставил себя ждать:
— Эл-а-а-а! Пили-и-и-ин!!! — раздался звонкий и мелодичный голос из ближайшей рощицы, и небо наполнилось шорохом и свистом летящих стрел.
Смертоносным дождем они снова прошлись по первому ряду рыцарей, поражая менее защищенных, чем всадники, лошадей. Эльфы? Но как? Откуда? И почему — в лошадей? Для эльфа ведь убить животное — великий грех… Или это какие-то неправильные эльфы? В голове Аркана роилось множество вопросов, но думать было некогда — ортодоксы врубились в замешкавшиеся ряды рыцарей. В свалке мечи и легкие кожаные доспехи давали определенное преимущество, и баннереты воспользовались им сполна: звон стали и яростные вопли заполнили округу.
Но войско рыцарей было больше, много больше — и командовал ими явно не дурак. Зазвучали медные голоса труб, и один за другим уцелевшие бронированные всадники передового отряда начали выходить из боя, под защиту второй линии, выстраивающейся для атаки в тени деревьев. Скоротечная схватка и неожиданный обстрел стоил им нескольких десятков товарищей, потери были и у ортодоксов.
— Отходим! Отходим! — закричал Аркан, размахивая знаменем.
Шарль поднес к губам рог и выдул из его нутра гулкий сигнал.
— Мы сделали свою работу, — сказал он. — Парни успели выставить фургоны, черта с два эти теперь возьмут нас.
— Патрик! Раненые! — Рем цепким взглядом осматривал поле боя.
Чертов дю Валье уже был на земле, спешился, и добивал поверженных рыцарей! Ненормальный… Ортодоксы забирали своих — те, кто был в силах бежать, но потерял лошадь, держались за стремя, тяжелораненых перекидывали через седельную луку — о них позаботятся в вагенбурге. За легкоранеными старались присматривать — от потери крови можно было ослабеть и свалиться с коня.
— За знаменем! — выкрикнул Шарль и снова приложил рог к губам.
Большая часть всадников устремилась следом за Арканом, направившим коня к той самой рощице, из которой прилетели спасительные стрелы. Несколько десятков кавалеристов направилась к вагенбургу, за медицинской помощью. Ортодоксы не видели подвига в том, чтобы помереть от собственной тупости в первые минуты сражения из-за пренебрежения к ранам. Ведь вовремя сделанная перевязка или обезболивающий отвар может дать дополнительные шансы постоять за себя и помочь соратникам!
— Айе, Аркан! — этот голос он узнал бы и спустя годы!
Стройная фигура эльфа показалась из-за ствола раскидистого дерева и тъялери помахал рукой.
— Эадор⁈ — Рем спрыгнул с коня и облапил старого боевого товарища. — Но откуда? Как?
В легких доспехах, выкрашенных в зеленый цвет, с длинным составным луком милостивый государь Эадор Нилэндэйл, полномочный посол владыки Рианнора, выглядел весьма колоритно! Да еще и пара черных перьев в волосах, и по две черные же полосы на скулах… И все эти люди… Эльфы? Мужчины и женщины в такой же экипировке и с такими же украшениями в прическах… И Сайа! Аркан смотрел на бывшую циркачку-танцовщицу, которая в полном боевом облачении походила на грозную дриаду — и не мог понять, что вообще происходит. А потом в голове щелкнуло: полуэльфы! Сай нашла Эадора, и вдвоем они собрали полукровок со всего запада! Но…
— Четыре дюжины лучников, — сказал Эадор. — Это, конечно, не две сотни свирепых наемников, которых ты привел в Доль Наяда прошлой весной, но мы можем быть полезными. Командуй, Аркан! Считай — у тебя пополнение. Разговоры — после боя!
Рем тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли.
— Рад видеть! Сам Господь направил вас сюда именно в этот момент. Прикройте вагенбург с правого фланга! Взгляните — рыцари теперь боятся ваших стрел и огибают эту рощу по широкой дуге! Пусть так будет и впредь… Мы подловим их после первого удара, когда враги обломают зубы о фургоны!