Украденная у дракона (СИ)

— Куда, стой!
— Что значит «куда?» За себя решай сама, а мне что с ними оставаться, что в лапы Берта попасть — все одно смерть.
— Ой, вот уж тоже мне, несчастный наследничек! — Фыркнула девушка. — Скорее меня псам на корм кинут, чем Драконьего сына.
Мальчишка аж потемнел от злости, но когда попытался вырваться из цепких пальцев Милти, был одернут обратно, да с такой силой, что упав, приложился лбом об поваленное дерево.
— Думаешь, что все теперь знаешь да? — Зло прошипел он, потирая ушибленное место. — Глупая ты! Да он меня только для того и держал, чтобы убедиться, что я не от него. Управляющий замком — мой дед. Это он уговорил принца подождать пока я не войду в драконий возраст и гребень не прорастет, а уже после решать, что со мной делать. Если бы не все вот это, мы бы с дедом подстроили что я сгорел во время пожара… у нас все готово было, тут и принц как раз уехал. Только и надо было утра дождаться, когда стража сменяется! А после — свобода… а что теперь?
У девушки все похолодело внутри. Это ж надо до чего боги коварные существа… все к одному! И потешаются над людьми как им только вздумается! Нарочно такого точно не придумаешь. Вот только может то ей и на руку? Может не со зла боги такую игру с их судьбами затеяли, а только для того чтобы она, Милти, могла освободить сразу несколько жизней? План спасения, который уже начал зреть в ее голове, становился все четче и объемнее, укрепляя девушку в мысли, что все получится. Вот только осталось самое сложное — воплотить все в жизнь.
— Я же не говорю, что ты не прав. — Сказала она с хитрой улыбкой, заставив мальчишку удивленно приоткрыть рот. — Просто бежать нужно не куда глаза глядят, а туда, где помогут. Сам подумай, раз умный такой — дальше, в предгорьях Шейдского Хребта, и правда всякого дикого зверья в изобилии, а еще Красных Черепов, которые рады будут поживиться за наш счет. Особенно после того, как увидят твою особенную природу. Про себя-то я вовсе промолчу…
— Ну, и куда же нам бежать? — Нервно хохотнул парень. — Очень сомневаюсь, что кто-то в целом свете захочет нам помочь. Ты же знакома с Амделлом! Вот только ты и половины не знаешь на что он способен…
— Ох что ты, имею представление… потому-то нам и нужен кое-кто посильнее твоего папашки.
— Не называй его так, он мне не отец… у меня нет отца!
— Да нет же, есть. А еще есть дед, да только помогущественнее того, которого ты отродясь своим дедом знаешь.
Звенящая тишина повисла в воздухе между ними, мальчишка нарушил ее первым, спросив осипшим голосом:
— Что ты задумала?
— Что-то очень дерзкое для безродной служанки из Восточного предела. — Ответила Милти, поднимаясь с места и вглядываясь в темноту впереди.
  
52
 
Яркое солнце воровато заглянуло в высокие стрельчатые окна, первыми своими лучами озарив скромно обставленные покои. Кассандра заворочилась в постели, неосознанно пытаясь скрыться от ослепительной полоски света, коснувшейся ее лица. Девушка улыбнулась сквозь дрему — на миг ей показалось, что она снова дома; льняные простыни пахли чистотой и приятно шуршали, если сжать их пальцами, в абсолютной тишине комнаты едва уловимо раздавались птичьи голоса, доносившиеся из-за надежных стен. Все как знакомо ей с детства…
Кассандра сладко потянулась и открыла глаза. Нет, случившееся с ней вовсе не было дурным сном, а сама она проснулась отнюдь не в безопасном Восточном пределе… только вот где же?
Каменные стены вокруг украшали посветлевшие от времени гобелены с изображением сцен конной охоты и богатых пиров, в противоположном конце комнаты располагался большой камин с красивой резной полкой и головой вепря над ней. Рядом с ним глядели на потухшие угли два красивых, но старых кресла с истертой шелковой обивкой. Оба стояли на потерявшем яркость шерстяном ковре — все вокруг говорило о былой роскоши этого, вероятно, старинного убежища. И совершенно ничего даже не намекало девушке о том, где же она находится. Больше всего расстраивала память, упрямо отзывавшаяся острой головной болью на каждую попытку вспомнить что же привело Кассандру сюда.
Приподнявшись на постели, девушка пискнула и до глаз натянула сползшее покрывало. Она была совершенно голой под ним! К счастью, спасительная ночная сорочка обнаружилась сразу же, в изножии кровати. Чтобы добраться до нее, Кассандре пришлось запутаться в одеяло и воровато скользнуть под него, схватив желаемое… И едва девушка скрылась под покрывалом с головой, как тревожное видение прошлого накрыло ее, заставив почувствовать сковывающий холод, страх и боль, с которой воздух вырывается из легких вместе с криком, потонув в шуме быстрых черных вод.
Река. Она упала в нее с высоты и не могла вынырнуть, не могла вдохнуть, ведь платье, чертово шерстяное платье, отяжелело настолько, что стало тянуть ее ко дну! А потом темнота, всепоглощающа, ледяная и знакомый голос, который вырвал девушку из лап забвения. Тепло сильных рук и широкой груди, к которой она позволила себе зябко прижаться, точно только от пламени, бушевавшем в теле этого мужчины можно было разжечь почти потухший огонь собственной души.
А потом… неужели все было правдой? Он вот так просто снял с нее платье и, накинув лишь собственную рубашку, нес на своей спине в гору… нет, не может быть! Они бы не выжили в такую погоду в горах! А если и да? Если все правда, то каким чудом из глуши они вот так внезапно перенеслись в это место… и, самое главное, сколько времени прошло с тех пор?
Вспомнить что-то еще, так же, как и погрузиться в размышления помешал скрип двери, приоткрывшийся на огромных петлях, будто созданных для того чтобы сдержать целую армаду которой могло вздуматься рваться сюда с другой стороны. Сквозь небольшую щель в комнату просунулась в начале одна любопытная девичья мордашка, а следом и другая.
— Не спит! — Радостно огласила на всю комнату темноволосая девушка с длинной толстой косой, спускавшейся ниже пояса ее скромного синего платья.
— Смотри! А ты говорила… вон, и помирать не собирается! — Совсем уж бестактно подхватила та, что была в розовом платье и безуспешно пыталась стянуть непослушную копну темно-рыжих кудряшек белыми лентами.
Кассандра опасливо притянула одеяло повыше, когда обе без спроса влетели в комнату и подбежали к ее кровати, весело смеясь и толкая друг друга, точно не юные девы на выданье, а малолетние мальчишки.
— Скажи, а правда, что ты русалка? — Спросила темноволосая девушка, раскрасневшись то ли от смущения, то ли от смеха. — Когда служанки обмывали тебя, сказали, что из волос доставали водоросли, а ноги и руки были перепачканы в тине!
— Тсс, Рэйна… ну, что ты как маленькая? Не позорь меня! — Нахмурившись фыркнула рыжеволосая, сложив руки на груди, и в этот миг точь-в-точь стала похожа на Нэймана. Да так, что Кассандре пришлось глаза протереть, чтобы убедиться не привиделось ли ей это.
Хитро прищурившись, девушка в розовом аккуратно опустилась на край кровати и доверительным шепотом, обратилась к затаившейся под одеялом девушке.
— Меня зовут Эллин, а это Рэйна. Мы родные сестры Нэймана, а ты…
— Кассандра… — тихо прошептала девушка, во все глаза глядя на нарушительниц своего покоя. — Вы его сестры? Но как же…
«Как же могут быть у безродного вора в родственниках благородные девушки?» — хотела продолжить она, но вовремя сдержалась. И Эллин и Рэйна были одеты совсем не по-простецки! Да, скромно, но и осанка и манера говорить явно демонстрировали их знатное происхождение. О том, что хамоватый мужлан с растрепанными волосами до плеч мог быть им родным братом не могло быть и речи!
— Да, да. Братец вряд ли удосужился рассказом о нас. — Закатила глаза Рэйна и печально пробубнила себе под нос что-то уж совсем непонятное. — Порой мне кажется, что он просто забыл, что у него не одна сестра, а целых три. Было.
— Рэйна! Ну что ты опять! — Зло фыркнула на нее Эллин, снова неуловимо став похожей на своего вечно сердитого брата. — Вот ведь послали боги. Мне кажется даже на самом ярком празднике жизни она все равно ввернет хоть слово про смерть.