Нелюбезный Шут (СИ)
Добрая ведьма? Он серьёзно? Я удивилась настолько, что гнев утих сам собой. Но показывать это гостям я не собиралась. Торговаться — так торговаться. Я и так Джастеру много задолжала…
Хоть что-то верну.
— Говорите, — хмуро кивнула я купцу.
Бедный Саризула нервно вытер со лба холодный пот. В его глазах страх потихоньку уступал место разуму.
— Я… — он сглотнул, пока ещё с трудом овладевая голосом. — Я могу предложить вам деньги, госпожа. Золото, разумеется.
Ещё бы он серебро посмел предложить за такое…
— Сколько? — Смотрела я по-прежнему хмуро.
— Пять… Десять «роз».
Десять «роз»?! За всё, что я пережила?! Двадцать, не меньше!
— Не гневайтесь, госпожа, — на моё плечо легко и предупреждающе легла ладонь Шута. — Уважаемый господин Саризула просто оговорился от волнения. Не так ли, господин? Вы же хотели сказать пятьдесят? — участливо поинтересовался он.
От озвученной суммы глаза Саризулы округлились, как две «розы», и он закашлялся, поперхнувшись словами. Да и я сама едва не открыла рот от изумления. Это же огромные деньги!
— П-п… пя… пятьдесят? — прокашлялся купец.
— А разве жизнь уважаемого Визурия стоит меньше? — невозмутимо поинтересовался Шут. — В таком случае, госпожа Янига сегодня подаст обвинение в канцелярию магистрата. Если не ошибаюсь, заседание по делу назначено за час до полудня, это уже скоро.
Заседание по делу уже назначено, и оно скоро? Долго же я спала… И о какой ярмарке он тогда говорил? Нам же тогда в ратушу надо!
— Смилуйтесь, госпожа Янига! — не выдержал купец, с чувством прижав сложенные ладони к груди. — Это же огромные деньги! Двадцать пять!
Я чуть не расхохоталась от неожиданности и восхищения, с трудом сохранив суровый вид. Вот это купец! Даже здесь торгуется!
— Это обычная вира за покушение, почтенный господин. А как же кража? — Джастер не собирался уступать. — Сорок девять. У госпожи только одно новое платье «бутон» стоило.
Вчерашнее платье стоило целый «бутон»? А сколько же стоил мой сегодняшний наряд?! «Розу»?!
Купец же окинул меня быстрым взглядом и обратился к Джастеру, окончательно уверившись, что Шут не просто мой охранник. Впрочем, я не собиралась его в этом разубеждать.
— Прошу прощения за дерзость, любезный, — Саризула позволил себе немного расслабиться, явно собираясь сбить цену, — но госпожа Янига прекрасно выглядит. И её платье…
— Осмелюсь заметить, — перебил Шут так невозмутимо и равнодушно, словно хозяин, отчитывающий прислугу, — госпожа Янига — могущественная и достойная ведьма. Или вы считаете, что из-за случившегося она должна выглядеть как побитая разбойниками нищенка?
Саризула нахмурился и замялся, не зная, как реагировать на подобный тон. Я же постаралась принять невозмутимый вид, как будто и в самом деле так могущественна, что одним щелчком пальцев могу синяки исцелить…
— Конечно, нет. — Купец решил сделать вид, что не заметил хамства ведьминого охранника. — Я имел в виду, что готов заплатить двадцать девять «роз» и предоставить новое платье для госпожи Яниги…
— Сорок восемь с половиной, — совсем чуть-чуть уступил Шут. — Госпожа вчера заказала фиалы для зелий у мастера Извара на две «розы». Ваши люди их разбили вместе с готовыми на продажу зельями. Всего пропало товара на пятнадцать «роз» полтора «бутона» девять «лепестков» и три «листка». Госпоже придётся всё делать заново, а это требует времени, сил и редких дорогих трав. Это не считая прочих испорченных вещей.
Что-о?! Эти мерзавцы разбили мои зелья?! Неделю моего лесного труда?!
Джастер снова предупреждающе сжал пальцы на моём плече. И это не укрылось от купца, как и моё отношение к услышанному, потому что он снова заметно побледнел.
— Полная сумма ущерба от кражи: двадцать «роз», «бутон» и четыре «лепестка». Вместе с вирой — почти пятьдесят пять «роз». Как понимаете, госпожа и так очень снисходительна и добра к вам, уважаемый Саризула, — невозмутимо припечатал Шут.
За окном, перекрывая шум города, раздался мелодичный звон городских часов.
— О, скоро заседание магистрата, — покосился в сторону окна Джастер. — Так что вы говорили, почтенный?
— С-с-сорок восемь! — Купец чуть ли не на колени рухнул, понимая, что спорить с Джастером бесполезно. — Больше не смогу, госпожа! По миру пойду!
— Что скажете, госпожа? Сорок восемь «роз» и прекрасное новое платье от уважаемого господина вас устроят? — смилостивился Шут, давая понять, что торг окончен.
— Так и быть, — кивнула я, старательно скрывая внутренний восторг. Демоны с этими братцами и разбитыми склянками! Новые сделаю… Сорок восемь «роз»! Это же целое состояние!
— И госпожа забудет про обвинения? — Саризула не был бы купцом, не обговорив все условия сделки.
— Да, — кивнула я, изображая милостивую ведьму.
— Договорились, госпожа Янига! — Саризула с облегчением протянул мне руку, закрепляя наш договор вежливым пожатием.
Деньги, как и заранее составленная бумага про виру, куда оставалось только вписать сумму, у него оказались с собой, и я не слишком этому удивилась.
Дождавшись, когда за незваными гостями закроется дверь, я счастливо рассмеялась. На столе блестела гора золота, я жива и здорова, Джастер со мной, и жизнь просто прекрасна!
— Чему радуешься? — вернул Шут меня на землю. — Собирайся, пойдём на ярмарку. Точнее, сначала в магистрат, а потом на ярмарку.
— Зачем? — Я недоуменно смотрела на него. — Ты же сказал, что все зелья…
— Духи уцелели, а зелья я восстановил, — хмуро буркнул он. — Но продавать их будешь завтра. Сегодня просто осмотримся. Ты же хотела погулять по ярмарке просто так?
Моя радость заметно угасла, потому что снова стало стыдно. Вот почему он такой мрачный и усталый. Я-то спала, а он всю ночь глаз не сомкнул. То меня спасал, потом вещи искал, потом зелья до утра делал, ещё и наряд новый мне нашёл, и про завтрак подумал… Ещё и меня сколько успокаивал…
— Может, тогда ты отдохнёшь? — Я робко смотрела на Шута. — А погуляем в другой раз.
— Не спорь, ведьма. — Джастер потёр лицо ладонями. — Дел и так много. Нужно ещё к аптекарю зайти и в книжную лавку. И не только туда заглянуть надо. Так что лучше вернёмся пораньше, и я лягу спать. А тебе дел хватит — порядок в своих вещах наводить и зелья заново заговаривать.
Я кивнула, но оставалось ещё кое-что. В конце концов, это будет честно и справедливо. Отсчитав половину монет, я пошла к Шуту, устало сидевшему на своей кровати.
— Джастер… — робко протянула ему пригоршню золота. — Возьми, пожалуйста.
— Что это? — Он хмуро посмотрел на деньги, а потом на меня. — Мы об этом не договаривались, ведьма.
Я смутилась окончательно. Конечно, не договаривались. Только я считала, что это будет правильно.
— Ты столько для меня сделал… И вообще, платишь за меня везде, и одежду покупаешь, и… В общем, вот, возьми и не спорь! — Я высыпала золото ему на кровать. — И дай, пожалуйста, мои вещи.
Шут смерил меня долгим взглядом, устало вздохнул и протянул мою потрёпанную поклажу.
— Деньги спрячь, и пойдём уже. В ратушу пора, а мы всё еще дома сидим. И да, духи не забудь.
Я едва успела убрать свои вещи в сундук и закрыть его на ключ, когда в коридоре послышались громкие уверенные голоса, тяжёлые шаги и бряцание железа.
Городская стража не заставила себя ждать.
Сердце неровно забилось от внезапного волнения, а Джастер открыл дверь, не дожидаясь, когда на неё опустится закованный в доспехи кулак.
7. Прогулка
Хотя потерпевшей стороной была я, грозный вид возникшей в дверях четвёрки стражников и их начальника, в начищенных доспехах, украшенных королевским гербом розы, меня немного напугал.
Не привыкла я иметь дело со стражей как… со стражей. Мы с Холиссой в такие истории не попадали… А это, к тому же, не просто стражники, а состоящие на королевской службе.
— Ведьма Янига и её охранник, именующий себя Джастером, должны немедленно проследовать в магистрат для допроса в деле похищения упомянутой ведьмы! — Командир стражников встопорщил пышные усы, больше похожие на щётку для чистки платья.