"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
* * *— Как-как? Нециклический компактный синхрофазотрон? — мужички скопились около одного из лотков, где беседу вел некто Рунге, местная знаменитость. — Ты на каком языке разговариваешь?
Высокий парень в кожаном плаще размахивал руками и пытался объяснить характеристики желаемого прибора. Рунге почесал подбородок, что-то чиркнул в блокноте, а потом сказал:
— Я вот что тебе скажу… Думаю, что может у меня и есть такая железяка. Но это завтра. Подходи к обеду, поищем тебе твой ускоритель частиц.
— Кварков.
Рунге хрюкнул:
— Значит ты прибыл на ярмарку в Аргау, чтобы купить ускоритель кварков? Из Академии? Слыхали, мужики? Академики у нас оборудование закупают! Понимаешь, если тебе фотопанель нужна, или там эхолокатор для ловли рыбы, или даже антираптор ультразвуковой — это да, это всегда пожалуйста. Мы тут — непризнанные гении через одного, что угодно спаяем и склепаем. Гении прикладного технического творчества! А высокие материи, фундаментальные теории и квантовая физика, кварки всякие — это… Это…
— Это то, что вы мне принесете завтра к обеду, верно?
— Две семьсот, — сказал Рунге. — И ни кредитом меньше.
— Это нормально, — сказал Сью, хотя это нихрена не было нормально. — Я завтра сюда подойду.
Синюки сворачивали свой товар, закрывались лотки с изделиями мастеров, оставляя ночной городок на откуп индустрии развлечений, уличному фастфуду и бродячим музыкантам. У Виньярда мелькнула мысль вернуться в гостиницу и предложить Алисе прогуляться, но, увидев в стекле витрины свою мрачную физиономию, он злобно плюнул под ноги. С такой рожей только детей пугать, а не девушку на свидание водить. Одна из самых худших идей — перекладывать с больной головы на здоровую, пытаться решить свои внутренние проблемы за счет других людей. Это неприемлемо. Он вполне может справиться с этим сам!
— Это у вас что? — спросил он, заглянув в деревянную будку с манящей вывеской «Mood Machine».
Крепко сбитая симпатичная барышня в белом переднике улыбнулась и сказала:
— Муншайн! Вот, глядите — с цедрой, с перцем, с медом, карамелью…
— А градусов-то там сколько, в этом вашем волшебном напитке?
— А то Господу одному известно! — подмигнула торговка. — Но не меньше сорока.
— Я хоть завтра от него не помру?
— Обижаете, мистер! Это «Mood Machine», мы гарантируем наутро отличное настроение, даже если вы вечером получите алкогольную токсикацию и попадете в больничку! Берите — проверьте, никакого похмелья, только приятный привкус карамели во рту.
— Ну-ну, я тут задержусь, так что если обманули — приду устраивать скандал!
— За добавкой вы придете, вот как оно будет. Если не себе — то точно захотите чтоб друзья и знакомые попробовали, — уверенно заявила продавщица счастья.
Поллитровая бутыль зеленого стекла перекочевала в необъятный карман плаща, кредиты — звякнули в кассе.
Сью отошел в подворотню, вытянул пробку и присосался к бутылке. По жилам прошлась волна огня:
— Ху-у-у-у! — муншайн был хорош, и хандра на секунду отпустила.
Виньярд решил прокрасться к себе в номер и продолжить уже там. Ему не хотелось приключений. Он желал выключить мозг и не вспоминать, не сравнивать — хотя бы несколько часов. И зелёная бутылка была для этого отличным средством.
* * *Стараясь не шуметь, он как слон протопотал по коридору и самым настоящим ключом открыл замок своего номера. Ребята заботливо положили на кровать его рюкзак с комплектом первой необходимости, так что за это Сью мог не волноваться. Он прямо в ботинках прошел через комнату, открыл окно настежь и уселся на подоконник свесив ноги.
Виньярд точно знал что не упадет — в каком бы состоянии не находился. И потому спокойно достал из кармана початую бутылку муншайна и сделал несколько хороших глотков.
— Это ж надо! — сказал он. — Никогда такого не было — и вот опять!
Наверное, хтоническая жуть когнитивного диссонанса накрыла его потому, что Аргау был слишком земным. Это не футуристическая Академия, и не вылизанный Сезам. Аргау был похож на те горные городишки, которые сохранялись в Кордильерах, на Аляске или севере Евразии, в незагаженных местах. Именно поэтому, ощутив себя на секунду в одной из тех коротких поездок на Большую землю, за пределы Южного полярного круга, он совершенно точно осознал — все остальные провалили свои миссии. Ни один участник проекта не смог связаться с Землей. Иначе — об этом было бы известно хоть что-то… А это могло означать только две вещи: либо Земля сгинула — по крайней мере как обитаемая, цивилизованная планета, либо — они все погибли. Конечно, имелся и третий вариант…
Сью поболтал наполовину опустошенной бутылью. Третий вариант — это плюнуть и жить обычной жизнью. Судя по количеству освоенных миров — Первая волна увенчалась сокрушительным успехом. Люди заселили космос! Колонистам нужно было строить города, растить урожаи, рожать детей… Какой, к черту, кварковый передатчик?
— …Moonlight and vodka takes me away,Midnight in Moscow is lunchtime in L. A…— просипел Сью и сделал большой глоток.
Тихонько скрипнула дверь. Он и не думал поворачиваться.
— Виньярд! — произнес строгий девичий голос. — Ну-ка быстро слезь оттуда!
— Нет проблем! — сказал Сью и ухнул вниз с подоконника.
— А-а-а-ах! — выдохнула Алиса.
— Не слезать? — спросил он, снова появившись в окне.
Внизу был вполне удобный водосток, на котором он и балансировал.
— Ты что — пьяный?
Он перемахнул подоконник и оказался в комнате. Разглядев, что девушка пришла к нему в махровом халате и тапочках, и теперь ежится от холода, парень в два движения закрыл окно.
— Это не имеет ровным счетом никакого значения, — сказал Сью. — Я очень благодарю тебя за участие, не смею задерживать и желаю приятных снов.
— Ну уж нет, Виньярд! Этот номер у тебя не пройдет! Давай, снимай свои чертовы ботинки и чертов плащ, садись вот сюда — рядом со мной и говори уже в конце концов, что у тебя на душе! Я же вижу что ты сам не свой!
— Э-э-э-э… — ботинки полетели в один конец комнаты, плащ — в другой.
Сью нерешительно глянул на девушку, которая сидела на кровати, поджав ноги. Изящные голые ножки — это был решающий аргумент, и он рухнул рядом с ней и положил Алисе голову на колени.
— А можно я просто так вот полежу, а ты мне волосы погладишь?
— Еще и массаж сделаю — но с одним условием!
— Не буду я к тебе приставать, даже не надейся.
— Вообще-то условие было другое, м-м-м-мда. Ты расскажешь мне почему решил напиться.
Сью посерьезнел:
— Никогда не считал правильным грузить других людей собственными заморочками. Тем более — если сделать с этим ничего нельзя… Засирать мозг приятной милой девушке только потому, что она оказалась рядом? Типа, свободные уши? Это неприемлемо.
— А ты не охренел, Виньярд? — ее пальчик уперся ему в лоб. — Вообще-то я рассказала тебе про Талейран! Отложи на секунду в сторону свои домыслы и поверь, что мне искреннее небезразлично то, что происходит в твоей лохматой голове!
— Вот даже как! — в голове шумело то ли от алкоголя, то ли от присутствия рядом такой приятной и симпатичной Кавальери.
Он глубоко вздохнул, а потом слова полились из него как из рога изобилия.
* * *— Ты попросила, Алиса — и я расскажу. Скорее всего — это будет сумбурный поток сознания, который слушать вовсе не обязательно — он никак не скажется на наших отношениях, или на продолжении приключений, или моей миссии… [2] Просто — ты первая, кто увидела, как на меня накатило. Знаешь, что случилось с Землей? Не метеорит, не ядерная война, не зомби-апокалипсис и не нашествие инопланетян — их же не бывает, да? Всё произошло само собой, постепенно, исподволь. Человечество избрало образ жизни, который медленно, но верно вел его в бездну. Я даже не знаю с чего начать, Алиса… Господи Боже, в какой-то момент мы обнаружили что в наших океанах больше пластикового мусора чем рыбы! Берега рек были засраны полиэтиленовыми пакетами и бутылками из-под пива, свалки становились всё больше и больше. Попытки ряда развитых государств перевести экономику на «зеленые» рельсы привела к тому, что другие государства расплачивались за их чистоплюйство, вырабатывая для них «грязную» энергию и устраивая на своей земле ядерные могильники. Эдакий выверт — они ездили на «чистых» электрокарах, в которых стояли литиевые аккумуляторы, собранные на токсичных заводах. А заправлялись кары энергией, произведенной в основном на тепловых электростанциях, которые работали на газу, угле и нефти… И делались эти электрокары изначально с дефектом, который позволял им функционировать не более десятка лет — чтобы потребители брали кредит на новую модель. Это при том, что многие старые образцы автомобилей с двигателями внутреннего сгорания гоняли и по полвека — если правильно приложить руки, конечно… Хлам, хлам, бесконечное количество хлама… Бесконечное количество вещей, людям ненужных, ради покупки которых они загоняли себя в долговую кабалу, чтобы через промежуток времени выбросить, превратив в хлам, и навесить на себя еще одно ярмо — ради вещички поновее… Развитие сельского хозяйства позволяло обеспечить весь мир зерном, мясом, овощами, рыбой — но при этом миллиарды страдали от голода, высокомерно и наплевательски относясь к труду фермеров и крестьян, считая работу в коровниках и на полях чем-то постыдным и недостойным. Миллиарды предпочитали натуральным продуктам некачественную консервированную пищу, полуфабрикаты, огромное количество сахара и трансжиров — они сами выбирали это, осознанно! Дичь-то какая: пропагандируя вегетарианство, они кушали соевую колбасу и искусственное мясо! Это как принять обет безбрачия, чтобы сношать резиновую женщину… Прости, Алиса, это уже муншайн говорит… В пределах одной планеты разделение на богатых и бедных — людей, народы, нации — было таким впечатляющим, что ваш освоенный космос может позавидовать! Кое-где стаканчик кофе стоил три тамошних кредита, а в других местах — это была месячная зарплата! Где-то тоннами выбрасывали пищевые отходы — а в других местах люди радовались, если им доставалась лишняя кружка воды… Засилье высоких технологий привело к еще большему расслоению — интеллектуальному. Обилие информационного шлака снизило общий культурный и образовательный уровень, наполнило мозги людей бессмысленной информацией, разучило анализировать и иметь собственное мнение, разделило их на узкие сообщества, члены которых не желали понимать и принимать альтернативную точку зрения… Нетерпимость гораздо хуже, чем в дремучее Средневековье, группы гораздо более замкнутые, чем на вашей Сарасвати! Алиса, я понимаю, что меня несет — если не хочешь слушать — просто скажи, и я заткнусь, нет проблем… Ладно, ладно, дай мне только зеленую бутылку… Там чуть-чуть осталось, стыдно оставлять. Хочешь — я сделаю тебе коктейль? Называется «секс на пляже». Нет, нет я не пристаю, это правда такое название. Тут в минибаре должны быть все ингридиенты… А вместо водки у нас будет муншайн. Гренадин, гренадин… Что такое гренадин? Заменим на клюквенный сок. Ну как, вкусно? Мгм, умели на Земле жить со вкусом, гедонисты херовы… Да, и это все на фоне огромного демографического кризиса! Взрывная рождаемость в наименее развитых регионах и отсутствие всяческого желания заниматься воспитанием детей — в странах с наиболее высоким уровнем жизни… Это привело к перемещениям огромных масс людей, социальным катастрофам, появлению политических режимов настолько уродливых, что даже Ла-Вей рядом с ними покажется вполне логичным и рациональным. А потом — человечество пошло нахрен, как-то резко и всё сразу. Мой дед называл это антропологическим кризисом. Обычные простудные заболевания превратились в смертельные пандемии, ширились случаи онкологии, сердечных патологий, заболеваний сосудистой и нервной систем, опорно-двигательного аппарата — физически здоровых людей в принципе почти не осталось! И это при растущем количестве действительно опасных психических отклонений — как врожденных так и приобретенных… За тридцать лет до Первой волны колонизации человечество представляло собой жуткую картину — на каждого работающего приходилось трое-четверо тех, кто нуждался в социальной поддержке: инвалидов, стариков, умственно неполноценных! Сейчас я могу сказать откровенно — мой дед, и кое-кто из его окружения стояли у истоков создания Нового Порядка — по-медицински жестокого общества, созданного технократами на Антарктиде. Военные, ученые, кое-кто из политиков решили начать всё сначала, спасти хоть кого-то — они буквально выдергивали из той клоаки, в которую превращалась Земля носителей чистых генетических линий. Господи, они наведались в Амазонию, Сибирскую тайгу, на острова Полинезии и в глухие дебри Канады, за Северный полярный круг и в Тибетские ушелья… Сгоняли людей в конвертопланы как скот, вывозили целыми деревнями, семьями, отбраковывая тех, кто мог передать потомкам плохую наследственность… Отгородившись от всего мира военной авиацией и боевыми кораблями, не гнушаясь применять ядерное оружие — они вырастили на основе этого генетического материала пятьдесят миллионов человек. Да, да — в пробирках. Всё человечество — потомки клонов, так что тебе нечего стесняться своего происхождения, Алиса. Что делать, если наши женщины в какой-то момент разучились рожать, а мужчины разучились быть мужчинами? Я видал города Земли — нас возили знакомится с культурным наследием… Они — точно такие как Аргау. Милые, уютные… Покрытые липким налетом, утопающие в отходах и задыхающиеся в смоге… Вся Антарктида вкалывала на космическую экспансию, пока Земля корчилась в предсмертной агонии. Луна, Марс, спутники Юпитера… Мы слишком поздно поняли, что без подпитки с Земли колонии обречены на медленную смерть. По крайней мере — с тем уровнем технологий, каким располагали земляне. И тогда — устремились к экзопланетам — в открытый космос… И вот теперь меня накрыло, когда я посмотрел на этот городок. Тошно стало от того, что мы просто взяли — и прикончили свою родину. Мы просто жили так, что Земля сдохла у нас на руках… Не я лично — я-то успел только к занавесу… Ну спи, спи. Надо же, как тебя взяло-то… И сколько в муншайне всё-таки градусов, если тебя подкосило с пятидесяти грамм? Где-то тут было одеяло, ага-а-а… Доброй ночи, Алиса.