Танго втроем (СИ)
— Дадо, я бы очень хотела увидеть ваш отчёт до конца рабочего дня. Надеюсь, что вы успеете к озвученному сроку.
— Конечно. — Дадо улыбнулся одной из своих самых обольстительных улыбок.
А я, дробно стуча каблучками, направилась сначала в переговорную, отгороженную от остального офиса стеклянной стеной, а оттуда уже в свой кабинет.
Усевшись в кресло, я стала бесцельно передвигать предметы, лежащие на поверхности моего стола. Потом встала, подошла к окну, выглянула на улицу, упираясь ладонями в подоконник. Сосредоточиться и собрать мысли никак не получалось. И причина была в том, что, пройдя в паре сантиметров от Дадо, я снова ощутила это чудный запах его тела. Вот не знаю, что мне с этим делать, хоть респиратор надевай, в самом деле. Заниматься бумагами я просто не могла, в моей голове роились образы, как картинки или нарезки из фильмов, на которых я сейчас целовала его. Нежно, страстно, целовала каждый сантиметр его тела и просто не могла выбить эти образы из своего сознания. Похоже, что я влипла в него, как муха влипает в засахаренное варенье. И тут мои фантазии прервал голос Дадо, который вошёл в кабинет, но я этого даже не заметила — настолько была поглощена внутренним созерцанием картинок, что крутило моё воображение.
— Мария, — Дадо позволял себе обращаться ко мне наты и просто по имени, когда вокруг не было сотрудников.
Я ничего не имела против.
— Я принёс отчёт, как ты и просила.
Отвернувшись от окна, я повернулась и тут же натолкнулась на его пристальный, почти раздевающий взгляд. Я вздрогнула. На секунду мне показалось, что он будто прочёл на моем лице то, о чем я только что подумала.
— Спасибо,— отрывисто поблагодарила я, опуская глаза в пол.
Дадо подошёл к столу, положил на него папку, но уходить не торопился, все так же пристально изучая меня. Я не видела его глаз, но буквально кожей ощущала этот цепкий взгляд. Чтобы изобразить хоть какую-то деятельность, я подошла к столу, взяла с него папку Дадо, раскрыв, перелистала, шелестя страницами с таким серьезным видом, чтобы стало понятно, что я внимательно изучаю отчёт. Видимо, это уже профессиональное — несмотря на то, что я всего лишь делала вид, что изучаю, а на самом деле всего лишь пробегала страницы взглядом. От меня не укрылась допущенная им ошибка.
— Дадо, посмотри сюда, пожалуйста. Я положила папку на стол, ведя пальцем по странице и утыкая его в то, что мне не понравилось.— Думаю, что тебе нужно это исправить. Я села в кресло, не убирая пальца со страницы.
Дадо послушно подошёл, немного подался вперёд, склоняясь над столом и почти касаясь бедром моего тела. Посмотрел на указанную мной ошибку.
— Странно, как я это пропустил,— отозвался Дадо.
Меня тут же накрыло волной. Я пыталась сосредоточиться на том, что он мне говорит, он повернулся и посмотрел мне в глаза; его лицо было совсем близко, так что у меня перехватило дыхание. Мне пришла просто шальная, безумная мысль — выкинуть отчёт к чёртовой матери и просто заняться с ним сексом прямо на этом столе. Это желание было настолько безумным, что я даже испугалась. Я резко вскочила на ноги — так, что чуть не перевернула кресло. Дадо удивлённо посмотрел на меня, не понимая, чем вызвана подобная реакция. Но объяснять ему я ничего не хотела, просто отошла к окну и, не поворачиваясь, сказала:
— Иди и исправь свои ошибки. Надеюсь, теперь ты будешь более внимательным, и помни: мне нужны эти бумаги к концу дня.
— Хорошо,— сухо ответил Дадо, взял папку и вышел, тихо прикрыв за собой дверь.
Как только он ушёл, я тут же принялась лёгкими похлопываниями бить себя по щекам, будто делая массаж и спрашивая саму себя:
— Что ты, черт возьми, творишь? Возьми себя в руки.
Больше из кабинета до самого вечера я не выходила, слонялась и маялась дурью, выжидая, когда сотрудники разойдутся в конце рабочего дня. Просто взять и уйти, пользуясь тем, что я начальник и сама себе хозяйка, мне почему-то не пришло в голову. И только когда стрелка часов подползла к половине шестого, я взяла с вешалки плащ, перекинула через согнутый сгиб локтя, погасила свет и вышла из кабинета.
Тут меня ждало неожиданное открытие: Дадо сидел за своим рабочим столом и совсем не торопился уходить, хотя рабочий день для него уже полчаса назад был завершен.
— Дадо? — удивлённо спросила я.
— А? Привет.
Дадо поднял лицо, отвлекаясь от бумаг, которые горкой высились на его рабочем столе, похоже, он решил не только доделать свой отчёт, но и сделать работу за всех сотрудников офиса.
— Почему ты ещё здесь? Уже поздно, да и рабочий день кончился.
— Да? Хм. Заработался, прости, я сейчас соберусь. Дадо провёл рукой по волосам, взлохмачивая их, а потом аккуратно отодвинул листы на край стола.
— Я все сделал, как ты просила.
— Вижу. И не только своё, видимо, — поджав губы, добавила я, глядя на стопку бумаг.
— Нет, это девчонки, я просто взял на себя смелость все пересмотреть и убедиться, что ничего не упущено. Как ты помнишь, днём я уже сделал ошибку. Поэтому решил перестраховаться и посмотреть все остальные отчёты.
— Да? — смилостивилась я.
Вот хитрец, умеет выставить все в выгодном свете, и задобрить подозрительную и злую начальницу, хотя не думаю, что он врёт мне. Скорее всего, именно все так и есть, как он говорит.
Все, что касалось работы, Дадо делал на сто процентов хорошо и ответственно, так что у меня нет смысла ему не верить.
— Может тебя домой подвезти? — предложила я, даже не задумываясь о том, что говорю и что предлагаю.
— Да, спасибо,— тут же откликнулся он.
Мы ехали молча, разговаривать о работе, или на отвлечённые темы мне совершенно не хотелось, да и не было смысла — до дома Дадо было не так уж и далеко. Мы подъехали к его подъезду, он вышел и, обойдя машину, открыл водительскую дверь, протягивая мне галантно руку.
— Это ещё зачем? — удивилась я.
— А ты разве не зайдёшь? — Дадо выгнул бровь, улыбаясь как чеширский кот.
— А надо?
— Ну, мне бы хотелось быть благодарным, и в ответ на твою любезность подвезти напоить тебя чаем.
— Хм,— я сделала вид, что всерьёз обдумываю его предложение.
Дадо смотрел на меня в упор и ждал ответа. Я заметила в его глазах хищный блеск и поняла, что дальше тянуть нет смысла. Если я сегодня в кабинете шарахнулась от него как полоумная, то тут не стоит вести себя как дура и отказываться от того, о чем думала весь день. Дадо будто почувствовал. Понял внутренним чутьём, о чем я сейчас думаю, он подался вперёд, склоняясь ко мне. — Хватит играть в кошки-мышки,— сказал он, и прежде чем я успела что-то ему ответить, губами впился в мои губы горячим и долгим поцелуем. Его руки блуждали по моему телу, тем не менее, он сохранял определённую дистанцию. Оторвавшись от него, я перевела дыхание, ошеломлённая тем, как он ловко мной манипулирует, и попыталась что-то возразить, протестуя, но он прижал указательный палец к моим губам и потянул меня из машины. И мы снова стали целоваться.
Мы целовались в лифте, стоя на лестничной клетке перед дверью квартиры, когда я пыталась открыть дверь и упорно не могла попасть ключом в замочную скважину. Это было реально похоже на сумасшествие, но я ничего не могла с собой поделать. До спальни мы с Дадо так и не добрались, занялись любовью прямо на полу в гостиной. Кто-то назовёт меня развратной и бесхарактерной, а ещё беспринципной и, возможно, будет прав.
Я спала с чужим молодым человеком, зная, что у него есть невеста. Более того, я забеременела от него, но мне было наплевать на чужое мнение.
Думаю, что немногим дано понять, что происходит с мозгом, когда у тебя в голове не остаётся мыслей, кроме желания обладать этим телом. Я реально сошла с ума, и то, что Дадо ежедневно торчал в офисе, не оставляло мне никаких шансов для того, чтобы мыслить реально и трезво. На сотню моих «нет» было достаточно одного его «да». Но, несмотря на все уговоры Иришки и советы Ольги наплевать на все и окунуться в омут с головой в эти чувства, я медлила и сомневалась.