Природная ведьма: обретение силы (СИ)
Кабинет ректора располагался в административном корпусе, неподалеку от того, в котором находилась моя комната. Трехэтажное здание из темного булыжника с черепичной крышей мало чем отличалось от других построек и, если бы не кристалл, в этом жутком хитросплетении строений я бы давным-давно заблудилась. Наверное, я никогда не научусь ориентироваться здесь.
Насколько понимаю, вопросами моего трудоустройства заведует магистр Олхард и ректору ни к чему заниматься такими мелочными делами, как устройство уборщиц. Раздираемая любопытством и страхом, я постучала в дверь и, услышав негромкое «входите», последовала предложению.
В кабинете царила идеальная академическая чистота. В книжном шкафу одна к одной ровными рядами стояли книги. В алфавитном порядке. Все бумаги — разложены по местам или засунуты в папки с надписями и пометками. На письменном столе, за которым восседал худой и неказистый как гусиное перо мужчина, не было ничего, кроме чернильницы и нескольких листов пергамента. Мне даже стало не по себе. Обычно столь идеальная стерильность бывает либо у людей со слабым иммунитетом, либо у людей со слабым разумом… ни первое, ни второе у ректора я с первого взгляда обнаружить не смогла, поэтому стояла, в ожидании неизвестности и терялась в догадках. Даже жутко стало. Оторвавшись от написания, он обратил свой взор на меня.
— А. Будущая адептка Торнтон. Присаживайтесь, — он указал на стул перед письменным столом и вновь вернулся к своему занятию, проявляя ко мне не больше внимания, чем к засохшей в углу его кабинета традесканции. Понятно. Видимо, ректор разумом слаб…
— Вы меня с кем-то спутали, господин ректор. Я уборщица, а не адептка.
— Что вы думаете об обучении в нашем университете? — ректор смерил меня пристальным взглядом серых глаз.
— Ничего не думаю. Я не обладаю магией, господин ректор.
В ответ еще один пристальный взгляд и скептичная ухмылка.
— Да, резерв у вас действительно маловат даже для самого слабого мага, — подтвердил ректор. — Но не в этом суть. С завтрашнего дня вы числитесь на факультете стихийной магии. Специализацию определим после года обучения.
Тишину прервал мой вырвавшийся смешок. Непонятная реакция ректора смутила. Это не было шуткой.
— Извините, но это абсурд какой-то. Еще раз повторю, я устроилась в ваш университет, чтобы подзаработать денег, которых, кстати, для платы за обучение у меня нет. Как нет магического резерва и какой-либо магии, — тут я вспомнила, как свидетелем полтергейста с водой стал блондин, который, видимо, и настучал обо всем ректору. Необходимо расставить все точки над i. — Да, совершенно случайно куча грязи сорвалась с потолка и попала в мусорный пакет, но это еще ничего не значит.
— Совершенно случайно, — не отрываясь от написания документа, повторил ректор. — Полейте цветок за моей спиной, пока я работаю.
— Извините, но мне нужно вернуться к своим прямым обязанностям, — возмутилась и даже со стула вскочила. Ответом послужил лишь спокойный взгляд серых глаз и повторение просьбы. Замечательно, тут моя судьба решается, а ему, видите ли, надо цветочки полить! — Цветок загублен. Его проще выбросить, чем поливать.
— Адептка Торнтон. Я не привык повторять дважды, а тем более, трижды.
Сжав зубы, я схватила с приставного столика лейку и знатно полила засохшую традесканцию. Настолько знатно, что лишняя вода, перекатившись через края, полилась в поддон, а оттуда на столик и на пол. Что называется — от души!
— Довольны? — рявкнула я, усаживаясь обратно на стул. Ректор меланхолично обернулся к цветку и заметил:
— Для первого раза неплохо, но я рассчитывал на цветение.
Я раскрыла рот. Засохшая традесканция ожила. То есть по-настоящему ожила. Сухие листики налились соком и свисали вниз бодро окрепшими лианами, словно они никогда и не засыхали. Нет. Это все какая-то волшебная или заговоренная вода. Я тут явно ни при чем…
— Подпишите вот здесь, адептка Торнтон, — ректор закончил писать документ и предоставил мне для подписи. Я даже не взглянула, сразу потребовав объяснений, еще не отойдя от увиденного.
— Что это?
Ректор выжидательно на меня уставился с протянутым листком, но, осознав, что я не намерена сдаваться без боя, мгновенно изменился и в лице, и в выражениях, и в манерах поведения.
— Боюсь, вы неверно поняли, моя дорогая, — открытость и напускное добродушие сменились змеиным оскалом. — Учеба здесь — это не предложение. Это приказ, — его голос кардинально изменился. В нем появилась холодная сталь.
Я усмехнулась в ответ. А вот это он зря про приказы.
— Очень интересно. Кто и по какому праву смеет мне приказывать? Я свободный человек и никому не принадлежу.
— Вы подданная императора, — спокойно напомнил ректор.
— То есть вы хотите сказать, что сам император приказал зачислить меня, незнакомую ему человечку без денег и магии на один из наиболее престижных факультетов ведущего магического вуза империи? — ректор взирал на меня абсолютно бесстрастным взглядом, словно я рассказываю ему рецепт приготовления пирожков с капустой. Ну, точно недалек умом! — Простите, но не верю.
— Не сам император — верховный главнокомандующий. Его правая рука. Назревает война, и империи требуются защитники, адептка Торнтон. А ваш долг как жителя империи — встать на ее защиту. Это потребовалось. Так что подпишите бумагу. Ваши вещи перенесут в новую комнату. Во время обучения полагается стипендия в 10 золотых. Насколько знаю от магистра Олхарда, три в качестве аванса вы получили, поэтому в деканате выдадут еще 7. Советую не тратить все и сразу, как это делают другие адепты первокурсники. И проявите особое усердие. Империя платит за ваше обучение. В ответ вы должны будете отработать потраченные ею деньги верной службой. Контракт на 10 лет.
— Десять лет? — возопила я. — Вы шутите, должно быть?
— Адептка! — резко заявил он. — Вас призвали на военную службу. Остались вопросы — задавайте их верховному главнокомандующему. Я тоже выполняю приказ и не привык заниматься подобной благотворительностью.
Это меня-то, окинув презрительным взглядом, назвали благотворительностью? Что же. Скандалами, очевидно, я ничего не добьюсь, а потому, встав и расправив складки на платье, спокойно поинтересовалась:
— И кому я обязана такой честью? Вы не могли бы открыть имя моего благодетеля?
Ректор посмотрел на меня как на полоумную. Ну что поделать, я никогда не интересовалась политикой и не знаю, кто занимает столь высокий пост.
— Кристиан Рейнгард, госпожа Торнтон. Советую подучить политологию и знать в лицо и поименно будущее начальство.
Злость во мне вскипела до предела. Все. С терпением и выдержкой покончено. Будущее начальство? Да что себе позволяет этот высокопоставленный грубиян?! Мало того, что ему правила приличия неведомы, так он еще и мою жизнь псу под хвост пустить решил, нарушить мои планы? Нет. Я устроилась сюда для тихой и безопасной работы, а оказалась втянутой в какую-то мутную авантюру. Тем не менее, нацепив лисью улыбку, я произнесла.
— Благодарю, господин ректор. Могу я идти?
— Странная вы, адептка Торнтон. Идите. Кристалл укажет путь до ваших апартаментов.
Сдерживая гнев и продемонстрировав ректору умение улыбаться столь сладко, что даже задница может слипнуться, я сделала реверанс и вышла из кабинета, сразу же активировав кристалл. С каждым разом мне все привычнее управляться с этой штукой. Я уже даже не чувствую себя ненормальной, разговаривая с камнем. Первым делом добралась до комнаты и швырнула на кровать пакет с покупками, даже не оценив новое жилище. Но знакомый голос заставил остановиться.
— Эбигейл…
Я резко обернулась, но не на звук голоса, а на звук распахнувшегося окна. С улицы в комнату ворвался холодный весенний ветер, и вновь промелькнула белая тень. Видимо игра воображения: ветер заигрывает с белоснежной тюлью занавесок. Я выглянула в открытое окно и ахнула. Пока следовала за кристаллом, даже не обратила внимания, что моя комната располагается никак не ниже десятого этажа. Так силен был мой гнев, что застлал глаза. Сюда проблематично пробраться кому-нибудь постороннему сквозь открытое окно. Оно и к лучшему, мне незваные гости не нужны.