Измена. Во власти прошлого (СИ)

Но на мое счастье никого рядом со мной не было.
Я огляделась, вокруг какие-то кусты и деревья.
Блять, неужели они оставили меня в лесу? Это вообще нормально, что меня мало того, что похитили, так и бросили ночью в лесу.
Я начала звать на помощь, но кто меня услышит, когда там музыка шумит!
Стоп! Музыка?
Прислушиваться долго не пришлось, до меня дошло, что это тот самый фестиваль. Значит, я где-то недалеко. Следовательно, за мной могут прийти в любой момент.
Руки были связаны за спиной, но они не учли, что это дела буквально 5 минут.
Что сказать, Раймонд любил прикалываться надо мной.
Раймонд? Боже, где он? Что вообще происходит?
Я надеялась, что это ложь про наркоту, чтобы заманить меня сюда.
Развязав руки, я кинулась в сторону фестиваля. Но там никого из ребят не было. Тогда побежала в отель. Прямо возле ресепшена сидел Джаред, его голова была опущена, плечи поникли. Мне показалось, или он стирал слезы?
– Джаред? Что случилось? Где Раймонд? – парень подорвался и крепко меня обнял.
– Раймонд…
– Где он? Где Раймонд? Что с ним?
– Он в больнице, попал в аварию. Поехал за … – я больше ничего не слышала, этого не могло произойти.
Джаред
Даниэла упала в обморок, когда услышала об аварии, благо я успел подхватить. Повез ее в больницу ко всем остальным.
Блять, не хочу думать, что будет, если Раймонд умрет.
Что будет с нами, с его родителями, что будет с Даниэлой. Она не хотела этого признавать, но ближе чем он, у девчонки никого не было.
Я наблюдал, как в абсолютно бессознательном состоянии по ее щекам текут слезы. Похлопал по щекам, встряхнул, вроде пришла в себя, но потом начала бормотать про Раймонда, что он не может умереть. Градом полились слезы, а потом она опять отключилась.
Я занес Даниэлу в больницу, ее забрали врачи и увезли куда-то. Все сидели возле реанимации. Мать Раймонда в слезах, отец ходил туда-сюда по коридору. Когда увидели меня, подбежали с расспросами про девушку.
– Не знаю, что было с ней, где она была. Даниэла примчалась в отель, начала задавать вопросы о Раймонде… – начал рассказывать я. – Сказал про аварию, она упала в обморок. Потом рыдала навзрыд и опять потеряла сознание. Она сейчас в 120 палате, если я правильно услышал. Надо позвонить в полицию и сказать, что она нашлась. – Я отдышался после долгого монолога. – Как Раймонд? – задал единственный волнующий меня сейчас вопрос.
– Идет операция. У него была почти раздроблена нога от колена и ниже, сотрясение, рассеченное лицо. – Оливия закрыла лицо руками и опять начала плакать, Стив прижал ее к себе, говоря утешительные слова, хотя сам еле держался.
Медсестра
В этот день я должна была остаться на ночное дежурство.
Ничего необычного.
Быстро прошла с вечерним осмотром, заполнила несколько амбулаторных карт, отнесла результаты и направилась в комнату персонала. Тут влетел мужчина около 60-ти, весь в крови, начал кричать, что парень у него в машине умирает.
Через десять минут окровавленное тело уже везли в реанимацию, хирург и терапевт, которые сегодня дежурили вместе со мной, немедля ни секунды, отправились спасать жизнь парня.
Мне же выпала учесть сообщить его родным об инциденте. Через полчаса после моего звонка приехала просто огромная толпа людей, утверждая, что все они семья этого парня. Его звали Раймондом, как позже выяснилось. Я не могла смотреть на них, сердце так и сжималось от слез матери…
С появлением этого парня в больнице начался какой-то дурдом, еще через 3 часа приехал парень, девушка у него на руках, по его словам, несколько раз теряла сознание. В чувство ее привел нашатырь. Но, как и говорил парень, девчонка начала спрашивать о Раймонде, пыталась уйти, поэтому пришлось дать ей снотворное.
Операция длилась около 6-ти часов, после чего хирург вышел к родным объяснить его состояние.
Раймонд в реанимации, у парня было серьезное сотрясение, плюс ко всему глубокий порез на все лицо. Ногу собирали буквально по кусочкам. Всех его знакомых попросили удалиться до утра, разрешили остаться одному, раз они так беспокоились. Но в палату к парню никого не пускали.
 
Они долго спорили, и конечном счете остался его брат, вроде бы, Ян. Он остался на диване около палаты, я ему принесла одеяло. Сама же пошла проведать девушку. Она замерзла, свернулась калачиком и тихонько повторяла «Раймонд, не оставляй меня».
Подошла, чтобы ее укрыть, а у нее даже никакой реакции на меня, лежала и смотрела в стену.
– Девушка, его недавно прооперировали, состояние стабильно, – сказала я, желая ее успокоить.
Она резко повернулась ко мне с такой надеждой в глазах:
– Он здесь? Раймонд жив?
– Он здесь, вам следует поспать. К нему все равно нельзя.
Я ушла, закрыв за собой дверь.
Даниэла
Я должна была к нему попасть. Когда медсестра ушла, я подождала пять минут и отправилась на поиски. Стараясь идти как можно тише, добралась до стойки регистрации. Все куда-то ушлиУ них должен быть журнал со временем прибытия пациентов.
Так, вот же он.
Трясущимися пальцами я перебрала страницы, нашла.
Раймонд Ламберт 19 лет. Палата 355. Реанимация.
Сердце ушло в пятки. Опять стало плохо, в глазах начало темнеть.
Шла я буквально по стенке, потом была лестница на 3 этаж.
Увидела силуэт, знакомый силуэт. Ян. Он сидел, видимо, напротив палаты Раймонда. Нельзя, чтобы он меня заметил.
Я попыталась приглядеться, его грудь мерно поднималась и опускалась. Слава богу, он спал!
Тихонечко пробралась в палату. Подошла к постели, и от увиденного у меня подкосились ноги, я упала на колени. Через все лицо у Раймонда тянулись крупные зеленые стежки, голова обмотана бинтом, одна нога полностью в гипсе. Но он жив. Жив. РАЙМОНД ЖИВ!
Осторожно взяла его ладонь в свои руки:
– Я люблю тебя, Раймонд Ламберт. Ты не можешь уйти, ты обещал, что никогда меня не бросишь! – слезы брызнули из глаз. – Я бы ушла вместе с тобой, поскольку в этом мире меня держишь только ты.
Оливия
Утром мы попросили Шарлотту приглядеть за Дарьяной, а сами поехали в больницу. Возле палаты моего мальчика была вчерашняя медсестра, она увидела нас и подошла поговорить.
– Здравствуйте, мистер и миссис Ламберт. Состояние вашего сына стабильно, сегодня его переведут в палату.
– Мы можем его увидеть? – спросил Мартин.
– Чуть позже. Но, должна сказать, вчера ночью к нему пришла одна девушка…
Я не могла так долго терпеть, девушка слишком затягивала.
Открыла дверь в палату и увидела Даниэлу, она сидела на коленях возле постели, положив голову на край постели и держав руку моего сына.
Подняла глаза на Раймонда, он легонько улыбался, смотря на спящую девушку. Меня же он в упор не видел, поэтому я решила их оставить.
Он жив, счастлив, почти цел, мне этого хватит.
Я закрыла дверь, давая им уединение.
Раймонд
Я очнулся. В ушах шумело, во рту пересохло. Ничего не понимал. Потом в голове пронеслись события того ужасного вечера. Дрейк. Даниэла. Конкурс. Ян. Ключи. Машина. ДАНИЭЛА! ГДЕ ДАНИЭЛА? Этой мысли хватило, чтобы резко сесть и открыть глаза. Боль пронзила тело, что искры засверкали. И в тот момент я понял, кто-то держит мою руку.
Даниэла. Моя девочка.
Она сидела возле кровати, опустив голову на матрац, но руку не отпускала.
Боль в теле дала о себе знать. Я рухнул обратно на кровать. Она жива, с ней все хорошо. Хотел было опять встать, но слабость была просто неимоверная, кто его знает, что мне вкололи.
Я смотрел, как она спит. Даниэла повернула голову в мою сторону. Через минут пять я заметил, как по ее щекам катятся слезы, потом она начала мотать головой и повторять: «Нет! Нет! Этого не может быть». Затем она начала шептать мое имя, поток слез увеличился. Дани определенно видит кошмар. Я перевернулся на бок, это было максимально больно, но черт возьми, она же плачет! Вытирая слезы другой рукой, я начал говорить: