Его прекрасное чудовище (СИ)
К Ким не пришла ни старуха, ни Создатель. Она не ощутила ничего, кроме того что может парить над своим телом распластанным на плоском камне в луже багровой крови, возле которого стоит король Востока с окровавленным кинжалом в руке. Ее кинжалом. Отец Кимберли выглядел более безэмоциональным, чем мертвое тело. У тела хотя бы лицо застыло в выражении шока, король же походил на высеченную из камня фигуру.
Ким вспомнила последнюю долю секунды, когда шеи коснулось острое лезвие, тогда в ее голове вспышкой боли отразилась мысль: “Я умру”.
Подплыла к телу ближе и нахмурилась. Распахнутые глаза меняли цвет с серого на зеленый, каштановые кудрявые волосы светлели с немыслимой скоростью и совсем скоро стали белее снега. Так девушке нравилось даже больше, она всегда хотела быть блондинкой. Бледная от холода кожа побледнела еще сильнее, и даже ногти на пальцах приобрели слегка синеватый оттенок.
Странно это, что мертвец теряет краски… А еще более странно, что Ким было все равно. Она ничего не чувствовала по поводу своей смерти. Спокойное умиротворение накатило на девушку, и она ощущала лишь легкую растерянность - что делать дальше? Нужно ли самой искать вход в Загробный мир или же за ней кто-то придет?
Взглядом метнулась к отцу. Король не сменил позу и не выпустил из рук кинжал. Он, кажется, даже не моргал все то время, что Ким рассматривала его и мертвую себя на камне.
— Папа? — позвала его и тут же замолчала, прислушиваясь к своему голосу. Он изменился, стал звонче и мелодичнее, тоньше. — Ты слышишь меня?
Король не слышал. Он наконец отмер и склонился над телом, в глазах появился страх, но тут же сменился разочарованием. Из-за бугра раздался топот, Ким обернулась на звук и встретилась взглядом с Айриком. Не сразу осознала, что смотрит советник не на нее, а на короля.
— Не ожила?
— Нет, — глухой голос Иммаила разрезал ночную тишину.
— Выходит, все зря…
— Пошел ты к демонам, Айрик! — крик короля получился слишком громким, таким, что советник вздрогнул от неожиданности. — Это все из-за тебя, из-за тебя я убил родную дочь!
— Подожди-ка, — Айрик двинулся к королю, но тот выставил в его сторону кинжал. — Осторожнее с этой штукой… Иммаил, ты ведь сам подал эту идею, забыл? Ты меня повел в библиотеку, заставил читать о баньши все, что там было…
— А все почему? Почему?! Потому что ты убедил меня в том, что месть за Майдалину необходима! Я бросил пятилетнего ребенка на гувернантку и увел армию к Рейевику, а потом позволил дочери жить здесь в хламье, будто бродяжке какой! Из-за тебя она последние пять лет изучала боевые искусства вместо того, чтобы выбирать к кому на бал поедет в первую очередь!
Принцесса слушала отца и Айрика с открытым от удивления ртом. Причем удивления как такового не испытывала, скорее, какое-то ощущение похожее на него… будто воспоминание, как должно быть.
Глава 2
Мужчины кричали почти шепотом, чтобы их никто не услышал. Но вот вдалеке раздался лязг оружия, топот, громкие возгласы - воины бежали на разведку.
Ким подплыла к телу еще ближе, дотронулась кончиками пальцев до щеки и не ощутила ни тепла, ни холода, но в тот же миг девушку затянуло в темноту.
Очнулась через секунду. Подняла руку, приблизила к лицу и заморгала. Ожила… Ожила!
— Папа! — тоненьким голосом выкрикнула, переворачиваясь на бок, и ловко вскочила на ноги.
Король и советник застыли с разинутыми ртами, глядя друг на друга, а после оба обернулись к девушке.
— Ким! — Король бросился к дочери, заключил ее в объятия.
Принцесса машинально ответила ему, улыбнувшись, и перехватила взгляд Айрика. Восторг в глазах советника невозможно было подделать. Кимберли все помнила - и то, как умерла, и то, о чем говорили эти двое. Где-то в подсознании загнанной птицей билась мысль, что ее убил родной отец и это не может быть нормальным, что она не должна сейчас радостно обнимать его… Ледяное равнодушие было чуждо Ким и она никак не могла понять, почему ничего не чувствует. Зачем-то прижала руку к груди, выпутавшись из объятий, и улыбнулась - сердце бьется. Медленно и слабо, но бьется, а значит, живое.
— Что произошло?
— Оставлю вас, — Айрик откланялся и поспешил навстречу воинам, приближающимся к озеру.
— Я так рад, — шептал отец. — Так рад, ты и представить не можешь… дочка, родная, у нас все получилось!
— Вы говорили с Айриком о баньши, — глянула на короля с прищуром. — Я теперь… я мертва?
Папа тяжело сглотнул, Ким перехватила в его взгляде легкое разочарование смешанное с ликованием и окончательно успокоилась. Король не мог натворить ничего ужасного, ничего, что могло бы ей навредить. Он знал, что делает, и делал все правильно.
— Я стала очень красивой, — с улыбкой шагнула в сторону и закружилась. Невесомая ткань платья заплясала на ветру, белоснежные кудри подпрыгивали, щекоча шею. — Но для чего все это?
— Ты бессмертна, моя девочка, — отец выдохнул это с восхищением в голосе.
— Бессмертна? — Ким прислушалась к внутренним ощущениям, но, увы, ни толики эмоций. Пусто, глухо, и в душе будто образовалась черная бездонная яма. Не очень приятное чувство, надо сказать. Словно что-то потеряла, но никак не могла понять, что именно.
— Да, милая, ты теперь баньши. В нашем мире их нет уже давно, ты единственная.
— Получается, я могу пересечь Гиблое море? — Дошло до нее и она захлопала в ладоши - снова машинально, радости никакой не испытывала. — Вот для чего все это было?
— Не сразу, дочка. Ты только родилась, впереди тяжелый период, и так сразу я тебя не отпущу. Мы с Айриком изучали исторические справочники по баньши и кое-что нам было непонятно… Как ты себя чувствуешь прямо сейчас?
— Как обычно, наверное, но все-таки немного по-другому, — хмыкнула она, и тихо добавила: — Но я ничего не чувствую, совсем ничего.
— Ты еще новорожденная, это нормально, — король улыбнулся. — Вскоре эмоции вернутся, и я бы хотел, чтобы в тот момент ты не испытывала страха, поэтому я дам тебе все книги о баньши. Прочитай их, прошу. Обещаешь? — Иммаил говорил быстро, сбивчиво, он старался успеть донести до дочери как можно больше информации.
— Да, папочка.
— И главное - петь ты пока не умеешь, но когда вдруг поймешь, что уже можешь, не делай этого. Твой крик и пение смертельны.
Петь девушка любила, и сейчас ей показалось, что на заявление отца в ее душе всколыхнулось разочарование.
— Даже если я одна?..
— Ты погубишь всех, кто услышит пение.
Ким кивнула, выдержав паузу. Раньше она слышала истории о чудовищах рожденных в полнолуние после смерти и всегда представляла себе баньши некими существами без глаз, рта, носа и едва ли не в образе разложившегося мертвеца. Но разве она похожа на них? Ким видела свое тело со стороны, и оно очень красивое, стройное, с нежной бледной кожей.
— Воины не должны видеть тебя, это опасно, — говорил отец, увлекая дочку в сторону от лагеря. — Скажу, что ты погибла в море, искать никто не будет…
— Куда ты меня ведешь?
— В пещеру Гномов, будешь жить там.
— Долго?
— До тех пор, пока не будешь в состоянии отправиться в Рейевик.
— Как я это сделаю? На лодке?
— Да.
— И что от меня требуется, когда прибуду к Темному лорду?
— Просто спой, — мягко сказал король. — Баньши способна убить и магически одаренных людей, а Темный лорд бессмертен только благодаря силе, которую забрал у Ассона. Магия его не спасет от крика баньши, — последнее Иммаил произнес с восторгом.
Ближе к рассвету они вышли к пещере Гномов. Ее невозможно было не увидеть - большой вход в скале круглый год увит зеленым плющом, никогда не сохнущим. Словно зачарованный цветочный венок, каким обычно украшают двери в праздники.
— Ты уйдешь? — Кимберли обернулась к отцу в непонимании. — Что мне есть, как… спать? Папа, мне не нравится эта идея.
— У нас нет другого выхода, дочка. Вспомни, ради чего все затевалось.