Шведский стол (СИ)

 Часть 1 
 Глава 6 
1702 год, июль, 26. Окрестности Гамбурга
Карл XII смотрел в зрительную трубу на выстроенного и готового к бою неприятеля. Саксонские полки, датские, мекленбургские…
— А где русские? — тихо спросил он, озвучивая свое недоумение.
— Они же растяпы, — усмехнулся кто-то из свиты. — Не успели или струсили.
Король скосился на говорящего.
Остальные загалдели, вторя.
Поверить в это Карлу хотелось. Такие слова были удобны. Однако он слышал о том, что русские предприняли несколько штурмов Азова и в битве при Керчи брали османские корабли на абордаж. Так что назвать их трусами король не мог. Трусы не лезут в ближний бой.
Тогда что?
Важность для России Ингрии Карл также прекрасно понимал. И мотив для вступления в войну у них имелся очень веский. Но они не вступали.
Почему?
Растяпы?
Тоже сомнительное утверждение, хотя и удобное. Для взятия Азова они дважды собирали, и весьма быстро, большие армии, проводя их в удаленные земли. Снабжая их с плечом в сотни верст по голой степи. Быстро построили флот. Посредственный, но флот. И он теперь господствовал в Азовском и Черном морях. То есть, они могли, когда хотели.
Как все это понимать?
Да, слова советников было слушать приятно. Они льстили.
Да, победы над англичанами и голландцами кружили голову.
Но поведение Петра он не понимал. Он находился при осаде Азова, рискуя в любой момент погибнуть. И явно трусом или растяпой он не был. Почему же они медлят? Почему не пришли на помощь своим союзникам, которых так тщательно собирали?
— Странно это все… — после долгой паузы произнес Карл, продолжая изучать неприятеля в зрительную трубу.
За кадром его внимания осталась большая дипломатическая работа англичан.
Огромная просто.
Они поставили на эту карту все и активно, без всяких стеснений подкупали всех, кто хоть как-то мог повлиять на вступление Дании, Саксонии и Мекленбурга в войну. Немедленно. Уже вчера.
И это произошло.
Обвинив Петра в волоките, из-за которой он утрачивает удобный для нападения момент, Август Саксонский, Фредерик Датский и Фридрих Мекленбургский объявили войну Швеции. И сразу же пошли на соединение. Чтобы не дать Карлу их разбить по отдельности. Посчитав, что их объединенной армии вполне достаточно для разгрома шведов в генеральном сражении.
И вот — под Гамбургом они встретились.
Точнее под Гамбургом была точка рандеву для трех армий, куда и поспешил Карл в надежде успеть разгромить их по частям. Но не успел. Его противник был готов и, только лишь вручив послам ноты об объявление войны, двинул свои войска. Чуть ли не одновременно…
Союзники заняли выгодную оборонительную позицию, уперев один свой фланг в лес, а второй — в речку. Саксонцы — в центре, датчане справа, мекленбуржцы слева. А перед ними — поле, через которое тек небольшой ручеек. Препятствием, впрочем, он стать не мог. Так — легкой помехой.
Саксонцы выставили четырнадцать тысяч пехоты и пять — кавалерии. Датчане двенадцать тысяч пехоты. И мекленбуржцы — восемь тысяч пехоты и две тысячи кавалерии.
Солидная сила.
Очень солидная.
Совокупно получалось тридцать четыре тысячи пехоты и семь тысяч кавалерии при сорока трех полковых орудиях[1]. Для тех времен редкая Великая держава могла выставить на одном направлении такое войско разом.
У шведов было вдвое меньше пехоты и сопоставимо кавалерии. Артиллерия же была представлена всего четырьмя полковыми пушками, да и те отстали.
— Ваше величество, — произнес один из его командиров. — Противник нас ждал. Он готов к бою. И сильно превосходит числом. Может стоит отступить? Они сойдут с позиций. И мы сможем встретить их по частям.
Вслед за ним начали высказываться остальные командиры.
 
Карл же слушал молча.
Не отвлекаясь на это жужжание, и изучал позиции неприятеля.
Атаковать только центр не имело смысла в силу малочисленности шведского войска. Так как это вело к весьма вероятным фланговым ударам и охвату. Да и саксонцы славились выучкой. Не блистательной, конечно, но их уважали и с ними считались.
Датчане в 1698 году распустили почти всю свою армию. Но уже в основном вернули в строй ветеранов. Опытных. Прошедших не одну кампанию. И хорошо знакомых с тактикой шведов. Привычных к ней. К тому же их поддерживала многочисленная кавалерия Саксонии.
А вот Мекленбург создавал армию в спешке…
Его армия была новой.
Да, какое-то небольшое старое ядро имелось. Но финансовые сложности не позволяли герцогству содержать большое войско. И он его сформировал незадолго до войны из кого придется…
Карл улыбнулся.
Офицеры, что окружали его замолчали.
В основном нахмурившись… Им стало понятно — отступления не будет.
И верно.
Король почти сразу начал отдавать приказы, приведя в движение всю свою армию.
Кавалерия, собранная по его обыкновению в кулак, двинулась как раз на левый фланг неприятеля. Туда, где укрепились войска Мекленбурга. Но не сразу, а совершая обманный маневр.
Пехота же, развернувшись в два эшелона, атаковала центр. Держа вторую линию в качестве оперативного резерва. Ведь саксонская кавалерия обязательно попытается ударить ей во фланг…
Август наблюдал за всеми этими движениями, казалось бы, равнодушно. Хотя внутри весь трепетал.
Да. Он, как и все старшие офицеры объединенной армии, считал — шведы обречены. Слишком велико было численное превосходство. Слишком удобны позиции. Но внутри шевелился червячок сомнений… он, пожалуй, у них у всех шевелился.
И вот — Карл пошел в атаку.
Выглядело это так, будто он построил все свое войско в единую колонну, стремясь решительным ударом проломить центр. Вполне в его духе… вполне в шведском стиле… на это и был расчет. Одно Августа смущало — кавалерия. Она двигалась, замыкая пехоту. Зачем? Почему? Непонятно.
Каролинеры тем временем маршировали, приближаясь.
Заработали полковые пушки союзников.
С тысячи шагов.
Почти не причиняя им вреда. Короткие стволы и слабые заряды не позволяли нормально пускать ядра вскачь. Оттого они выбивали буквально двух-трех человек.
Пятьсот шагов.
Шведская кавалерия внезапно отвернула и, набирая ход, понеслась на левый флаг союзной армии. К мекленбуржцам.
Август дал отмашку.
И саксонская кавалерия пошла вперед, стремясь ударить шведскую пехоту во фланг. Но вторая пехотная линия тех словно этого и ждала. Тут же остановилась и стала перестраиваться. Готовясь залпами встретить саксонцев.
Мекленбургская кавалерия тоже пошла вперед.
В лоб на шведскую. Чтобы остановить ее натиск, замедлив перед атакой пехоты. Но это оказалось плохой идеей.
Шведы не стреляли.
Шведы с клинками наголо шли в решительную атаку.
Август медленно смотрел на сближающие конные массы.
Секунда.
Другая.
Третья.
И… мекленбуржцы стали стрелять по обычаям тех лет, потеряв темп. А шведы, хоть и понесли некоторые потери от этого огня, но даже не замедляясь, врубились во врага.
Частью.
Больше их половины, не отвлекаясь, продолжило атаку пехоты. Набирая скорость и на последней сотне шагов уже идя самым решительным галопом.
Залп.
Мекленбургская пехота явно нервничала и произвела его слишком рано. А перезарядиться уже не успевала. Это расстояние всадники преодолевали явно быстрее, чем подобное было возможным.
Мгновение.
И около трех тысяч кавалеристов Швеции ударили прямо в центр мекленбургских порядков. Играючи их прорвали. И развернувшись открыли огонь из пистолетов. Почти в упор.
Строй начал рассыпаться.
Стремительно.
Буквально на глазах.
Минуту назад — мекленбургские полки радовали глаз стройностью своих рядов. И вот уже — толпа. Ничем и никем не управляемая толпа.