Шведский стол (СИ)
Он тогда много топал ножками, откровенно робея. Ведь если выяснится, что это русские гадость ту подкинули, против них может вся Европа собраться. Отомстить. Так, что Петр Алексеевич, пользуясь возможностью, постарался лишний раз откреститься. Да, король умирал. А вот его свита — жива. И она расскажет об этой клятве.
А клятва…
Царь ведь не врал. Хотя, впрочем, и правды не говорил. Так что грех в том не великий. Во всяком случае в его понимании.
Карл закрыл глаза и тихонько заскрежетал зубами.
— Что? Не веришь? Врать умирающему грех.
— Верю, — прошептал король. — Голландцы… — начал было говорить Карл, но захрипел и вздрогнув, затих.
Несколько секунд.
Его конь переступил с ноги на ногу.
И уже бездыханное тело короля Швеции упало на землю.
* * *
Алексей выхаживал по мастерской и думал.
Отец поставил перед ним задачу — надо придумать как из холодной и мутной воды достать всякое ценное имущество. С утопленных кораблей, то есть. Так-то можно и по жаре пытаться играть в ныряльщиков, как там, под Азовом. Но прямо сейчас было не до тех кораблей. К осени дай Бог руки дойдут. А там уже холодно будет…
Да и вообще — интересная задача, нужная, полезная. Много где потом ее решение поможет.
Как этот фокус провернуть?
У царевича был готовое решение. И на первый взгляд оно выглядело неплохо и решаемо.
Костюм из прорезиненной ткани. Лучше в два-три слоя. Благо, что некоторый запас каучука, доставленного до войны, еще оставался. Снаружи дополнительное усиление кожей, чтобы не порвать об острые предметы, например, об обломки. Внутрь теплая шерстяная одежда. Толстая. Лучше вязанная. Крупной вязкой. А сверху медный шлем, крепящийся на болтах к манишке. Со стеклянными смотровыми окошками на резиновых уплотнителях.
Ничего особенного.
Парень видел такие костюмы и в музеях, в прошлой жизни, и даже в работе. Их даже в XXI веке вполне активно применяли. Тяжелую обувь и пояс для балласта, чтобы это вся конструкция не всплывала, также сложности никакой не было изготовить.
А вот дальше начинались проблемы.
Первая — воздух. Требовался хороший шланг и компрессор, чтобы обеспечить водолаза возможностью дышать.
Каких-то особых сложностей быть не должно, наверное. В принципе и ручной помпой нагнетать можно. Трудности заключались в клапанах, чтобы стравливать избыток давления. Ну и заодно обновлять воздух в скафандре. Быть может и без клапанов обойтись, просто вдоль троса проложить второй шланг для выхода воздуха. И работать от циркуляции. Но как этот сам шланг сделать? Тут и с одним явного понимания не наблюдалось…
Вторая проблема — это свет.
Да, глубины небольшие. Но вода мутная. И видимость так себе. Поэтому требовалось придумать какой-то осветительный прибор. Подводный.
А это значит — что-то электрическое.
Общее представление об этом вопросе он имел. Устройство свинцово-кислотных аккумуляторов даже в школе проходили. Как и Вольтов столб. Но то — там, за партой. На практике нужно ставить опыты, много опытов, чтобы получить рабочий источник питания. Ну и как-то изготовить для него лампочку. Для нее требовалась стеклянная колба с откаченным воздухом, хотя бы частично. Это также даже школьники знали там, в будущем. Как его откачивать то? Да и нить накаливания из недоступного ему здесь вольфрама. Чем ее заменить? Опыты… опыты… опыты…
От всех этих мыслей голова шла кругом.
Совет мастеров и инженеров бодро обсуждали поставленную царем задачу. Жужжали. А он вышагивал. Слушал. И пытался хоть что-то вспомнить…
Жара на улице шпарила нестерпимая.
Царевич заметил у дверей бадью с водой, накрытую доской и с ковшиком сверху. Явно для питья.
Подошел.
Зачерпнул.
Отхлебнул.
Ледяная.
Только вот привкус странный.
Он ее понюхал. Еще немного отхлебнул, чтобы лучше распробовать вкус, покатав на языке.
Выплюнул.
— Что это⁈ — крикнул он скривившись.
Ему стало дурно.
Он пошатнулся.
Оперся на косяк. Краем глаз заметив, что к нему уже бегут верные люди.
— Яд… яд… — прошептал он ослабевшим голосом.
— Как яд? — ахнул кто-то.
— Это же родниковая вода. Ее по жаре всегда сюда приносят.
Алексей еще раз пошатнулся и почувствовал, как его подхватили чьи-то руки.
Он неловко отпрянул. Засунул себе два пальца в рот. Поглубже.
Вырвало.
Не сильно, но вырвало.
— Воду не выливать. Меня во дворец. В кабинет. Быстро. — с трудом произнося слова скомандовал царевич.
И все завертелось.
— Скорее, — шептал он. — Скорее.
Четверо крепкий лейб-кирасир чуть не вынесли дверь в его кабинет, натурально бегом внося его.
— Там, — махнул Алексей. — В шкафу. Сундучок. Несите сюда.
Исполнили.
— Открывай. Да. Вот эту склянку. Скорее.
Он махом выпил содержимое.
И через минуту его обильно вырвало. Сильно. Очищая желудок. Прямо на пол. На красивый дубовый паркет.
— Теперь вон ту, — вытерев рот произнес царевич.
Пока несли он лихорадочно соображал, пытаясь понять, чем его отравили. В ядах парень разбирался хорошо. Но по первичным признакам не всегда его можно определить.
Ошибешься.
И смерть.
Этот сундучок он давно себе приготовил. С противоядиями. От всех, известных местным ядов. Во всяком случае от таких, от которых это противоядие вообще можно было сделать в текущих условиях.
Вбежала Арина.
Испуганное, перекошенное лицо.
Алексей опрокинул в себя склянку.
Поморщился.
Гадость на вкус там была отменная.
— Воду проверь. Кто ее принес — найти. И под замок. Откуда принесли тоже проверь. Может родник отравили. — едва слышно произнес он.
— Сделаю. — поспешно произнесла она.
— Проверь — кто приходил и уходил за последние сут… — продолжил говорить царевич. Но оборвался на полуслове. Отключившись.
Пока просто отключившись.
Дальше все зависело от того ошибся он или нет с выбором противоядия…
Часть 3
Глава 7
1704 год, август, 12. Версаль — Москва
Шел второй день больших переговоров.
Считай натуральной конференции… между Францией и Австрией.
Остальные страны, судьба которых на ней решалась, были даже не приглашены. Ну а зачем? Какой в этом смысл? Все равно их голоса не имели бы решающего значения. А имитацией демократии в эти годы заниматься пока не требовалось. Во всяком случае в таких делах.
— Жаль, что Карл погиб, — произнес австрийский посол.
— Шведский? — уточнил Кольбер.
— А какой еще?
— Мне казалось, что после известных событий в Вене к нему относятся прохладно.
— Это не секрет, — охотно согласился посол. — Вероятно, вы меня не вполне поняли. Жаль, не то, что он погиб, а что так быстро и легко. Как рыцарь. После всего того, что он сделал… — изобразил посол неопределенный жест. — Карл очень легко отделался.
— Злые языки говорят, что это голландцы его дураком старались выставить. Что вы об этом думаете?
— А что еще они болтают? Эти злые языки?
— Что Петр умирающему Карлу, поклялся, будто бы не имел никакого отношения к той тетради.
— Вот как? Интересно. Но зачем это голландцам?
— Месть. Просто месть. За грабеж.
— Разве можно мстить ТАК?
— А почему нет? Про их аристократию, кстати, в тетради нет ни слова. Я уверен, что те люди, которые исполняли непосредственно эту пакость, уже мертвы. Заказчики же… на них теперь не выйдешь.
— Вы думаете?
— Я уже нашел тех людей. Точнее их могилы. Очень скоропостижные смерти скажу я вам. Моему королю тоже очень хотелось посмотреть в глаза тем, кто задумал всю эту пакость.