Девятая дочь великого Риши
– И познакомимся с ним поближе! – явно флиртуя, сулит вторая.
– До свидания, Чэн! – кричит третья.
И четвертая… и пятая…
– Они, что, все решили с тобой попрощаться? – бормочу, не сводя глаз с нескончаемого потока представительниц женского пола, демонстрирующих интерес к Чэну.
– Они такие милые! – хмыкает тот.
Бо подходит, сурово глядя на нас:
– Вы теперь брат и сестра, так что ведите себя соответственно. Чэн, раз я назвал вас своими родственниками, ты в ответе за все, что тут может произойти по вашей вине.
– Я понял, – спокойно кивает страж, – проблем не будет.
Смотрю то на одного, то на другого. Бо тоже вроде спокоен. Но что за война взглядов?
– Пойдемте в дом. Покажу, где будете спать, – бросает Бо и отворачивается от нас.
– Что все это значит? – шепчу я Чэну.
– Что он прекрасно понял, что мы можем доставить проблемы, – отзывается тот, уважительно и настороженно смотря в спину хозяину.
– Он служил в армии.
– Это понятно. Другой вопрос, где он служил.
Гостеприимство Луи сложно переоценить: она перестелила в комнате дочери белье, принесла лучшие одеяла, нагрела воды, чтобы мы могли помыться с дороги, затем накормила нас и отправила отдыхать. Мы с Нин устраиваемся на ее кровати. Чэн ложится на полу, как можно дальше от нас, объяснив, что ничто не должно повлиять на ход эксперимента. Я стараюсь не думать о его ожиданиях: он явно переоценивает меня. Заснуть удается не сразу, но мерное сопение Нин, за вечер привыкшей называть меня сестренкой Аи, в конце концов меня усыпляет.
Когда я просыпаюсь, ни Нин в кровати, ни Чэна на полу уже нет. Умывшись в тазу с водой, оставленном еще с вечера в углу, выхожу из комнаты и иду прямо во двор, откуда доносятся звуки.
– Это невероятно! – шамкает старушка, держащая палец на пульсе Нин. И, задрав нательную рубашку девочки, прислоняет ухо к обнаженному животу. – Она здорова, Луи.
– Ты уверена, Луа? – взволнованно спрашивает мама Нин, стискивая руку Бо.
– Муж научил меня слушать болезнь. Теперь его уже нет, и он не может проверить меня. Но точно знаю: ваша девочка не больна.
Ловлю на себе взгляд Чэна, стоящего неподалеку и следящего за беседой.
Я действительно это сделала? Или это лишь совпадение?
Бо ведет старушку к воротам.
– Спасибо, Луа. Мы будем тебе должны.
Я чуть не вздрагиваю, когда Луи берет мою ладонь в свои.
– Не знаю, кто вы, но благодарю небеса за то, что они послали нам вас!
Женщина плачет.
Ее слезы и ее благодарность настолько искренни, что мне становится не по себе.
– Простите, но мы ничего не делали, госпожа Луи!
– Муж рассказал мне, что вы не выпускали руку Нин, пока она не очнулась, – взглянув на румяную дочку, веселящуюся во дворе, шепчет та. – Создатель тому свидетель – мы в долгу перед вами!
– Идемте, племянник с племянницей, – ровным тоном произносит Бо, подходя к нам и стараясь не смотреть на заплаканную жену.
Ничего не понимаю, но иду за ним в сарай.
– Вот! – кивнув на какой-то странный, почти плоский продолговатый деревянным короб, бросает он. – Из тончайших досок. Идеально по размерам, я выверял. И это… для вашей брони и вещей в пути. – Бо небрежно указывает на другой короб, большой и вместительный. Он сплетен из соломы и оснащен лямками для рук.
Чэн прикасается к первому коробу:
– Какая умелая работа! Вы даже свежие доски затемнили, чтобы новизна в глаза не бросалась.
– Его можно носить на плечах, как коромысло. Или на соломенном коробе – на спине. Тот выдержит, я его туго сплел, – будто нехотя откликается мужчина.
– О чем вы? – любопытствую я.
Но Чэн лишь перекладывает меч в первый короб (или лучше назвать это ящиком?) и закидывает его себе на плечи.
– Действительно удобно. – Он перекидывает ящик на одно плечо. – А если шея устанет, можно и на одном понести.
Выглядит он как обыкновенный селянин с каким-то грузом – вообще ничего подозрительного. Так вот в чем суть.
– В общем, можно приноровиться, – бурчит Бо. – В любом случае это лучше, чем обматывать острие тряпкой.
– Согласен. Моя сестрица так далека от военных дел! – хмыкает Чэн, вновь потрепав меня по волосам.
Я возмущенно надуваюсь, но быстро сдуваюсь, заметив ухмылку на лице Бо.
Он был рад сделать для нас что-то полезное, пусть характер и не позволяет ему показать это в полной мере.
– Бо! Чэн, Аи! – зовет Луи. – Идите завтракать!
– О том, что произошло с Нин, лучше никому не рассказывать, – негромко говорит мой телохранитель в спину старому вояке.
– Не учи ученого, – отзывается тот.
– Но вы должны знать, кто вам помог.
Напряженно смотрю на Чэна. Он противоречит себе. Чего он добивается?
– Когда мы уйдем, это не обязательно будет держать в тайне, – продолжает мой страж. – Вам помогла девятая дочь великого Риши – кириса Дэй’Аи, которая нынче путешествует инкогнито.
Мужчина вздрагивает, а затем резко оборачивается на меня.
– Я… понял вас, господин, – произносит он и быстро выходит из сарая.
– Почему именно сейчас сказал? – спрашиваю я у Чэна. – И почему запретил распространяться об этом до нашего отъезда?
– Потому что в этой деревне много больных, кириса, и, если они все выстроятся к вам в очередь, вы можете просто не справиться.
– Все настолько плохо?
– Я прогулялся по улицам этого поселения. Оно не богатое, но и не бедное – люди здесь могут позволить себе иметь хозяйство. Но в таких местах здоровье человека важнее всего – ведь твой доход напрямую зависит от того, сколько ты сделал своими руками. Болеть здесь никак нельзя. А господа забрали у селян единственного травника.
– Я хочу посмотреть на них. На местных жителей этого места, – негромко говорю я, опустив голову; а затем устремляю взгляд на Нин, бегающую по двору, и сосредоточенно добавляю: – И на их господ…
Глава 15. Время столкнуться с…
– Вы планируете обойти всю деревню? – интересуется Чэн, когда мы выходим за ворота. – Она довольно большая.
– Как думаешь, кроме старушки Луа, здесь есть кто-нибудь с лекарскими способностями?
– Хороший вопрос, – роняет страж, уловив мою мысль.
– Да, нам нужно найти человека, к которому местные могут обратиться. Уверена, деревенские не держат своих больных у всех на виду, так что без этого человека понять масштабы проблемы будет довольно сложно. – Замолкаю, вспомнив, что Чэн откуда-то о них узнал. – А тебе кто рассказал об этом?
– Луи. Перед тем как вы проснулись.
Мама Нин… Ну конечно. Ее этот вопрос должен волновать больше всего.
В каком же отчаянии она была, поняв, что не получит помощи ни от кого в округе!
– Я хотела бы навестить семью местного травника.
– Значит, с нее и начнем.
Нужный дом мы находим без труда. Даже приметы не понадобились: прямо перед входом, на деревянном помосте, вычищенном до блеска, сидит девушка примерно моего возраста и растирает травы.
Из вежливости я уточняю очевидное:
– Прошу прощения. Не подскажете, это дом травника?
– Вы, наверное, здесь проездом, поэтому не знаете, – отзывается девушка, ни на секунду не прерывая работы, – но мой брат уже давно работает у господ. Вы его здесь не застанете.
– Господин травник – ваш старший брат?
– Так и есть, – кивает та.
– Можно мы зайдем? – подает голос Чэн.
– Да, конечно, – звучит равнодушный ответ. Но стоит девушке поднять голову и увидеть моего стража, как ее тон меняется. – Ой-ой! Вы такой симпатичный! – Она переводит удивленный взгляд на меня. – И вы тоже! Люблю красивых людей. Чаще всего они ничем не болеют. А кем вы будете? И к кому приехали? Надолго к нам?
– Я троюродный племянник Бо. Меня зовут Чэн. А это моя младшая сестренка Аи.
– Я Айха. Не знала, что у Бо есть племянник. Но он вообще молчаливый, так что мог и не сказать. А зачем вам мой брат?
С любопытством наблюдаю за девушкой и за ее манерой речи, предоставив Чэну возможность отвечать: уверена, врать у него получится намного лучше, чем у меня.