Его строптивая невеста (СИ)

— Останови поиски, — приказал стражнику. — Позови ко мне Августа.
— Будет исполнено, — проскандировал тот и исчез, оставляя меня одного в проклятом помещении.
Дожидаясь родителя Блейк, я изучал внимательно место действия. Склонился пониже, достал в уголке, под ножками парты склянку и признал бодрящий эликсир. Маленькая ящерка, наверно, растеряла силы, выпала и попала под влияние метаморфки. Чтобы они обе смогли уйти, Арлин напоила ее.
— Стоун, ты позвал меня? Блейк... — в кабинет зашел дипломат и моментально все понял. — Она с той преступницей, да?
Было больно смотреть на него. Чиновник вздохнул, чуть посинел и напрягся.
— У меня несколько новостей, Август, — я показал ему бутылек. — Знаешь, что это?
Вдохнув, он признал аромат полыни.
— Бодрящий...
— Да, — подтвердил его загадки. — Им напоили девушку. Демоны отлично разбираются в боевом искусстве, но преступно мало знакомы с зельеварением. У нас мало времени, но даже в этом случае нам повезло.
— Стоун, она точно обратится, — Уиллоуби насмерть перепугался. — Этого не скрыть.
— Потом обсудим твои цели, Август, — зло воскликнул я, раздражаясь из-за реакции чиновника. — Отправляемся в город, пока твоя дочь не разнесла там каждый особняк.
В висках билась лишь одна мысль: успеть, схватить, поймать, когда у Блейк случится первый оборот.
Иатион, сама не осознавая, напоила девчонку опасным зельем. Самое большее через двенадцать часов строптивица поддастся инстинктам. Подростки и без того сложно переживают превращение, а в случае с юной адепткой, та могла никогда не вернуться в человека.
Ее угнетали, наложили защиту, чтобы зверь как можно дольше не проявлял себя. С одной стороны Уиллоуби позаботился, схоронил свою тайну, спас себя и укрыл дочь. Но и обрек девушку на смертельную опасность. Самый поздний случай оборота, известный в Рэйвенаре, приходился на двенадцать лет носителя. Блейк достигла девятнадцати. Ее драконица уже вполне взрослая и мощная. Захочет ли она заново покориться и вернуться в тело носителя?
  
Глава 16. Неожиданность — залог победы
 
Блейк 
Отоспаться нормально мне не дали. Едва коснувшись подушки, я провалилась в тревожный сон. В своих видениях я увидела жемчужную драконицу, ругающую меня на чем свет стоит.
— С-сдалась? — шипела грозная ящерица. — Выпус-сти меня, и я покажу этой мерзавке, как с-стоит с-с нами обращатьс-я.
— Объяснила бы ты, как? — разводила я руками.
Предполагалось, что за первый оборот отвечает она, а на деле выходило, что ее еще и выпустить требуется.
— Раз-с-зреши-сс, перес-стань боятьс-ся.
Я хотела уточнить, что она имеет в виду, но кто-то бесцеремонно затряс меня за плечи. Распахнув глаза, я увидела возле себя Арлин.
— Выпей! — приказала она, подавая стакан с незнакомой мне жидкостью.
В этот момент в комнате, где меня расположили, находились все обитатели дома. Лэсли Аптон, его молодая жена, побелевшая от ужаса, и заходившийся от плача младенец.
— Не буду! — отказалась я.
На предыдущее зелье оно не было похоже, а мне надоело во всем слушаться эту дуру.
— Не спорь! — взвизгнула Иатион. Поднявшись, рывком она подхватила леди Аптон, едва ли не выронившую ребенка. — Иначе им конец. Ты мне нужна безвольная и смирная. Рисковать я не собираюсь.
Смотря на несчастную семью, ни в чем не повинную и испытавшую столько ужаса за короткий срок, я отчаялась. И согласиться не могла. Она подсовывает мне неизвестный эликсир, который явно превратит меня в марионетку. До этого момента у меня хотя бы шанс был на спасение, а приняв зелье, я мигом окажусь в Ээране, а оттуда...
Дальше задумываться я боялась. Чего им стоить запугать, пытать юную девушку?
— Ты, что, меня не слышишь? — Арлин трясла дрожащую фигурку матери.
Первым не выдержал мэтр.
Жалостливо, на вдохе, он робко взмолился:
— Блейк, пожалуйста. Они все, что у меня есть.
— Верно, малышка, — сама шпионка выглядела не лучше. Глаза бегали из стороны в сторону, некогда аккуратные волосы растрепались, по ее лицу стекал пот. По-моему, она чего-то безумно боялась. Я почти догадывалась, кого именно. — Не создавай себе и этим людям проблем. Ты же не хочешь, чтобы их жизни висели на твоей совести тяжелым грузом.
 
Мысленно помолившись богам, я упрашивала прислать сюда господина Рея как можно скорее. Наверняка ему известно, где я. Уверена, если бы загадка о моем местонахождении была сложной, демоница бы так не суетилась.
— Давай сюда свое пойло, — поднялась и схватилась за стакан, залпом его опрокидывая.
Вкус оказался горьким и обжигающим, будто я корня имбиря объелась. Мое сознание моментально погрузилось в пелену.
Одновременно с изменением моего состояния дом содрогнулся от удара. С потолка посыпался песок.
— Идем, быстрее! — Арлин взяла меня за руку и повела в другую комнату, накладывая в образованные бреши своей незримой стены новые заплатки.
Складывалось впечатление, что я не непосредственный участник событий, а смотрю на всех со стороны. Мне было все равно.
— Госпожа, а что делать нам? — Лэсли обнимал супругу и жался в угол.
— Мне почем знать? — фыркнула преступница. — Спрячьтесь в подвале, может, останетесь живы, пока Стоун здесь все не разрушил.
Мэтр Аптон задрожал, но решительно толкнул домашних на выход. Где-то на кухне находился подпол.
Давая им пройти, услышав знакомое имя, под ребрами что-то защекотало.
— Стоун? — внутри заговорила драконица. — Она сказала Стоун?
Вряд ли Арлин понимала, что с рэйвенарским дознавателем я связана чем-то большим, чем обычная забота о сестре или дочери друга. И допустила еще одну ошибку. До ее зелья я страшилась оборота, удерживала вторую ипостась внутри, а выпив эликсир, я превратилась в безразличную куклу, которую мог увести любой. Драконица была ближе, симпатичнее и сильнее. Я в эти минуты существовать перестала.
— Мерз-с-завка! — прорезался дикий оглушительный рев.
Тело скрючилось от боли и пылающего жара. Спину и ноги прострелило, и я упала на пол, обнаруживая покрывающую меня чешую. Тяжело дыша, я начала ощущать запахи лучше. Обострился слух. В нескольких десятков метров от нас я почувствовала других драконов.
— Ты что творишь? — переполошилась шпионка. На драку с драконицей она не готовилась. Испугавшись, Арлин тоже принялась перевоплощаться, но во что-то небольшое и незаметное. Перед тем как завершить оборот, она что-то тихо прошептала, подняв ладонь к самым губам, подсветила алым светом пальцы и дотронулась до моей шеи.
Кожа буквально загорелась. Зверь разъярился сильнее. Кости гулко захрустели. Пытка, наверное, длилась вечность, но в конце концов я смогла поднять голову и обрушила потолок. Тыкаясь в неповоротливом теле, не привыкнув к хвосту, снесла стену, испортив тем самым завесу, созданную демоницей.
Под обломками, сложившимися словно карточный домик, я осталась одна. Чужие запахи, чужие звуки пугали до безумия. Начали подходить воины, держа пики, обращенные в мою сторону.
Почувствовав опасность, я зарычала. Внутри будто комок образовался.
— Отойди! — кричал кто-то знакомый и маленький.
Открыв пасть, я обдала землю у своих лап пламенем. Еще раз напугавшись, развернулась и подпалила все, что было на пути. За спиной расправила крылья. 
Один взмах.
Второй.
Огонь из-за ветра перекинулся на соседние здания.
— Успокойся, чего ты творишь?! — я обращалась к драконице и обозревала созданные нами разрушения.
Дуабридж надолго запомнит появление ящерицы-переростка. Она, к слову, только сильнее запаниковала и прыгала за собственным хвостом.
— А чего они на меня набрас-сываются? — обиженно отозвалась девочка, проверяя способности к полету.
Впрочем, я прекрасно понимала ее ужас. Люди вопили, ругались, подняли оружие на изготовку. Включилась магическая сирена. И, как назло, стражи, пришедшие со Стоуном тоже начали обращаться в свои ипостаси.