Скверная жизнь дракона (СИ)
— Хозяин! Не надо! — лицо Лины исказил первобытный страх.
Она падает на пол вслед за кружкой, выпавшей из её рук. Обхватив голову руками и поджимая ноги под себя, она пытается стать незаметной. Умоляет пощадить её.
Перепрыгиваю через Лину и врываюсь в переднюю комнату — внутри горят светильники и никого. На столе что-то булькает — из кастрюли поднимается пар. Я не чувствую магического присутствия в дальней комнате.
— Лина! — продолжаю осматриваться и пытаюсь достучаться до рабы.
— Прошу! Пожалуйста, не надо! — она плачет.
— Лина, блядь, кто в доме?
— Хозяин и я!
— Кто ещё в доме? — я чуть не срываюсь на крик.
— Только хозяин и я! Пожалу… — поперхнувшись, она начинает надрывно кашлять.
Сердце отдаёт стуком в ушах. Сквозь этот адреналиновый барабан слышен кашель Лины. От него я невольно переключаюсь с поисков врагов и смотрю на рабу: свернувшись калачиком, как новорождённый зверёк, она лежит и сотрясается от кашля. Медленно прохожу в дальнюю комнату. Но там тоже никого и я возвращаюсь.
Мой взгляд скользит по столу: на маленькой магической плите стоит кастрюля, рядом кувшин, обмотанный полотенцем, приборов разложено на двоих.
— Лина, почему ты не спишь? Ты же должна проснуться завтра от этой бурды!
— Я недавно проснулась! Простите меня!
— Почему?
— Я не знаю, простите! Пожалуйста… Я только чувствовала себя очень хорошо. Я попросила богов… — она вновь поперхнулась и стала оправдываться сквозь кашель, — показать мне… там магия… Прошу… не бейте меня, я больше не буду без вас, пожалуйста!
Я стоял как в копаный несколько минут и отрешёнными глазами смотрел на Лину, пытаясь продраться сквозь застилающий разум адреналин и сообразить: о какой магии идёт речь? За это время она успела успокоиться и с опаской смотрела на меня. Лишь ещё раз услышав объяснения до меня дошло, и я сразу же полез в её лог-файл. Лог…
— Как же ты меня напугала!
Адреналин мгновенно выветрился из крови и по телу пробежала лёгкая слабость. Мне хотелось радоваться — моя теория оказалась верна. Но из-за этой кутерьмы я был морально истощён. Словно душу вынули из тела и отжав как мокрое полотенце от всех эмоций, всунули обратно.
— Серьёзно, — я стал выговариваться, постепенно возвращая себе самообладание, — как же я испугался: сигнальный контур молчит, в доме горит свет, чей-то магический след, а ты ещё должна спать после этой бурды… Лина, вставай, всё хорошо.
— Не могу, хозяин, — она попыталась встать, но от сильного испуга ноги отказались ей подчиняться.
Я уже хотел помочь ей, но остановился, и сначала пошёл за защитными перчатками. Может быть её основа сейчас раскрыта, но не хочется рисковать напрасно. Вот удостоверюсь, тогда и без перчаток буду обходиться.
— Спасибо, хозяин, — я потянул её за руки, и она кое-как всё же смогла встать. Её деревенская одежда была испачкана, а на полу красовалась размазанная и наполовину стёртая лужа.
— Что в кружке было?
— Вино, подогретое и разбавленное. Я услышала звук открытой калитки, налила в кружку и пошла встречать вас… Я сейчас приберусь, простите, пожалуйста.
— Иди умойся сначала и переоденься, а то ты вся грязная. Я сам вытру. Стой. Сильно испугалась?
— Да.
— Всё хорошо, не бойся: я до этого никогда тебя не бил. И сейчас не собираюсь.
Ужинали мы почти молча и лишь в конце немного разговорились.
Сидя с кружкой тёплого вина, я смотрел, как Лина маленькими глотками смаковала свою порцию напитка. В те редкие случаи, когда ей достаётся вино она старается сделать всё, чтобы прочувствовать каждую каплю этого сладостного нектара. И вот сегодня она заслужила даже немного добавки к основной порции.
Я открыл её лог-файл. И сразу же закрыл. У меня не было сил вникать в изменения — я решил отложить это на завтра. Лишь сказал остроухой, чтобы она ничего не трогала в нём.
Мне хотелось побыстрее лечь в кровать и закончить этот злополучный день.
Глава 8
Безоблачная синева неба простиралась от края до края. Прохладный ветерок старался разнести во все дали новость о том, что весна окончательно взяла свои права. Земля, свободная от снежного покрова, медленно прогревалась солнцем и давала старт новым циклам жизни.
Семена, осенью спрятанные в земле, чувствуя тепло пробуждались и тянули зелёные ростки навстречу яркой звезде. Травы и кустарники с жадностью старались впитать в себя как можно больше тепла зная, что рано или поздно проснуться древесные исполины и закроют от них солнце распустившейся зелёной кроной — значит, стоит приниматься за работу и насыщаться энергией небесного светила даже сейчас, когда оно робко выглянуло из-за горизонта.
Не только растения радовались весне, но и любое живое существо знало, что весна — это маленький праздник. Так старательно зимой скрывавшиеся от хищников и холодными днями раскапывая снег в поисках еды зайцы и мыши знали, что с каждым днём будет легче. Птицам стало проще ловить насекомых, что пробуждались и вылазили из земли и коры деревьев. Лисицы и мелкие хищники знали: добыча оживится с приходом весны и станет легче прокормить себя и своих детёнышей. Олени, лоси, волки… Все знали, что значит весна.
Колесо жизни постепенно проворачивалось на новый виток после белого сна. Всё было готово к новой жизни.
Стоя на крыльце с горячей чашкой чая и вдыхая аромат сырой земли, приносимый ветерком с оттаявших полей, я пытался вообразить картину пробуждения жизни. Все эти сложные взаимосвязи между живыми существами сплетались в замысловатый узор в воображении, поглощая моё я в непрерывном танце жизни, не оставляя мест для тягостных чувств, что приносят ночные кошмары.
— Завтрак готов, хозяин, — взгляд Лины был мягким и добрым. Казалось, она забыла вчерашнее.
Завтракали мы долго, старательно прожёвывая кашу из зёрен пшеницы, и я всенепременнейше возненавидел бы того, кто посмел мне её предложить. Но сушёные ягоды прятали столь пресный вкус.
— Хозяин, можно вас спросить?
— Лина! Месяц назад я был очень рад, когда ты наконец перестала так обращаться ко мне. И вот опять? Прекращай.
— Простите, хо… Простите.
— Что ты хотела?
— Вы… вы тоже были рабом?
— Что? — как хорошо, что ложка была в тарелке, иначе бы я её выронил от удивления.
— Вы едите туже простую пищу, как и я, но у вас ведь достаточно денег чтобы есть в разы лучше.
— И откуда, позволь узнать, такая осведомлённость в моих финансах?
— Эм…
Остроухая сложила руки на груди и стала поглаживать большой палец левой руки правым. Этот своеобразный способ набраться отваги проявился у неё несколько месяцев назад. Она тогда долго решилась попросить рассказать ей про то, как я в конце лета в Ольск ездил.
Можно только порадоваться, что у неё начали проявляться зачатки своего “я”, хотя буквально пару месяцев назад… Если бы тогда мне пришлось поставить все свои магические камни и решить, у кого больше индивидуальности: у Лины, у этого стола, за которым мы сейчас завтракаем, или у моей прикроватной тумбочки — я бы, наверно, до сих пор выбирал между столом и тумбочкой. Хотя, надо быть честным с самим с собой — я бы поставил на табуретку, что стоит на веранде.
— Неделю назад я ходила за продуктами домой к старосте и спросила там про стоимость зелий маны…
— Стоп! То есть ты, вот так пошла, не пойми к кому, и на голубом глазу сказала, что у меня в доме лежат зелья и заодно спросила их стоимость?
— Нет-нет-нет! — она замахала ладонями, пытаясь всеми силами отогнать столь страшные для неё слова. — Я сказала, что раз вы маг, то можете меня послать за ними в город, а я не знаю цену. Вдруг меня обманут? Я честно хотела быть полезной!
Мне следовало ожидать что-то подобное. Особенно после того, когда она очень подробно расспрашивала старосту про еду и различные блюда, присущие кухне ксатов.
— С кем ты разговаривала об этом?
— С парнем, у которого рыжие волосы.