Эра Огня 4. Костёр в ночи

Интерфейс показывал половину второго ночи. Значит, я проспал весь день. Надо будет теперь как-то режим себе восстанавливать… Но это, пожалуй, второстепенный вопрос. В первую очередь нужно понять, что это копошится у меня под одеялом…
Я вытянул руку и коснулся обнажённой кожи, которая показалась мне горячей. Вздрогнул от неожиданности. Переключился на Магическое зрение и увидел рядом с собой маленький пожарчик.
– Авелла? – шепнул я.
Она заворочалась, повернулась ко мне лицом, придвинулась ближе. Ещё спала, но уже просыпалась.
– Мортегар, – услышал я шёпот. – Она такая несчастная…
– Кто? – не понял я. – Натсэ?
– Мекиарис…
– Кто?!
Послышался глубокий вдох, перешедший в зевок, и мне показалось, что в темноте сверкнули синие глаза Авеллы. Проснулась.
– Мекиарис, – шёпотом повторила она. – Так звали девушку с портрета. Я нашла её дневник. Такая ужасная судьба…
Про ужасную судьбу Мекиарис думалось с трудом. Потому что Авелла прижалась ко мне всем телом, и я вдруг понял, что тело её ничем не прикрыто. Я осторожно положил руку ей на спину, провёл ниже… Голова закружилась, и я услышал, как прерывается дыхание Авеллы. Кажется, она чувствовала то же, что и я, но не только. Она ещё плакала.
– Ты из-за неё? – шёпотом спросил я.
Не увидел, но почувствовал, как в ответ она кивнула.
– Нам нельзя терять ни минуты, – жарко прошептала она мне на ухо. – Смерть всегда рядом, Мортегар, и ей плевать, кто успел, а кто не успел жить!
Я нашёл своими губами её губы. Она жадно ответила на поцелуй, потянула меня к себе, ложась на спину. Я попытался что-то сказать – она мне не позволила. Её трясло, как в лихорадке. Быть может, она и вправду заболела? И не совершу ли я глупость, воспользовавшись ситуацией сейчас?..
Однако Авелла, пусть и в каком-то болезненном состоянии, точно знала, чего хотела, и это её желание было настолько явным, что у меня не было шансов отступить. Вот она вздрогнула, судорожно вдохнула в темноте. Я замер, но спустя два быстрых удара сердца ощутил её движение навстречу и заставил себя отбросить мысли, а вместо этого просто жить, просто быть здесь и сейчас. Жить. Дышать. Любить. Как и научила меня сама Авелла.
Словно погрузившись в некий транс, я слушал, как всё тяжелее бьётся моё сердце, как всё чаще становится её дыхание. Вот с невидимых в темноте губ сорвался чуть слышный стон, потом – ещё один, и вот уже нет им числа. По всему её телу пробежали судороги, руки и ноги с силой обхватили меня…
Вдруг она просто расслабилась, выдохнула словно бы с облегчением, и я, остановившись, коснулся губами её губ. Так мы и лежали молча, приходя в себя, под звук биения сердец.
– Мортегар, – прошептала Авелла. – Скажи мне честно…
Я готов был услышать: «Ты меня любишь?», или что-то в этом духе, но Авелла меня удивила:
– Я теперь забеременею?
– Эм… Нет, – сказал я.
– Т-т-ты ув-в-верен? – Она опять задрожала, на этот раз словно бы от холода.
– Да.
– А почему т-т-ты т-так уверен?
– Ну… Неудобно о таком говорить, но… Я маг Воды и, как оказалось, могу полностью контролировать жидкости…
– Фу! Не говори такие вещи! – Авелла заговорила в полный голос, и прозвучало это неожиданно, но тон заставил меня улыбнуться.
– Ты сама спросила.
– Я больше не буду задавать таких вопросов.
Она вывернулась из-под меня, повернулась спиной. Я притянул её к себе – она не возражала. Свернулась калачиком. Я осторожно гладил её плечи, бёдра и чувствовал, как она наслаждается этими прикосновениями.
– Ты – чудо, – шёпотом сказал я.
– Правда?
– Истинная. Когда я тебя увидел впервые – так и подумал. Что ты какое-то чудо, а не человек. И ты ни разу меня не разубедила в этом.
Луна доползла до окошка, и стали видны смутные очертания. Авелла приподнимала голову, прислушиваясь.
– А Натсэ? – спросила она.
Ответить я не успел – Авелла вдруг вскрикнула и резко села в постели.
– Натсэ… – пролепетала она.
Я тоже приподнялся и увидел, что дверь в спальню раскрыта и в проёме стоит тёмная фигура. Стоит и молча на нас смотрит. Лицо тонуло во мраке. Я лишь различал длинную ночную рубашку, кажется, кружевную – и где она её только взяла? – да чёрные волосы, спадающие по плечам.
 
– Натсэ… – сказал я, понятия не имея, что собираюсь говорить дальше.
Она не стала слушать. Повернулась и неслышно ушла.
– Постой! – Сердце переполнила непонятная тревога. Я соскочил с постели, спешно натянул трусы. Авелла подскочила следом, завернувшись в одеяло.
Мы вышли в коридор. Я вытянул вперёд руку, заставил огонь загореться над ладонью. Стало светло. Натсэ поднималась по лестнице на третий этаж. Мы двинулись следом. Прошли мимо её спальни, раскрытой настежь и пустой. Взбежали по каменным ступеням. Натсэ уже была возле лестницы на чердак и медленно, будто плыла, а не шла, двигалась вверх.
– Нат… – Авелла вдруг повисла на мне, рукой заткнув мне рот.
– Тише! – прошипела она. – Волосы!
Я дёрнул головой, посмотрел ей в глаза.
– Что?
– У неё длинные волосы, Мортегар, – шёпотом сказала бледная, как смерть, Авелла. – Это не Натсэ…
И тут до меня дошло. Ведь и правда: у Натсэ теперь были короткие волосы, как у парня. Да и эта ночная рубашка с кружевами – не было у неё ничего такого!
Авелла пятилась, увлекая меня за собой. Я бросил взгляд вперёд, успел заметить край кружевного подола, исчезающий в проёме чердака. Ледяной холод проник когтями в самое сердце.
С грохотом обрушилась каменная крышка, и, будто это послужило сигналом, мы с Авеллой развернулись и побежали прочь.
 
Глава 15
 
Видимо, во мне, даже без Искорки, были какие-никакие мужские гормоны, потому что моей паники хватило до второго этажа, тогда как Авелла с визгом понеслась дальше. Я крикнул ей вслед, но без особого успеха. Убежала. Спасибо хоть не телепортировалась к маме, вот прям так, в одном одеяле. Это был бы не лучший отзыв о брачной ночи…
Я же быстро сделал нехитрые логические выводы: призрак не гонится за нами. Таинственная черноволосая девушка просто ушла на чердак, «домой». И, хотя жить в доме с привидением довольно стрёмно, однако выскакивать в трусах на улицу – ещё более стрёмно. Особенно осенью. Днём-то было более-менее тепло, но вот сейчас, ночью… Да и вообще, меня так не воспитывали.
Я прошёл мимо комнаты Натсэ, убедился, что её нет. Потом заглянул туда, куда раньше толком не заглядывал – в спальню Авеллы. Помимо воли вырвался смешок: это была детская. И сама комнатка поменьше, и бельё на постели как будто кукольное – розовое, с оборками и кружевами. И кресло-качалка рядом с кроватью – видимо, для мамы или няни. Натсэ тонко подшутила над характером Авеллы, которая и вправду частенько вела себя, как ребёнок. А Авелла, небось, восприняла, как должное. Правда, она ко мне пришла, так что как знать – может, и обиделась на шутку.
Зайдя в свою спальню, я быстренько оделся в опостылевшую свадебную одежду. Спустился на первый этаж. Авеллы не было. Дверь на улицу болталась открытой, наполняя помещение сквозняками. Я вышел наружу, огляделся.
Далеко внизу, у подножия холма, увидел в свете луны похожую на призрака фигуру. Заперев дверь, я спустился почти бегом. Стук зубов Авеллы услышал, кажется, ещё на середине пути.
– Куда ты понеслась? – схватил я её за ледяную руку. – Оденься хотя бы!
Выскочила она, как была – босиком, в одном одеяле.
Поняв, что я предлагаю, Авелла шарахнулась с визгом. Режим «паника» работал на полной мощности.
– Хорошо, хорошо, – попытался я её успокоить. – Подожди здесь, я принесу твоё платье.
– Не ходи! – Теперь она повисла на мне мёртвым грузом. Ну, не грузом – так, грузиком. – Там ОНА!!!
– Слушай, ну, если бы она хотела нам навредить – уже бы что-нибудь сделала. А она просто ушла…
– Я закричу!
– Да ты и так кричишь.
– Это ещё нет! Заклинание «Усиление голоса», я весь Дирн на уши подниму! Не ходи туда, Мортегар, я тебя не пущу!