Лось 1-1 (СИ)

Всем пятерым одно можно было поставить в огромный и несомненный плюс — каждый в своей области ориентировался как рыба в воде, дураков Иван Дмитриевич принципиально не держал, считая глупость самым страшным грехом. И если мне случалось к любому подойти с вопросом по работе, с разной степенью терпеливости объясняли, ни разу не скатившись на банальное «не знаю» или «разбирайся сам». Показывали, чертили, сыпали цитатами из справочников и учебников, а часто и из более сложных трудов. За одно это их всех стоило уважать.
Казалось бы, внутренне мне следовало тянуться к старшим, пережитый житейский опыт пусть и другого мира делал меня к ним ближе, но сразу не получилось, а вскоре и сам расхотел: во-первых, те не видели в сопляке себе ровню, от их покровительственного эмофона коробило, а во-вторых, проблемы передо мной стояли те же, что и перед остальным молодняком.
В конце испытательного срока, когда уже сказали, что с понедельника — на постоянку, ко мне с жизненным вопросом подошел Миша Рыбаков:
— Лось, у тебя с жильем как?
— Никак! — досадливо сморщился. Даже очень скромная ночлежка медленно, но верно съедала прихваченные из дома деньги, а на съемную квартиру, даже комнату, уходила бы вся здешняя зарплата. — Алексей Игоревич пообещал, что по постоянке можно будет в общагу заселиться.
— Можно, но неудобно. Лаборатория на отшибе, общага на другом конце города. На одну поездку две пересадки делать придется, и по времени около полутора часов выходить будет. Я точно знаю, потому что сам так долгое время жил и ездил.
— Зато по деньгам нормально! — возразил я. Как будто у меня был выбор!
— Я чего спрашиваю-то? Мы с Максом хотим предложить тебе другой вариант. Макс! — позвал он, — Иди к нам!
— Пятница!!! — заорал подлетевший Максим, обнимая за плечи нас обоих, — Развратница!
— Но-но! — проворчал я, отпихиваясь от Мишки, к которому Макс меня плотно прижал, — Я не по этой части!
— А кто по этой части⁈ — возмутился Макс.
— Да кто вас в вашей крепкой мужской семье знает!
— Это что, Ван-Димыч опять перл выдал? — поржали парни.
— Он самый! — подтвердил я.
— Ты на эти его закидоны не обращай внимания! — отсмеявшись, посоветовал Макс, почти повторив слова Угорина, — Классный он мужик! Одних патентов за тысячу уже взял, вместо обоев стены сортира может дома обклеить. Раз ты с понедельника на постоянке, попроси экскурсию на нижний ярус, посмотришь, чем мы на самом деле занимаемся. Ладно, Мих, ты как насчет третьим быть?
— Всегда готов!
— Ить! — опять расхохотались оба, — Наш человек!
— Лось, — вернулся к начальной теме Мишка, — мы с Максом здесь неподалеку снимаем комнату. Комната большая, на самом деле это отдельный флигель с собственными удобствами и даже отдельным входом. Жратва — за небольшую доплату, готовит хозяйка — пальчики оближешь, по деньгам тоже не так страшно выходит. Одна проблема — у хозяйки аж три дочки и семь племянниц, смекаешь, к чему клоню?
— Нет пока.
— Водить к себе она никого не разрешает! Это даже в договоре съема прописано.
— Сочувствую, гостиницы вам в помощь!
— Лось, ты думаешь, мы Рокфеллеры? — встрял Макс, — С хозяйкиными дочками — тупиковый случай, там даже не в женитьбе дело — они страшные, как твари. Хуже Чумы, увидишь! Но мы с Мишкой не зря школы на золотые медали окончили — нашли выход. Буквально в квартале от дома есть булочная, Мишка в ней ночным сторожем устроен, дежурим по очереди, а там — вся ночь твоя!
— Нормальный вариант! — одобрил я, все еще не понимая, к чему они ведут.
— Нормальный-то нормальный, но на двоих — тяжеловато, раньше у нас третий был — Сема, но он летом женился, теперь всё! Пропал парень! И с квартиры съехал, и подработку бросил. А ночь через ночь при наличии основной работы не слишком удобно! И если на двоих, то получается, что мы никогда вечером не встречаемся, а иногда и вместе погулеванить охота. Макс вон кричит: пятница-развратница, а мне уже через три часа на смену. Нужен третий! Заодно и плату за квартиру на троих поделим, с зарплатой сторожа совсем копейки получатся. Как тебе?
 
— Погоди, я только чтобы не ошибиться: вы ищете третьего к себе во флигель, чтобы разделить оплату, так?
— Не просто третьего, а чтоб еще и третьим ночи по булочной взял! — еще раз уточнил Рыбаков, — Всех забот — закрыть дверь за вечерней сменой да принять спозаранку машину с утренним завозом, и на двенадцать часов в сутки вся площадь магазина в твоем полном распоряжении! Хочешь — спи, хочешь — не спи!
— Но, хочу предупредить тебя, о, наш юный друг! — заёрничал Макс, — В нашем предложении есть существенный минус!
— И какой же? — предварительно я уже согласился, осталось только понять, не расходятся ли наши понятия о «копейках».
— Привыкнув раз в три ночи спать за деньги, ты можешь испортить себе обычный сон! — с преувеличенно грустной моськой продекламировал Макс, — Мы с Мишкой уже нажглись. Прикинь, как обидно!
В тот же вечер осмотрел и предлагаемое жилье, и потенциальную подработку — жить можно. Ударили с парнями по рукам и пошли договариваться с квартирной хозяйкой. Дочки ее с племяшками — девчонки как девчонки, вовсе не уродины, обычные, это просто мужики здесь заелись. Но и не в моем вкусе — слишком молодые. Вот самой хозяйке я бы… мечты прервал звероватого вида мужик — хозяйкин муж, сурово зыркнувший исподлобья. Понял-понял, не дурак!
Субботу посвятил переезду, обустройству и подготовке к подработке. Поскольку ни разу за обе жизни не слышал ни о дерзком ограблении хлебной лавочки, ни о кровавом замесе наркоманов за последний маковый калач, ни о зверском изнасиловании сторожа батонами, подошел к делу охраны вверенного объекта со всей ответственностью — не откладывая в долгий ящик, купил по объявлению бэушный спальник, чем ввел своих соседей в ступор — они-то, дежуря, все еще спали на составленных стульях. Эх! Всему-то молодежь учить надо!
Вечером воскресенья парни остались дома, а я радостно пошел сторожить булочную. Радостно, потому что уже забыл, каким выматывающим может оказаться тесное соседство с двумя молодыми, полными сил и гормонов парнями. А тут пришлось вспомнить, вдобавок сам-то я теперь такой же! Разговорчики на тему кто, кого и как, которые раньше я бы без малейших терзаний пропустил мимо ушей, давили на спусковой клапан, так что кроме предвкушения тишины, я еще готовился оценить подработку с совершенно определенной целью — насколько удобно будет привести туда предполагаемую подругу с вполне понятными намерениями.
Кабинет хозяйки магазина и комнатушка отдыха продавцов закрывались на замки. Не преграда для пытливого ума и очумелых ручек, но лезть туда в первый же день не собирался. Да и вообще не собирался — ну что реально ценное может храниться у рядовых продавщиц? Это если отбросить собственные принципы и забить на здравый смысл — ведь Эльвира Павловна («Ах, зовите меня просто Эльвира!»), хоть и не оформляла меня официально, но списала и данные моего паспорта, и где я работаю, и даже фотографию сделала — якобы для порядка. Единственный соблазн — в закрытых помещениях имелись продавленные засаленные диванчики, но и они того не стоили, при наличии спальника отлично выспаться можно было на складе или даже прямо в торговом зале. Чем, собственно, осмотрев территорию, и занялся, расстелив свое приобретение — вставать придется рано, а на первую ночь никаких развлечений я не заготовил. Впрочем, веселье нашло меня само.
Несколько раз сквозь сон слышал, как кто-то стучал в окно и дверь, звал Макса или Мишу, но поскольку мы с Мишей сразу, как я устроился к Ван-Димычу, договорились, что он — Миша или Рыба (от фамилии Рыбаков), а я, соответственно, Миха или Лось, а, во-вторых, меня здесь звать пока еще было некому, стук игнорировал, особо настырные отстали после развернутого указания адреса, куда надо пойти, чтобы найти искомых персон.
С мужиком, припершимся в районе часа ночи, уже проверенное поведение не прокатило.