Отмороженный (СИ)
Хрень какая-то. Если разобраться, то туманов-то здесь нет. Есть правда странные вихри, которые отдаленно напоминают туман.
Точно нет? Я приник к окну, вглядываясь вдаль, а потом глянул на датчик погоды на экране. Фух, а то молитва-то парням не помогла.
Через час пути я увидел вдалеке уже привычный в этих местах оградительный забор. Мы приближались к шахте.
Турели по всему периметру стены и мигающие сигналы охранной системы говорили о том, что, по крайней мере, здесь кто-то есть. На карте была указана частота для связи.
Но ответили по ней только тогда, когда до ворот оставалось метров пятьдесят. И шумело так, будто человек там на ветру трубку до уха не донес, есть что-то, чавкает и пытается разговаривать.
Николаич объяснил, что мы проездом, колонисты в «Айстаун-8» и попросил разрешения заехать внутрь. Алиса приложила к сканеру документы переселенцев и лицензию на работу в секторе. Через пару минут сигнальные огни замигали зеленым, и охранные ворота открылись.
Первое, что я увидел — это высокие башни строительных кранов. Серые каркасы из астериуса равнодушно чернели на фоне безоблачного неба. Правда, стояли они застывшие над внушительного размера котлованом.
Земельные работы сформировали впечатляющий кратер в снегу, на глубине которого находилась сама шахта. Стены ее были усилены бетонными блоками и балками из того же астериуса — попытка людей хоть как-то противостоять Мерзлоте и ее переменчивому настроению. По периметру — сигнальные фонари, которые по идее должны были располагаться на всех ярусах, но сейчас освещался только самый верхний.
Спускового лифта и вовсе не было. Лишь наметки на то, что он когда-нибудь тут появится. Четверо дроидов возились с чем-то у котлована, и выглядело это в духе: один копает, второй советует, третий проверяет, четвертый критикует. Все, впрочем, как и всегда и везде. Больше на всей внешней территории мы не увидели никого.
Мы подъехали к небольшому боксу, стоявшему справа от шахты. Двери перед нами открылись. Стоянка представляла из себя ангар с десятью парковочными местами и семью боксами для дроидов. Из легкого транспорта здесь находился только старенький вездеход. В боксе я увидел инженерного дроида, который чинил боевого клона.
Странно как-то это все. По идее на новом месторождении жизнь должна кипеть — возводится жилые модули и стекаться техника и рабочие. А тут запустение какое-то. Землекопа полтора.
Николаич не стал дожидаться стыковки грузовика со шлюзом и с жилым модулем и выбежал в скафандре из машины, припарковав ее на ближайшем свободном месте. Засиделся, бедняга, без движения. Мы с ним и с Алисой первыми зашли в помещение.
Встретил нас упитанный мужик в потертом рабочем комбезе с логотипом «Equin» на груди. По идее инвестиции должны быть нехилыми. Объединенный евразийский сектор денег на разработку никогда не жалел.
— Наконец! — воскликнул он таким тоном, будто именно нас он и ожидал. При этом лицо его еще больше покраснело и маленькие глазки забегали из стороны в сторону, — Третью неделю ждем вас уже! Стройка стоит, связи нет! А почему вас так мало?
— Эээээ, кажется, вы нас с кем-то перепутали, — сказала Алиса, — мы проездом. Едем в «Айстаун-8». Мы передавали по рации перед входом, вы не слышали?
— Слышал, — грустно вздохнул мужчина и довольно артистично изобразил радиопомехи, — чаф-чаф, хрум-хрум, сшииии… Вот все, что я слышал. И слышу уже третью неделю. А зачем вам в эту дыру? Что вы там собираетесь делать? — удивился наш собеседник. — Это же, считай, край света.
— Жить, — философски ответил Николаич, — просто жить.
Ему сейчас еще бы стопку махнуть и огурцом соленым закусить, ей-Богу.
Когда вся наша группа собралась вместе, бригадир шахты отвел нас в небольшое кафе. Люди смогли перекусить суперфудом, расслабиться и просто перевести дух, чувствуя себя, наконец, в безопасности.
Пока остальные ели, мы с Алисой и с Николаичем разговорились с Торстеном — так звали бригадира.
По его словам, шахту начали строить два месяца назад, и шло все довольно бодро. Проект, инвестиции, перспективы.
— Нам с ребятами сразу закинули кредитов впрок. Думали построим и смоемся из этого портала в нормальную жизнь. Без чудовищ и неземных температур. Но потом начались пробуксовки. Обещанные три бригады не приехали, технику не подвезли, а та, что была, начала ломаться, народ стал болеть, материалы крошатся, не схватываются. Я много где уже строил, но здесь будто полтергейст какой-то. Будто сглазил кто.
И… это… чудищ стало больше. Убиваем, конечно, отстреливаем. Есть два охранника у нас. Опять же обещали охрану нормальную. Но в последнее время твари зачастили.
— А не в курсе, что с блокпостом Авангарда? — спросил я.
— А я не в курсе. Пока не связывались. А что не так?
Я рассказал ему про пустую базу и найденные трупы. Информация бригадира не обрадовала, он помялся немного и, понизив голос, сказал, что у них тоже было нечто странное. Два техника напились и устроили поножовщину. Притом, что оба были тиши воды, ниже травы, а после очередной смены, когда пытались связь наладить, будто бес в них вселился.
Торстен предложил нам остановиться у них и по возможности помочь подлатать транспортники. И вроде даже денег за это запросил немного, в бартерном эквиваленте выпросив у нас тело однорукого дроида.
— Предлагаю согласиться, остаться здесь и передохнуть. Все устали. — сказал Николаич и, как только он это произнес, я тоже почувствовал, что вымотался.
Эмоциональное и физическое напряжение последнего дня сказывались на голодном организме. Да и тело в кресле порядочно затекло.
— Идет, — ответил я. — Переночуем и переведем дух.
— Что переведем? — спросила Алиса
— Отдохнем, говорю. То есть вы отдохнете, а я к себе сгоняю.
Я проводил машины в ремонтный цех и нашел себе укромный уголок. Так чтобы не мозолить глаза, но и быть под присмотром Николаича. Включил режим оповещения в случае опасности и отключился.
Вы покидаете центр управления 偵स्काउट्察. До рассинхронизации 5, 4, 3…
Не отключайтесь, айл би бэк после рекламной паузы…
Небольшая зарядка. Пятьдесят приседаний и турник. Наконец-то, ужин! Сегодня могу себя побаловать макаронами по-флотски. Или а-ля селедкой с а-ля картошкой? Может, смешать? Стоп, Алекс, ты что? Странная жрачка здесь, конечно, в моде, но не настолько.
Остановился на макаронах. Поставил их вариться, достал из своих запасов раритетную банку «тушенки», которую привез с собой. Консервы я нашел на задворках Горячего квартала в магазине у какого-то старика по имени Иван. Стоили до фига, а вкус все равно не тот. Походу скопировали для тех, кто увлекается темой. Поставили старца а-ля рус и вперед. Но меня устраивало. Отдаленные нотки того самого вкуса проскакивали.
Через десять минут мой праздничный стол был готов. На тач-панели замигало сообщение от Боба. Очень кстати! Давно не болтали. Я подключился по видео и увидел перед собой довольное лицо, уплетающее какую-то молекулярку.
— Твои щеки говорят о плюс десяти кг, а не о минус, — весело сказал я.
— А твои о том, что ты опять экономишь на углеводах, — парировал Боб, — Но я слышал, скоро к тебе приедет бабушка? Хоть пирожков тебе наготовит.
Внутри меня все опустилось.
— Откуда информация?
— На кафедру заезжал, видел профессора с делегацией. Я тебе даже завидую немного, Чжэнли — легенда, она первая открыла эффект мерцающих…
— Завязывай, — я перебил Боба, — Автограф для тебя возьму. А пирожки сам съем. Все, отбой у меня дела.
— Не надорвись там, деловой, бумажки свои перекладывать.