Ты, я и он (СИ)

Я отключила вызов и бросилась на кровать. От потрясения все мысли исчезли из головы. Мне хотелось умереть.
  
Глава 30
 
Новая квартира оказалась даже лучше, чем я представляла. Небольшая, но уютная гостиная выходила на солнечную сторону, а на маленькой кухне как раз хватало места для одного человека. В зале стоял аккуратный, чистый диван, бережно укрытый мягкой накидкой с бахромой и смешными кисточками по краям. Коричневая стенка старых годов (ее еще называют горка), заставлена разномастными сервизами, а возле окна, в самом центре красуется плазменный телевизор. Единственная современная вещь во всей квартире. Возле дивана скромно прижался небольшой шкаф-пенал. Ванная и туалет чистые, хоть и не новые. Да, после коттеджа Стаса возникают немного грустные ассоциации, но для меня такое жилье – самый оптимальный вариант. Пожилая хозяйка попросила 6500 тысяч в месяц, и я сразу же согласилась.
За квартиру, где мы жили с Женей, мы платили 8500 тысяч. Так что, мне даже повезло. Теперь, оставшись одна, я стала более остро ощущать свое одиночество. Хуже всего – вечером, особенно, когда прихожу после магазина домой, и понимаю, что никто меня не ждет. Никто не обнимет, не скажет добрые слова. Правда, если вспомнить, то я не слишком часто видела поддержку и заботу от мужа. Женька всегда был немного черствым, холодным на эмоции. Слова «люблю» давались для него с трудом, казалось, будто у него опухает язык и напрочь отшибает речь, всякий раз, когда он пытался показать свои чувства. Впрочем, никакой любовью тут и не пахло на самом деле. Жаль, что выяснилось это так поздно.
Теперь незачем стараться и готовить что-то необычное – я часто покупала пельмени, готовые салаты, соки, а иногда просто брала с собой еды у Стаса. Пытаясь убить скуку по вечерам, которая неизменно тащила за собой тоску, я щелкала пультом и без конца переключала каналы на телевизоре. Я искала хоть что-нибудь, что привлечет мое внимание, но даже если находила интересный фильм, то быстро теряла интерес к происходящему на экране. Самое сложное – уснуть. Иногда я лежала на диване и смотрела в черный потолок до трех часов ночи, и наконец-то засыпала. Просыпалась я с чугунной головой, и полдня «раскачивалась», заставляя себя двигаться, постоянно что-то чистить и убирать, чтобы не уснуть. Мне не хотелось, чтобы Михаил видел, что я плохо справляюсь с работой. Прошел уже месяц после его приезда. Отец Стаса бывал дома только вечером, и только последнюю неделю стал приезжать пораньше, часов в 5. Мы часто сидели в беседке, и пили чай, разговаривая о всякой ерунде. Каждый раз я боялась, что он задаст мне вопрос про Стаса, что-то вроде «а ты правда спала с моим сыном»?
Но Михаил предпочел сделать вид, что ничего не было, и я восхищалась его тактичностью и благородством. Этот мужчина был ярким примером идеального мужчины, даже годы не отняли у него врожденную харизму. Теперь я видела, что на самом деле у них со Стасом прекрасные отношения, ведь Михаил поверил сыну мгновенно. Даже тени сомнения не появилось на его лице, когда Стас сказал, что все, что говорят в мой адрес - неправда.
Со Стасом мы находились на расстоянии. Я сама ограничила наше общение, хоть и видела, как мрачно он на меня смотрит, и пытается завязать разговор. Я не смела позволить себе даже смотреть в его сторону, и каждый день твердила, что я домохозяйка, и мое дело маленькое. Ночь со Стасом почти превратилась во что-то нереальное. Было проще думать, что мне приснился очередной эротический сон. Настолько реальный, что до сих пор от воспоминаний идет легкая дрожь по телу. Но все, что было – ошибка. Ведь люди иногда ошибаются. Думать о том, что и Женька ошибся – не хотелось. Ведь можно сделать ошибку один раз, но когда это происходит постоянно, это уже не ошибка, это – осознанный выбор. Моя жизнь круто поменялась, а я все равно ищу оправдания измене. Да, простить можно все, но можно ли после прощения жить как прежде? Сомневаюсь.
 
Я решила, что больше не подпущу к себе ни одного мужчину. Не хочется наступать на одни и те же грабли многократно.
- Алиса, вы так и не помирились с мужем? Прошло достаточно времени, чтобы успокоиться и принять решение.
- Нет, Михаил Сергеевич, не помирилась. Наоборот, еще больше убедилась в том, что нужно подать на развод. Просто сейчас нет на это времени.
Мы сидели в беседке, и пили чай с булочками, которые я испекла час назад. Отец Стаса снова приехал пораньше, и, кажется, у него было очень радостное настроение. Стас отказался пить чай и закрылся в своей комнате. Он снова был чем-то раздражен, но я успела привыкнуть к его внезапным скачкам настроения, и не обращала на них внимания. Рядом с Михаилом, я сильнее понимала, насколько большая у нас со Стасом разница в возрасте, и мне было легче воспринимать его как «папкиного» хулигана.
- Я могу отвести тебя, чтобы ты написала заявление. Он больше не докучает тебе после последней встречи? – в голосе Михаила послышалось беспокойство.
- Нет, все в порядке. Сначала он звонил, но последние две недели окончательно пропал. Наверное, надоело искать меня. Я рада, что нашла квартиру, и он никогда не узнает адреса. А на развод я подам сама, спасибо большое за помощь.
- Хорошо, я понял тебя. Хочу отдать должное – ты очень вкусно готовишь. Я очень рад, что мы встретились. Надеюсь, ты останешься с нами надолго, ведь даже с моим сыном тебе удалось найти общий язык.
Я промолчала и смущенно опустила глаза. От слов Михаила стало очень приятно и тепло. Что будет дальше – я не знала. Ведь уже стократно убедилась в том, что никогда нельзя загадывать наперед, все время все переворачивается с ног на голову.
Время несется слишком быстро, скоро нужно ехать домой. Стало немного грустно от того, что снова буду в пустой квартире. После чая, я собрала грязную посуду и понесла ее на кухню. Сейчас все помою, и пора уезжать.
- Ты ничего не хочешь мне сказать?
Я резко развернулась, услышав грубый голос Стаса. Он сидел в своем инвалидном кресле, полностью перегородив проход в кухню. Голубые глаза прожигали меня насквозь и я не могла понять их выражение.
  
Глава 31
 
Первое, что пришло в голову «все, что угодно, только бы не пришел Михаил». Я смотрела на разъяренного Стаса и не понимала, что случилось. Он смотрел на меня так, словно я преступник или человек, который совершил смертельное предательство.
- Не понимаю, что-то случилось?
- У тебя, я смотрю, все так легко и просто. Интересно, у тебя сердце есть, или ты всегда такая холодная и решительная? Сколько ты жила с мужем, лет семь? – Стас задумчиво покачал головой, словно прикидывая что-то в уме, - не могу поверить, что можно вот так взять и выбросить из своей жизни человека. Словно и не было этих долгих лет. Ты его вообще, любила?
- С какой стати ты стал волноваться за моего мужа? – я так удивилась, что даже не смогла этого скрыть, - почему всех стала резко волновать моя личная жизнь? Стас, я не хочу прощать человека, который изменил. Даже если до этого момента все было прекрасно. Я просто не смогу перешагнуть через себя, понимаешь? – я вздохнула, и снова отвела глаза. Смотреть на него было просто невыносимо, в груди болезненно щемило от непонятного чувства, - почему бы тебе не помириться со Стеллой?
- Потому что я не люблю ее, такой ответ устроит? Ты меня неправильно поняла. Я не хочу, чтобы ты возвращалась к мужу, но я искренне не могу понять, как можно быть такой каменной. Мне интересно узнать, что ты за человек. И почему ты стала избегать меня и прятать глаза при каждой встрече. Это все из-за отца? Объясни, почему ты так боишься его?
- Я не боюсь. Просто мне нужно выполнять свою работу. А в нашей договоренности нет пункта о том, что я должна проводить с тобой время за милыми разговорами. Если я начну сидеть около тебя, то это будет выглядеть странно.
- Вот как, - Стас усмехнулся, - я ощущаю себя вещью, которую выбросили сразу, как только она наскучила. Ответь на один вопрос: я тебе совсем не нравлюсь? Ты меня использовала только чтобы забыться?