Найти себя. Трилогия (СИ)

– Лекаря! – страшным голосом заорал Сомов, – Лекаря сюда!
А увидев множество бегущих на помощь людей, выпустил магистра из рук и сам потерял сознание.
Произойди подобная авария на земле, она бы вероятно закончилась смертельной трагедией, но на Осане с ее продвинутой магической медициной все было намного проще. Получив сотрясение мозга, Виктор уже на следующий день чувствовал себя в полном порядке, а магистру на поправку потребовалась неделя. Всего лишь одна неделя. Целители Осаны продолжали поражать своим непревзойденным мастерством. Вот что значит опытные лекари и дорогие магические амулеты, думал Сомов глядя на Тессара, у которого на лице не осталось и следа от полученных травм и ожогов. А потом начался тяжелый разбор полетов, на котором докладывал сам магистр:
– Итоги. Мастерская разрушена, а аппарат для дальнейшего использования не пригоден. Повреждены и не подлежат восстановлению охлаждающая установка и вакуумный насос. Стальная сфера полностью уничтожена и исчезла вместе с содержимым. Образовались в ней алмазы или нет неизвестно. При взрыве также безвозвратно потеряна четверть алмазов, используемых в амулетах. Всплеск вырвавшейся магической энергии был такой силы, что удивительно как он не привел к человеческим жертвам, – магистр непроизвольно прикоснулся к лицу и перевел дыхание, – Причины. Из‑за поврежденного клапана системы охлаждения возник перегрев стальной сферы, что привело снижение прочности металла и его деформации под воздействием вакуума. В результате часть сферы попала в рабочую зону, и началось разрушение всего аппарата. Осколками были повреждены управляющие амулеты, из‑за чего нарушилась балансировка, и произошел спонтанный выброс магической энергии, – Тессар перевел дух, – Рекомендации. Эксперимент прекратить, как непредсказуемо опасный и требующий для продолжения дополнительных финансовых вложений в размере еще десяти тысяч золотых монет. На этом все. Я тебя, Крон, с самого начала предупреждал, что затея эта пустая.
– Ну да, – сказал мрачный как туча Гросс, долго молчал, а потом грозно спросил: – Кто виноват?
Теперь надолго замолчал Сиан. Признаваться ему ох как не хотелось.
– Моя вина, – вздохнул он, – Не отреагировал на поломку системы охлаждения, переоценил прочность металла и не учел внешнее давление на сферу, в которой был вакуум.
– Мы оба виноваты, – встал на защиту магистра Сомов.
– Что дальше? Ты, как я слышал, Тесс, предлагаешь остановить проект?
– Я не предлагаю, – ответил магистр, – я прямо заявляю, что алмазы мы таким способом не получим и денег я больше не дам. Ни одного золотого.
И тут Сомов понял, что если он сейчас не вмешается, то на проекте поставят крест. Он решительно встал с места и взял слово:
– Я сам продолжу работу и доведу экспериментальный синтез кристаллов до конца. Второй аппарат у нас есть, остались и три четверти алмазов с готовыми заклинаниями. Если господин Сиан передаст в мое временное распоряжение нестабильные минералы, которые использовались в ретроспективной машине, то ими можно будет заменить недостающие алмазы. Месяц они проработают.
– Что скажешь, Тесс?
– Ну, пусть попробует, – после долгой паузы и без всякой надежды в голосе ответил Сиан, – Только эти кристаллы собирают энергию как дырявые ведра в слабый дождь и их понадобится в сотни раз больше утерянных алмазов, а время для зарядки займет неделю. Как раз хватит на один хороший экспериментальный взрыв. Боюсь, что ты, Вик, и остатки алмазов уничтожишь и себя убьешь, – он снова помолчал и с сожалением добавил, глядя куда‑то в сторону: – Хороший был ученик. Такие надежды подавал. И внучке нравилось, как поет.
Окончательный разговор состоялся между Виктором и Кроном во дворе замка, когда герцог уже садился в карету.
– Я крайне недоволен, господин Сомов. Ты мне показался человеком, заслуживающим доверия и отвечающим за свои слова. Я сделал на тебя огромную ставку и сейчас сильно разочарован. Ты представляешь, насколько сложно было найти тридцать тысяч золотых монет?! Или ты думаешь, что я просто достал их из кармана? Время идет, прогресса нет, и скоро у меня могут начаться финансовые неприятности с кредиторами. А я становлюсь очень зол, когда у меня появляются неприятности, и ты даже представить себе не можешь, что я сделаю с человеком, который в этом виноват.
 
– Представляю, господин Гросс. Я был на экскурсии в вашем заведении.
– Ну да. И запомни, если за месяц ситуация не изменится, ты вернешься туда, где тебе самое место. Это я не угрожаю, а просто предупреждаю о том, что будет, Сомов. Ты меня понял?
Виктор постарался выкинуть из головы угрозы Гросса вместе с мрачным пророчеством Сиана и с полной отдачей взялся за продолжение работ. Первым делом он полностью переделал систему охлаждения и увеличил количество радиаторов, разместив их даже на самой сфере. Радиаторы обдувались вентилятором, к которому провели привод от парового движка. Затем он установил дополнительные датчики температуры, везде, где только можно и наконец, взялся за последний и самый каторжный труд. С матрицы в кристаллы ему нужно было перенести короткое заклинание собирающее энергию темного мира и условия ее извлечения. Дело это было простое, но монотонное. Всего ему пришлось создать несколько тысяч энергетических амулетов и на это ушло более трех недель.
Когда все было готово, он понял, что магистр был прав и, имея в аппарате часть некачественных кристаллов, времени у него остается только на одну попытку. Мастерскую к тому моменту отстроили заново и с утра ее оцепили солдаты, отогнав подальше любопытных, которые специально собрались поглазеть, не случится ли новый взрыв. Пришла и Ленора, с беспокойством глядя на Сомова, который в последние дни заметно похудел и осунулся.
– Виктор, это правда опасно? – серьезно спросила она, – Если да, то зачем это делать самому? Мастеровых что ли для этого мало?
– Мастеровые тоже люди. Но вы не переживайте, прелестная баронесса, а если я погибну, не плачьте обо мне.
– Нет. Ты точно дурак! – рассердилась девушка.
Виктор лично сделал закладку графитового шарика, проконтролировал, как затягивают каждый из болтов, соединяющие стальные полушария, как прикручивают сверху трубу вакуумного насоса и как присоединяют к сфере с двух сторон радиаторы с теплоотводящими трубками. Медные ребра дополнительного нового радиатора веером расходились вокруг сферы, и аппарат в собранном виде стал похож на увеличенный кулер для процессора или фантастический космический зонд из голливудских фильмов. Жаль только, что эту схожесть портила вода, капающая из неплотных стыков системы охлаждения.
– Ну, – с волнением произнес Виктор, – надеюсь, мы сейчас не улетим с грохотом бороздить просторы космического пространства.
Зафыркал паровой двигатель, раскручивая основное большое колесо от которого шли ременные передачи на вакуумный насос и систему двойного охлаждения. Побежала вода, циркулируя по медным трубкам, и пошла откачка воздуха, заставив дрогнуть и прийти в движение стрелку датчика давления внутри шара. Достигнув уровня технического вакуума и видя, что меньше давление уже не становится, несмотря на все старания скрипящего насоса, Сомов надвинул гогглы, надел кожаные перчатки с крагами и взялся за золотистые рычаги управления. Сквозь наслоения медных ребер и стального корпуса графитовый шарик был еле различим, и Виктор поднял его чуть ли не на интуиции, устанавливая в центре сферы, а затем пустил магические тепловую энергию и давление.
– Первый этап, – скомандовал он сам себе, не отрывая внимательного беспокойного взгляда от показаний многочисленных датчиков, – Время пошло.
 
Затерянная среди медных пластин магдебургская сфера светилась вишневым светом, пыхтел паровой двигатель на полных оборотах, в радиаторе бурлила и булькала кипящая вода, и свистел пар, тонкими струями вырываясь из выпускных клапанов во все стороны. В мастерской очень быстро становилось жарко и влажно, словно в сауне.
– Второй этап, – произнес Сомов и начал плавно снижать давление, сверяясь с временным графиком.