Найти себя. Трилогия (СИ)
– Нет, Музыкант. Не нравится мне твоя затея с крышей. Трогать честных торговцев контрабандой это против воровских правил.
Ну и ладно, может оно и к лучшему, вздохнул с облегчением Виктор. Что ж, раз это дело не задалось, не заняться ли тем, что так долго откладывал. Он поймал пробегавшего мимо Кропалика и, отведя его в сторону, выдал строго секретное поручение. Найти пару глазастых мальчишек и устроить слежку за определенными людьми из банды Старого. Тайно проследить и выяснить, куда эти разбойники ходят, с кем и когда встречаются, у кого и где ночуют и прочее. Из всех членов банды Виктор выделил трех человек, с которыми у него сложились, мягко говоря, не слишком доброжелательные отношения, и настала пора присмотреться к этим индивидам поближе. Жить, постоянно оглядываясь, дабы не получить еще один предательский удар в спину Сомов уже устал.
После полудня, Виктор вновь заглянул в вертеп разбойников и застал жаркое обсуждение какого‑то дела. Вокруг стола сгрудились Орк со своими подручными и еще пара незнакомых человек. На столе был разложен грязный потрепанный лист бумаги, весь разрисованный каракулями – не иначе как хитроумный злодейский план. Когда Сомов вошел все разом замолчали и насторожились. Виктор хотел было развернуться и уйти, но Орк после некоторого колебания сделал приглашающий жест рукой.
– Заходи, – и представил его незнакомцам: – Это Музыкант. Он участвует с нами.
Прерванное обсуждение продолжилось, и разбойники снова склонились над планом. Сомов не стал вникать в тонкости обсуждаемого дела, в котором он только что стал участником, а расположился в сторонке. Надо будет – сами позовут и пояснят, что нужно делать. Он снял меч, прислонил его к лавке, а сам негромко, чтобы не мешать обсуждению, стал настраивать гитару. Но волей‑неволей до него долетали обрывки разговоров за столом, и постепенно сложилось полная картина готовящегося преступления. Один из незнакомцев оказался специально приглашенным для этого дела мастером по вскрытию разного рода хранилищ или если пользоваться земным сленгом, то высококлассным медвежатником. Второй человек к разбойникам до недавнего времени вообще никакого отношения не имел и еще неделю назад был добросовестным работником богатого чиновника из таможни. Чем‑то он там не потрафил любовнице своего господина, за что был выставлен на улицу без гроша в кармане и теперь яростно хотел отомстить своим прежним хозяевам. Проработав у чиновника более десяти лет, он был в курсе планировки дома, количества людей, находящихся в здании, их графика работы и знал, где расположены потайные места для хранения ценностей. Именно его неумелой рукой был начерчен внутренний план дома, который давал некоторый шанс на успех предприятия. В общих чертах предстоящий план ограбления был уже составлен. Сейчас споры шли о времени его осуществления – или ночью, когда все уснут или днем, в момент, когда хозяева отлучатся. Сложность заключалась еще и в том, что тайников было несколько, и в каком конкретно хранятся ценности, было неизвестно. Но с этой проблемой решили разбираться уже на месте по ходу дела. С точки зрения Сомова план был рассчитан в большой степени на авось и участвовать в нем было достаточно глупо и опасно. Время от времени разговор бандитов съезжал на излюбленную тему – на примерный подсчет денег, которые могли бы находиться в тайнике. Все сходились на том, что золота там должно храниться огромное количество, так как чиновник, занимая высокий пост в таможне, по полной программе использовал свое служебное положение в целях личного обогащения. Это обстоятельство так заинтересовало Сомова, что он отложил гитару и подсел к остальным.
– И что, действительно много ворует? – задал вопрос Виктор.
– А то! Его любовница Типи почитай каждую неделю в новые золотые побрякушки наряжается, – зло скрипнул зубами бывший работник, – Одних только ее украшений на несколько килограммов золота наберется. Жены у барона нет, вот он эту суку и балует. Ни в чем она отказа не знает. Эх, все беды мои из‑за этой заразы. Авр ее порази!
– Барон Орбон Скарс один из главных чиновников таможни, – добавил информации Орк, и кисло усмехнулся, – Кстати, Музыкант, вот он‑то и есть настоящая «крыша» на портовом рынке. Все торговцы левым товаром ему платят, чтобы лишний раз стража с проверкой не нагрянула. Дерет нещадно и все себе в карман мимо казны.
– Наверное, очень беспокойная жизнь у этого человека, – продолжил Сомов, словно в раздумьях, – Регулярно нарушать закон, значит пребывать в постоянном напряжении, в тревожных мыслях, что не дай бог поймают, а все нажитое отберут в пользу короля. Насколько я знаю, по законам Останда казнокрадов полностью лишают состояния. Правильно я излагаю?
– Так‑то оно так. Да только кто ж его поймает? Сидит он на своем месте крепко. Торговцы его боятся и молчат. Жаловаться не побегут. Нет, такого не поймаешь.
– А если все же поймают? – настаивал Сомов.
– Ну, ежели каким‑то чудом и поймают, то тогда конечно король отберет все до последнего медяка, – согласился Орк, – Но нам‑то что за радость от этого?
Виктор проигнорировал вопрос и продолжал гнуть свою линию:
– А если успеть предупредить его любовницу, мол, барона за казнокрадство арестовали и через час в дом явится стража. Как она поступит?
– Испугается сначала, а потом, если конечно не дура, соберет все золотишко в охапку и метнется к родственникам или знакомым, туда, где искать не станут, – предположил один из бандитов, – там и сама отсидится и деньги от королевского дознания утаит. Я бы так поступил.
– Вот именно! – Виктор торжествующе поднял указательный палец и выразительно посмотрел на всех присутствующих.
Ответом ему были напрягшиеся в непривычном мыслительном процессе лица разбойников. Они понимали, что Сомов к чему‑то клонит, но догадаться к чему именно оказалось выше их сил. Первым не выдержал Орк:
– Ну, говори уже дальше, Музыкант! Ты же явно нам не все еще сказал.
Виктор горестно вздохнул.
– Объясняю, – сказал он, – Когда этот чиновник отбудет на службу, направим от его имени к любовнице посыльного, например, Кропалика. Тот скажет, что господина арестовали за хищения, но барон успел передать, чтобы ненаглядная срочно собирала все ценности и скорее уносила их из дома, пока не явилась стража. Останется только подождать ее у выхода, и госпожа Типи сама вынесет все золото прямо нам в руки.
Разбойники закряхтели и закачали головами, обмозговывая новый план.
– А что, толково придумано.
– Хитро.
– Рисково. Баба выйдет однозначно не одна, а с охраной. А устраивать налет в центре города среди бела дня… Рисково.
– Да, без резни не обойтись.
Виктор дал всем выговориться и уже привычно поднял палец вверх, призывая к тишине и вниманию.
– Никакой резни не потребуется, – уверенно заявил он.
– Это как же без резни? – не удержался от недоверчивого восклицания один из разбойников.
Виктор укоризненно посмотрел на перебившего его бандита, а Орк добавил еще и локтем в бок от себя.
– Помолчи, когда умные люди говорят. Продолжай, Музыкант.
– Продолжаю. Встречаем клиентов на выходе, переодевшись стражниками, – он сделал паузу, дав всем осознать важность сказанного, – После чего: «Именем короля, всем стоять! Бояться! Деньги не прятать!» Ценности конфискуем, а клиентов загоняем обратно в дом якобы ожидать прибытия королевского дознавателя. Клиенты растеряны, напуганы, соображают плохо, да и не посмеют сопротивляться представителям власти. Мы же не торопясь забираем золото и спокойно удаляемся. Дело сделано! Занавес.
Минуту другую все переваривали сказанное и, с нарастающим изумлением переглядываясь друг с другом.
– Ну, Музыкант, – ошарашенно произнес Орк, – нет слов! Это ж надо такое удумать.
– Сильно, – поддержал его другой разбойник, – Это может сработать.
– Да, Музыкант, вот это ты выдал! Лихо!
– Я бы на такое точно купился.
– Бесспорно сработает. Это как солнцу встать.
– Что ж ты раньше молчал, Музыкант? Золотая твоя голова.