Не жизнь, а сказка

— Так вот, — сказал Святогор Иванович, словно его и не прерывали, — раз ты ко мне попал, значит, не совсем безнадёжен. Серый, хоть и бюрократ чистой воды, но напрасно сюда человека не направит.
Странное дело, но Серёга почувствовал себя каким-то… успокоенным.
— В каком смысле "не совсем безнадёжен"? — полюбопытствовал он.
— Видишь ли, работа нашей фирмы заключается в том, чтобы пробудить дух патриотизма в людях…
— Офиге… в смысле, неужели?
Серёга закашлялся, выпученными глазами глядя на старика. Бесплатно отмазать от армии — это пробудить дух патриотизма? Однако!
— Именно так! Знаешь, в каждом, кто сюда обратился, проснулась сознательность и любовь к Родине.
— И что, все служить пошли?
— Ага! Куда ж им деваться — договор-то кровью подписан!
Тут старик хитро усмехнулся, и Серёга окончательно уверился, что был стопроцентно прав, не подписывая бумагу.
— Зачем вы мне это рассказываете?
— Потому что ты другого сорта человек!
— И вы думаете, что я тоже в армию пойду? — с вызовом спросил Серёга.
— Это уж тебе решать. Ты — не наш клиент. И, знаешь, я чувствую, что ты способен на великие поступки.
— Спасибо, конечно! — Серега совсем потерялся. — Только я не понимаю…
— А, чтобы лучше понять, я тебе предлагаю экскурсию по местам боевой славы.
У парня голова пошла кругом: куда он попал? Исчезающий охранник, царапучая администраторша, босой очкарик-хищник, договоры с кровью! А старик экскурсии какие-то предлагает! Будто не замечая смущения посетителя, глава странной конторы продолжил:
— Куда бы ты хотел отправиться? Могу показать тебе древний Кремль. Или южную защитную стену тысячелетней давности. Или, к примеру, Ратное поле.
Серёга напряг извилины. Про Кремль знал всякий, про стену тоже что-то мелькало в памяти, а вот о Ратном поле — он услышал впервые. И дело даже не в том, что в школе он учился сплошь на международные оценки — трояки, просто такое название всё равно запомнилось бы…
— Давайте поле, — без особого энтузиазма сказал он.
Старик оживился и, улыбнувшись, сказал:
— Я же говорил, что в тебе что-то есть! Раз ты поле выбрал, я сам тебя туда отведу.
— А если бы Кремль или стену? — не удержался Серёга.
— Тогда тебя туда отвёл бы Серый. Или Бруня.
Ох, напрасно он это сказал! Серега вмиг пожалел, что сделал не тот выбор — как экскурсовод, Бруня могла дать сто очков старику. Потом вспомнил Мишку, ставшего похожим на бурундука, и успокоился. Тем более что у него и времени ни на какие экскурсии нет. О чём и сказал.
— Не переживай, мы быстро обернёмся, — улыбнулся старик и встал.
Серега поражённо смотрел на него. Оказалось, что дед — настоящий гигант. Когда он поднялся, голова его едва ли не доставала до потолка. Рядом с таким богатырём парень почувствовал себя пигмеем, карликом, гномом — макушка его находилась где-то по грудь старику.
— Дай мне руку!
Серёга схватился за протянутую ладонь. Вдруг свет в его глазах померк, а когда зрение вернулось, парень понял, что он находится уже совсем в другом месте.
Они стояли в чистом поле. Оно, и в самом деле, было чистым, словно по нему только что прошлась команда гастарбайтеров-уборщиков. Ухоженная травка, какой позавидовал бы любой футбольный стадион, идеально-ровная земля — ни кочки, ни ямки не видно.
А в чистом поле яростно бились два всадника. Кони нещадно взрывали копытами красивую травку, а сражающиеся обменивались ударами мечей, как заведённые, напомнив Серёге старую игрушку, где два мужика по очереди бьют молотками по наковальне. Тук-стук — удар мечом в щит, затем то же самое, но с другой стороны. Судя по взмыленным коням, сражение длилось уже немало времени, но на лицах всадников не было видно ни следа усталости. Они продолжали упорно долбить друг друга — так, наверное, ученик столяра забивает свой первый гвоздь: бьёт молотком, не попадает по шляпке, но усердия хоть отбавляй… Тук-стук, тук-стук…
— Где это мы? — ошарашено спросил парень.
— На Ратном поле, как ты и хотел.
— Я бы от одного удара свалился, — пробормотал Серега, изумлённо глядя на всадников. — Вот это бой!
 
— Разве так сражаются? — старик недовольно нахмурился. — Совсем от рук отбились!
Тук-стук-БУМ! Один из всадников пропустил-таки удар, и закачался в седле — на шлеме его красовалась солидная вмятина.
— Победил Осило! — раздался вдруг громкий голос, очень похожий на диктора Левитана. — Следующая пара: Людвиг Железный и Иван-Дурак!
Серега, внимание которого было приковано к сражавшимся, только теперь заметил, что на поле полно народа. Воины самых разных национальностей стояли отдельной кучкой — кто ухаживал за конями, кто беседовал с будущим, а, может, бывшим противником. Насколько Серега разбирался в древнем вооружении, перед ним находились представители разных государств: русские витязи, немецкие латники, римские легионеры, степные конники, мускулистый негр и даже один австралийский абориген с бумерангом за поясом.
Отдельно находились зрители, столь же разношерстные, как и воины. Но если воинов ещё можно было как-то различить по вооружению, то у зрителей было сложнее определить, кто за кого пришёл болеть. Разве что с высокой негритянкой, закутанной в длинную, цветастую тунику всё ясно. Да ещё, вон, русская девица…
Девушка, на которую Серега смотрел, в этот момент обернулась. У него захватило дух. Да, Брунильда, конечно, была эффектна, но стоящая в толпе зрителей русоволосая девушка была… прекрасна! Серега утонул в её синих глазах и даже не сразу понял, что она взвизгнула и помчалась… к нему, раскинув руки, будто ещё издалека хотела обнять. Парень обомлел, не зная, как себя вести. Впрочем, замешательство его длилось недолго — девушка, не добежав, десятка шагов до него, радостно завопила "Дядька Святогор!" и бросилась на шею старику.
— Варюшка! — взревел старик и подхватил её на руки. — Это, и вправду, ты? Выросла-то как!
— Сейчас Ваня биться будет! — сообщила сверху Варя.
— Посмотрим, посмотрим, — проворчал старик, опуская её на землю. — Помнится, только дрыном и умел махать…
— Да ты что, дядька! — возмутилась девушка. — Он же недавно самому Кощею два зуба выбил!
— Ну? — поразился старик. — Даже мне это не удавалось! Ну, ладно, давайте смотреть.
В чисто поле выехал рыцарь, с головы до пят закованный в железо. И конь его, тоже был сплошь покрыт бронёй. А Иван-дурак вышел пешим, волоча за собой… здоровую оглоблю.
— Ну, что я говорил? — расстроился старик. — Ничему не научился!
— Э-э, Святогор Иванович, — осмелился подать голос Серега, — а ведь так нечестно! Один в броне и на коне, а другой в рубахе и пеший. Да и без оружия совсем.
— Здесь, на Ратном поле, всё честно! Богатырская удаль меряется не силой мышц, не бронёй или оружием! Если вот здесь, — тут старик положил Сереге руку на левую сторону груди, — есть великая душа, то быть воину богатырём! А коли тут ничего нет, так ты хоть в танк засядь — всё одно побьют!
Варя хихикнула.
— Кстати, а если сюда кто на танке приедет? — Серега решил не обращать внимания на ехидную усмешку девицы.
— Для танков отдельное поле. Курской дугой зовётся. Давайте смотреть!
Серега замолк.
В общем-то, смотреть было особо не на что. Железный рыцарь отъехал в сторону, развернулся и направил коня прямиком на Ивана, столбом торчащего посреди чиста поля. Конь летел пущенной стрелой, копьё рыцаря наметилось точно в грудь стоящего. Людвиг Железный не боялся промахнуться — в такую широкую грудь трудно не попасть. Но Ваня не позволил сделать из себя курицу-гриль. Эхо несколько раз повторило его возглас "мать, мать, мать", а потом ещё долго носило по полю звук гулкого удара.
Иван-дурак отшагнул в сторону и взмахнул оглоблей навстречу мчащемуся коню. Животное каким-то дальним закоулком разума сообразило, что встреча с толстой деревяшкой грозит ему, как минимум, крупными неприятностями, и в последний момент умудрилось пригнуть голову. А вот всадник, похоже, дальние закоулки мозга перед боем отключил, поэтому даже не подумал уйти от удара. Оглобля со свистом рассекла воздух и с ужасающей силой врезалась в его щит. Рыцаря смело с коня вместе со щитом и копьём, Ваня по-прежнему стоял, держа в руках половинку оглобли. Рыцарский конь проскакал до края поля и теперь оттуда опасливо косился на мощную фигуру в длинной, белой рубахе.