Не жизнь, а сказка

— Опа! Сотня! Обронил кто-то… Эх, как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло!
И поспешил к ближайшему магазину.
Пацан недоумённо нахмурился и поглядел на свои ладони, словно они совершили предательство.
— Не понял! А если попробовать…
Мальчишка оглянулся и, заприметив на другой стороне дороги водителя, подходившего к автобусу, выкрутил в его сторону фигу. Как результат: автобус не завелся. Водитель, помучив стартер, открыл капот и углубился в механические недра. Минут пять спустя он вынырнул, вытер руки замасленной тряпкой и снова попытался завести машину. Автобус проскрежетал ржавое "не-а-а-а" и остался недвижим. Пацан, по-прежнему держа фигу в сторону водителя, счастливо улыбался.
В этот момент мужчина резко обернулся, словно его кто-то уколол иголкой, и увидел направленную в его сторону комбинацию из трёх пальцев. Надо ли говорить, что это не улучшило его настроения? Рыкнув "вот я тебе!", он сделал шаг в сторону мальчишки — и того словно ветром сдуло. Удивительно, но сразу после этого автобус послушно завёлся…
Отбежав подальше, пацан остановился и сделал задумчивую физиономию.
— Что-то не так, но в чём закавыка — не пойму! Откуда водитель узнал, что это я…
Позади раздалось тоненькое хихиканье. Мальчишка обернулся и узрел неподалёку тощую девчонку — сплошные косички и веснушки. Легкое светлое платьице, сандалии на босу ногу — совершенно обычная девчонка, каких можно повстречать десятками… Но, взглянув в её глаза, пацан сразу понял, что она не местная — не бывает такой бездонной синевы у местных! Осталось выяснить, чья она…
— Я знаю кто ты! — девочка вдруг стала серьёзной. — Уходи! Пока цел!
— Пока цел? — темные глаза мальчишки стали совсем черными. — Уж не угрожаешь ли ты мне? Ха, а ведь я тоже знаю: это ты подсунула сотню тому мужику, да?
— И водителю автобуса намекнула, ага! — согласно кивнула девчонка. — И дальше тебе не разрешу безобразничать!
— Хотелось бы на это посмотреть! — воскликнул пацан с вызовом, уперев руки в бока.
— Послушай, не порть мне командировку, а? — мрачно сказала девчонка. — Я за последние шестьдесят лет впервые в теле! Дай спокойно насладиться забытыми ощущениями! Уйди по-хорошему!
Он хотел было возмутиться, но… неожиданно для себя выговорил:
— А я почти сто лет. Если быть точным — девяносто девять.
— И тоже впервые?
— Ага.
— Понятно, — в лазурно-синем взгляде девчонки холодность пропала. — И сразу на подвиги потянуло?
— Ну, не то чтобы потянуло… По статусу положено, понимаешь?
— Чего уж тут не понять! — она вздернула веснушчатый носик. — Мне вот тоже положено за такими, как ты приглядывать! А я, может, хочу просто воспользоваться удобным моментом и погулять… пока время есть.
Мальчишка внимательно посмотрел на собеседницу, громко вздохнул и нерешительно сказал:
— Предлагаю свою кандидатуру на роль сопровождающего! Не возражаешь?
— Не возражаю, — сказала девчонка и хихикнула: — А ты кем был, что так выражаешься?
— Когда-то до вице-губернатора дослужился, а что?
— Оно и чувствуется — канцелярщина из тебя так и прёт!
— Размеренное построение предложений не есть признак канцеляризма!
— Вот и я о том же!
— А могу ли я пригласить даму на бокал вина?
— В такую жару? Хотя, почему бы и нет! Дама согласна! Даму зовут Марией.
И девчонка сделала реверанс, приподняв полы воображаемого длинного платья.
— Николай Гаврилович! — кивнул мальчишка. — Можно просто Коля.
— И что мы будем пить?
— Сейчас узнаем. Я предпочитал шамбертен, но найдётся ли он здесь и сейчас — сие мне неведомо!
— Мне будет достаточно и лёгкого малинового вина.
Они подошли к стойке в уличном кафе и пристроились за высоким мужчиной. Тот, несмотря на утренний час, был хорошенько подшофе и явно продолжал накачиваться — заказал две рюмки водки и одну выпил прямо у стойки.
— И ещё сигареты, — мутным взглядом он оглядел ряды ярких пачек и добавил: — Парламент!
Официантка шлёпнула на стойку сигареты.
— Ещё шестьдесят рублей. Что-то не так?
 
— Даже, не знаю! — и мужчина прочитал вслух большую надпись на пачке: — Курение является причиной импотенции! Это что?
— Ну, как же! Сейчас всех заставили писать такие надписи — на каждой пачке сигарет есть!
— На каждой про импотенцию? — настойчиво спросил мужчина.
— Нет, на каждой разные, — пожала плечами девушка и взяла несколько пачек. — Вот тут про сердце написано, здесь про легочные заболевания…
— Так, дай-ка мне про сердце, а про импотенцию забери обратно!
И довольный удалился к столику. Официантка, закатив глаза, пробормотала ему вслед что-то нелестное и посмотрела на новых посетителей, которых едва видно было из-за стойки.
— А вам чего надо? — приветливо поинтересовалась она.
— Моей даме и мне по бокалу холодного шамбертена! — величаво сказал мальчишка.
— Ты чё, малёк, издеваешься? — официантка слыхом не слыхивала, что такое шамбертен, но твёрдо знала: из ассортимента кафе для детей только сок и минералка. — Тебе сколько лет-то?
— Ты, женщина, даже не представляешь, сколько мне лет, — начал пацан, но досказать мысль не успел — девушка, которую одним махом произвели в женщины, сердито махнула рукой:
— Брысь отсюда! Не доросли ещё по кафе ходить!
И, отвернувшись, принялась переставлять какие-то бокалы.
— Ну, я тебе! — прошипел мальчишка.
— Не надо! Она же права! — схватила его за руку девочка. — Пойдём!
— Нет! — он дёрнулся, вырвав руку. — Получай!
Состроив "козу", мальчишка направил её в сторону несговорчивой официантки — та не замедлила споткнуться, и разнокалиберные бокалы со звоном посыпались на пол.
— Это ещё что такое?
Пацан почувствовал, как неодолимая сила тащит его ухо кверху. Неодолимой силой оказался русоволосый парень лет двадцати пяти.
— Пусти! Пусти, хуже будет!
— Да? — парень недобро усмехнулся. — И что ты, бес, можешь мне сделать?
Мальчишка испугано замер, больше не пытаясь вырваться. Парень, по-прежнему держа за ухо жертву, посмотрел на девчонку — её синие глаза стали огромными, она тихо ойкнула и прикрыла ладонью рот.
— Так, херувимчик бесчинствует в компании с бесом! Занятно! Ты чем должна заниматься?
— П-поисками! — слегка заикаясь, ответила девчонка.
— Угу, — парень мрачно посмотрел на неё и рявкнул: — Так занимайся!
Она попятилась, однако, набралась храбрости спросить:
— А Колю вы отпустите, ваша крылатость?
— Колю! Какой он тебе Коля? Был когда-то Коля, да весь вышел — теперь он бес! — проворчал парень, впрочем, уже не так сердито. Он вздохнул и отпустил мальчишку. — Исчезни, пока я добрый!
Пацан бросился бежать с такой скоростью, что обогнал легковушку, и вскоре скрылся за изгибом улицы. Девочка мелкими шажками удалилась из кафе, а потом тоже бросилась бежать.
— Что тут делается? — почесал затылок парень. — Уже третий херувим занимается непонятно чем! Да и младшие ангелы не лучше… Какое-то сумасшествие над городом!
Он посмотрел по сторонам, вытер пот со лба и подошёл к стойке в кафе.
— Мне… — он замялся, оглядев стройные ряды бутылок, вздохнул и продолжил: — минералку!
Усевшись за столик, он снова вздохнул, наливая минеральной воды в стакан.
— Хорошо, хотя и жарко! — сказал он вполголоса.
Возможно ему показалось, но на дальнем конце улицы мелькнули две детские фигурки, держащиеся за руки: девчонка в светлом платьице и мальчишка в шортах и красной майке.
Сомнительная прохлада утра уже ушла, на смену ей заявился знойный летний день. В уличном кафе, несмотря на рабочее время, почти все места были заняты — свободными оставались только столики без зонтиков. Из-за климатических "закидонов" и мужчины, и женщины начали одеваться на манер остапбендеровских мулатов: в светлые штаны и легкие маечки. Посетители кафе тоже не выбивались из рядов многочисленных поклонников мулатской одежды.