Бедовая невеста Кавказа (СИ)
- Нет. Мне хорошо. Даже очень, - шепчет моя ведьма. - Настолько хорошо, что даже плохо.
Она замолкает и будто с духом собирается. Смотрит мне в глаза, переводит взгляд на губы, потом опять в глаза.
- Я тоже люблю тебя, - голос становится увереннее, - бирюк ты мой кавказский.
На этих словах она уже сама впивается в мои губы. Целует меня жарко и одновременно нежно. Никогда ещё поцелуй не доставлял столько удовольствия. Это выше моих сил.
- Будешь жить у меня до свадьбы, - чуть ли не в приказном тоне шепчу ей, когда мы делаем паузу для того, чтобы отдышаться.
- А как же традиции? - лукаво улыбается она, говоря тихо.
Мы так и стоим, прижавшись друг к другу лбами.
- Будем жить по твоим! - решаю я за нас двоих, опять притягивая к себе ведьму с янтарными глазами.
Сквозь поцелуй чувствую слабую ухмылку Кати. Отстраняюсь от нее, чтобы услышать ответ. Она это понимает, поэтому сразу выпаливает.
- Я согласна! Только с условием, - в приказном тоне, и я уже готов на все, что угодно. - Спать я буду в твоей спальне!
- В костюмчике, - требую я.
- Лучше без, - улыбается мне Катя, а меня распыляет.
- Согласен, - проси все, что хочешь, я на все сейчас согласен.
- Тогда поехали домой? - с некоторой неуверенностью спрашивает Катя.
- Я буду сильно гнать, - предупреждаю ее, борясь с фантазиями и желанием.
- Я не буду боятся! - заверяет меня.
Я кидаюсь к ее чемодану и быстро закидываю его на заднее сиденье. Катя практически села в машину, как тут выходят на улицу ее родители.
- А вы уже приехали?! - восклицают они, явно не ожидавшие нас здесь увидеть.
Черт! Чай с родителями Кати - дело ответственное и уважительное. Но так это сейчас не вовремя!
Катя же, не оборачиваясь к родителям, морщится так, будто лимон съела. Быстро выдохнув, она оборачивается и приветливо, но в форме ультиматума сообщает:
- Мам, пап, привет! Я остаюсь жить у Аслана навсегда. Меня не ждите!
Родители в шоке раскрыли рты. Хотели сказать что-то гневное, когда Катя запрыгнула в машину, но я их опередил:
- Сватов на днях зашлем! Не волнуйтесь!
Пока мои будущие тесть с тещей соображают сказанное нами, быстро сажусь за руль, и выруливаю в сторону дома. Нашего дома.
Едем домой. Костюмчики мерить.
.Дорогие читатели! Не смогла записать блог, поэтому заставила Вас поволноваться=) В воскресенье будет эпилог этой милой истории. Наверняка Вам будет интересно, как складывалась семейная жизнь Кати и Аслана.
Эпилог
- Господи, Благослови, - шепчу я тихо, смотря на небо в окно напротив.
Нажимаю на кнопку. Блендера. Техника начинает исправно работать. Но я на всякий случай захожу за угол. Лучше спрячусь в коридоре.
Стою, замерев и будто прекратив дышать. Чувствую теплые и сильные руки. На животе. Горячее дыхание на шее. Легкий поцелуй в ухо. Зубки на моей мочке. И томный шепот:
- Опять воюете?
- Это ты про кого? - спрашиваю удивленно.
Меня разворачивают, прижимают к стене. Одна рука по-прежнему на животе. Вторая обхватывает мой затылок, теряясь в распущенных волосах.
- Об обоих, - шепот мне в губы, отчего я млею.
Меня решили добить, обхватив крепко за талию и прижав к себе, насколько это возможно на моем сроке. Глаза в глаза, губы в губы... И мне уже все равно, взорвется блендер или нет.
Через минуту Аслан отпускает меня и проходит в кухню, отключая агрегат.
- Апельсиновый фреш... Сегодня с чем?
Я даже не решаюсь ответить. В беременность у меня проявились извращенные вкусовые потребности. Вот сегодня смешала апельсины с укропом. Пока только готовила продукты вся слюной облилась.
- Судя по зеленому цвету, что-то травяное, - открывает чашу блендера. - По запаху укроп.
Смотрит на меня. Потом качает головой.
- Это лучше, чем с горчицей, - выносит вердикт и наливает мне в высокий стакан все содержимое чаши.
- Спасибо, - принимаю у него напиток и залпом выпиваю половину. - Черт, как вкусно...
Аслан только ухмыляется, но быстро все моет и принимается изучать завтрак.
- Овсянка, - смотрит он на меня печальными глазами.
- Угу, - продолжаю пить фреш.
Я же говорю, мои извращенные вкусы привели к тому, что по утрам мы вдвоем лопаем овсянку. Аслан терпит ее. Даже стал добавлять вкусности, чтобы подсластить ненавистную кашу.
- Овсянка, значит, овсянка, - принимает поражение Аслан.
Мы взяли в нашей семье за правило. Кто утром раньше встал, тот и готовит. Можно лишь чуть изменить предложенное, но не перечить совсем. В итоге в последний месяц моей бессонницы мы постоянно питаемся утром овсянкой. Вот только фреш готовлю я себе. Не заставляю Аслана пить мои вкусности. В первое время, правда, он меня поддерживал. Но однажды ему стало плохо с желудком на работе. Больше он не экспериментирует.
- Садись, - велит мне муж, принимаясь накрывать на стол.
Я покорно и аккуратно сажусь. На девятом месяце сделать даже это уже проблематично. Передо мной ставится тарелка с кашей и различные добавки, которые я не использую. Овсянка в чистом виде - это просто вкуснотища!
- Я сегодня нужна тебе в офисе? - спрашиваю я.
- Да, - подтверждает Аслан. - Но ты вчера собиралась куда-то ещё.
В отличие от других, мой муж слушает все, что я натораторю вечером. Слушает, внимает, понимает и даже осуществляет.
- Напомни, какого цвета ты выбрала подушки, - уточняет он, поскольку иногда мелочи в потоке моей информации забываются.
- Бирюзовые. Вот эти, - показываю ему в каталоге журнала.
Мы обустраиваем комнату для малыша. Вернее так, я обустраиваю, Аслан платит за всё.
- Ты хочешь сегодня поискать эти подушки лично? - уточняет мой муж детали вчерашнего разговора.
- Да. По тому, что здесь указывается, это очень дорого! Можно найти такие же, но дешевле.
Аслан забирает у меня каталог, достает из кармана штанов телефон и делает заказ на эти подушки.
- Ну вот, как всегда.., - поджимаю обиженно губы.
- Лучше мы сегодня проедемся по ювелирным магазинам, - отрезает Аслан.
- Зачем? - ювелирки у меня уже столько, что не умещается в шкатулку. Скоро придется новую покупать.
- Я хочу подарить тебе на рождение сына серьги с бриллиантами. Вот сама их и выберешь.
Возможно, кому-то это покажется странным, но в нашей семье подобное в порядке вещей. Аслан все же практичный, чем романтичный. За два года нашей супружеской жизни он просто завалил меня цветами и подарками. И если цветы он выбирает сам, то подарки мне предлагается выбрать самой. Зачастую мне достаточно что-то интересное увидеть в журнале и поделиться с ним. Тут же через несколько дней я получаю в подарок понравившуюся вещь.
Мы собираемся в офис. Все эти два года я работаю у Аслана на должности секретаря и юриста. Анжела после нашей помолвки два года назад неожиданно уволилась. Хотя это неожиданно было для Аслана. Я же поняла причину ее капитуляции сразу. Сразу, как только пришла в офис после нашего с Асланом объяснения в любви. Вместе с Анжелой меня прожигала глазами и оператор. Симпатичная молодая девчонка, наверное, моего возраста. Или чуть старше. Бухгалтер Маргарита держалась в то время в стороне. Я же заявила Аслану, что буду работать в его кабинете. После проведенной вместе ночи в костюмчиках и без он даже слова против не сказал. Правда, и работать с ним в одном кабинете получалось трудно. Но через два дня меня сосватали, и Анжела уволилась. Я «переехала» в приемную, что заметно улучшило дела на турбазе. После моего переезда в приемную последовало увольнение оператора. А после нашей свадьбы и бухгалтера Маргариты.
Свадьбу мы сыграли быстро. Нужно было успеть до окончания каникул. Родители Аслана активно подбивали сына и меня на поиски квартиры в моем городе. Но я сделала ход конем. Я перевелась на заочное отделение и показала им уже готовые документы. Все были в шоке. Но я твердо решила, что жить мы будем у Аслана в доме, рядом с нашей турбазой. За два года я стала правой рукой директора. У меня даже зарплата есть, которую я в течение двух лет откладываю. Зато теперь, когда я рожу, Аслан подберет мне автомобиль. Теперь я его буду возить и гордо говорить всем, что сама на него заработала.