Одержимость Ростовщика 2 (СИ)

— Мне ничего не надо, только будь здоров. Пожалуйста… просто будь в порядке, — едва слышно умоляю его.
— Буду, — обещает хриплым голосом. — Всю жизнь буду. С тобой. Рядом. По другому быть не может.
  
13 
 
После ресторана, где Рагнар всё-таки заставил меня съесть все заказанные мною блюда, мы поехали дальше в известном только ему направление. И как в прошлый раз, ехали мы снова в тишине, но в отличие от предыдущего раза, когда я доставала Рагнара вопросами, сейчас я не стала мучить его. И не потому, что мне не о чем было его спросить. Было. Очень даже. Но… куда больше простого любопытства меня тревожил стыд.
Сильный. Жуткий. Его наверно можно сравнить только с тем стыдом, который испытывают девушки, после своего первого в жизни признания. И если подумать, то те мои слова можно было бы переформулировать именно так, но это ведь было неправдой. Да и надо было подобным позорным образом разреветься. И где? На его груди. Да я готова сквозь землю провалиться. 
Это произошло всего полчаса назад, но откат пришёл только сейчас. До такой степени, что хочется биться головой об стену.
— Это ничего не значит… То, что я сказала тебе рядом с кафе, было в пылу эмоций. Не надумывай себе ничего лишнего. — проговорила я негромко и с небольшими запинками. 
Впервые мне так сложно давались слова. Возможно причина скрывалась в той каше, что творилась у меня сейчас в голове. Или в волнение, которое не давало покоя. Скорей всего второе, иначе не объяснишь, почему я вместе со всем этим ещё и сознательно избегаю взглядов Рагнара, упрямо глядя в окно.
— Я просто была зла на тебя за легкомысленность с которой ты относишься к своей жизни, вот эмоции вырвались таким образом… Поэтому не подумай, что в моих словах был скрытый смысл, — повторила уже наверно в третий или четвёртый раз.
Для него это было сказано? Или для себя самой? Разницы это большой не имело, поскольку я всё равно знала, что мои слова были ложью. Необдуманной попыткой защититься и не дать возникнуть недопониманию между нами. Не то ещё примет беспокойство за проявление особых чувств к нему, и тогда точно от него не избавлюсь.
Всё верно. Это было просто беспокойство. Обычное волнение за человека, который заботился обо мне… Своеобразным способом, конечно. С матом и грозными взглядами, от которых бросает в дрожь, но если сравнивать с родными, то в действиях Рагнара куда было больше искренности и заботы. Потому вполне естественно, что я немного привязалась к нему и беспокоюсь о его благополучии.
Это просто беспокойство. И ничего более. 
Никакой любви. 
Никакой симпатии. 
Никаких чувств. 
Ведь так?..
Подперев рукой голову о дверцу машины, я отвернулась бесконечного городского пейзажа состоящего в основном из высочайших небоскрёбов, проезжающих мимо машин и проходящих людей, и посмотрела на Рагнара. Нет. У меня не было скрытых мыслей. Я сделала это лишь для того, чтобы убедиться в своей правоте о отсутствии всяких глупых чувств. Мне не может нравиться человек, который насильно держит рядом с собой и не желает отпускать. Иначе это уже не чувства, а психическое заболевание. 
Я посмотрела, чтобы убедиться в том, что он мне безразличен, но… против моей воли сердце вдруг отчего то болезненно сжалось. Лишь от того, что смотрю на него. И снова захотелось коснуться. Положить руку поверх его, которой сейчас так удобно находится совсем рядом. А ещё лучше вернуться в тёплые объятия, укрывающие собой от целого мира и никуда из них не выходить.
 
— Часто это случается? — вдруг ни стого, ни с сего спросил Рагнар.
После длительной тишины, его низкий голос звучал слишком неожиданно и пугающе, от чего я вздрогнула, будто меня застали врасплох за чем-то неприличным. 
— О-о чём ты? 
— Рыдаешь, когда злишься?
В отличие от меня Рагнар продолжал оставаться невозмутим и спокойно следил за дорогой, но вот по взгляду казалось, что его всё так же продолжало что-то волновать. Интересно что? Может на работе что-то произошло? Никогда не видела его таким.
— Сегодня впервые. Наверно встреча пошатнула меня сильней, чем думала. Не часто услышишь, как родители торгуют тобой, словно ты какая-то вещь.
— Ты уже слышала это. Когда они отдавали тебя мне.
— Я уже многое слышала от них, потому не ждала тёплых слов сегодня, — вернула взгляд к окну, — но… наверно мне ещё нужно время для того, чтобы научиться относиться ко всему проще. Иначе ты устанешь от моих истерик раньше, чем придет время и выгонишь на улицу.
Под конец я попыталась отшутиться, чтобы сгладить неловкий момент и разрядить обстановку, но тон Рагнара звучал куда более серьёзно.
— Не выгоню. Можешь сутками истерить, выводить меня из себя или кровь литрами пить, я не против. 
— Почему? Разве ты не хочешь, чтобы я была более покладистой? — всерьёз заинтересовалась я.
Это в разрез отличалась от того, чему меня учили родители. Они всегда требовали полного послушания, а если делала что-то не так, то наказывали. Иногда и били, поэтому первое время удивлялась, что вела себя с Рагнаром так свободно, не боясь выплеснуть на него эмоции. А ещё больше удивляло то, что он мне это позволял. 
— Нет. Иначе это была бы уже не моя ведьма.
  
14 
 
— Рагнар, — пригвожденная к месту от удивления, выдавила из себя, не зная куда деть глаза.
— Хммм? 
— А ты уверен, что мы не ошиблись местом?
— Уверен. Место не нравится?
— Нет, нравится. Очень, но… это ведь Луна парк, — обескураженная, чуть ли не прокричала я.
Проходящие мимо парочки и семейные пары с детьми опасливо оглядывались на нас. Точнее они смотрели на Рагнара, который во всей этой безмятежной обстановке, в своём строгом костюме и с убийственным взглядом, со стороны никак не вписывался во всё это. Скорее могло показаться, что он просто случайно сюда попал или один из его должников сейчас находился где-то здесь.
— И?
— С тобой всё хорошо? Ты не заболел?
— Не понял? Что не так? — раздражённо свёл густые брови и это помогло немного прийти в себя. Вспомнить, с кем я сейчас.
Обстановка накалялась и я поспешила сбавить ситуацию, пока не стало хуже. Хотя мотивы Рагнара для меня оставались всё так же скрыты.