Код человека. Часть 1 (СИ)

Христова жопа, тут что, лопнула свинья? Кровь была на мебели, тяжелых красных портьерах, закрывающих окна и стены. На полу валялась одежда, свечи, битая посуда, какие-то пластиковые маски с жуткими лицами. Робот-уборщик ловко вылизывал пятна с пола и кожаных кресел, трое людей, одетых в полиэтиленовые костюмы, как ни в чем ни бывало ходили по гостиной, собирая мусор.
— Мэгги ведет себя как настоящая стерва! — возмущалась полненькая афроамериканка, собирая с мраморной столешницы чьи-то трусики и укладывая их в пакет. — Она даже не пригласила меня на день рождения!
Мужчина в углу без интереса слушал ее и кивал, покуривая испаритель.
— Я бы тоже не позвала тебя на свою вечеринку. — Еще одна женщина, в возрасте, пыталась настроить второго робота-уборщика. — Ты вечно напиваешься, а потом несешь всякую хрень…
Какая милая у них беседа на фоне трусов, кровищи и пятнышек спермы! Пора вмешаться, да, иголочка?
Их трое, у всех мощные трехуровневые ЩИТы — видно, как Бёрт печется о сохранности информации в этих головках. Другое дело, что Чес и «троечки» уже щелкала без напряжения.
— Что бы такое вам внушить… — задумчиво пробормотала она, глядя на остолбеневших уборщиков. — Может быть… ха!
Она мысленно нарисовала перед глазами образ Бёрт. Той самой точеной суки с промо-фото или съемок на ток-шоу. Улыбка родом из Голливуда, сделанное смазливое личико, силиконовые сиськи, импланты, делающие ее глаза неоново-розовыми. Обычно она заявляется на съемки или выходы в свет в откровенном мини — адептка открытой сексуальности, гребаной профеминистской секты. Как-то она пришла на шоу Голди Тингл в полностью прозрачном платье. Ведущая всю передачу восхищалась ее подчеркнутой смелостью и вызову.
— Мэм! — Афроамериканка подскочила на месте, выйдя из оцепенения. — Вы уже закончили у себя? Извините, мы еще не готовы…
— Ничего страшного, дорогуша. — Чес старалась копировать премерзкий голосок птички Рей. — Кстати, а где это я сейчас была?..
Странный вопрос, конечно… Уборщики переглянулись.
— Ну… вроде как в своем кабинете, мэм.
— Отлично!
Писк комлинка. Квинт.
«Иду к тебе. Удалось что-то выведать?»
«Похоже у нас дезинформация. Уборщики говорят, что Бёрт в своем кабинете. А еще, тут в гостиной и впрямь… грязновато».
«Бля, — вклинился Крис. — У нее же в расписании были какие-то съемки…»
«Странно. — Теперь Дед. — По скану не вижу никакой активности на верхних этажах. По крайней мере ассистентом она не пользуется».
«Ничего страшного. — Чес мысленно осклабилась. — Я даже рада. Повидаю кумира вживую, выколю ей глаза…»
Квинт вздохнул:
«Чес, отправь уборщиков поспать, пусть не мешаются. Маэда, загляни в подвал и дай картинку. Мы побудем в гостиной, чтобы не перегружать тебя».
«Окей, босс».
— Сладких снов на кровавых простынях, — хихикнула Чес и щелкнула пальцами. Прислуга как по команде разлеглась на полу. Робот-уборщик продолжил медленно уничтожать следы оргий. Она наклонилась и похлопала его по пластиковой голове. — Какой же миленький трудяга…
— Стоит забрать его на чердак, — хмыкнул Квинт за ее спиной. — Научит тебя убираться.
Чес показала ему язык.
Пока Маэда подключался к камерам в подвале, они пошарились в гостиной. Нашли кучу всяких сексуальных игрушек — Рэд бы обзавидовался такой коллекции! Смазки, веревки, бандажи, был даже вибратор в виде мультяшной фигурки Капитана Бруклин. Квинт с усмешкой протянул его Чес.
— Не хочешь захватить сувенир?
— Засунь себе это знаешь куда? — прошипела она.
А потом стало как-то не до смеха.
«Твою ж матушку да в обе ноздри… — выдохнул Крис. — Это, блять, что такое? Реквизит из двадцать шестой части „Пилы“?»
Ножи всех видов и мастей. Пилы, щипцы. Было даже нечто похожее на нож для пиццы, разве что на зубцах запеклось что-то красное и вряд ли — остатки томатного соуса.
«Да это же все прямиком из застенков инквизиции…»
«Детское порно, говорите?» — Голос Квинта в комлинке звучал… очень недобро.
«Ребят, — подключился Маэда. — Тут клетки».
 
«С детьми⁈»
«Нет. Ловите картинку».
Подвал. Стены. Вдоль них шкафчики с бутылками вина, изящные столики с приборами для дегустаций. А в центре несколько здоровенных клеток с псами. Они переругивались между собой, снуя туда-сюда по своим загонам, кто-то спал, кто-то бесился, кто-то глодал кость. И все. Больше ничего. На линии связи какое-то время было молчание. Первым заговорил Эдриан:
«Где кабинет?»
«Наверное, выше. Переключаюсь к вам. Идите наверх, дам картинку».
Чес опять поспешила за Квинтом, старясь не спотыкаться о горы вещей на полу. Нда, ну и бардак, в самом деле!
Лестница наверх, бесшумный выход в коридор. Еще одна внезапная картинка от Маэды чуть не сбила ее с ног. Много комнат, красивых. В каких-то убрано, в каких-то еще нет — незаправленная постель, белье в засохших пятнах, шмотки на полу.
«Поднимаемся выше».
А вот тут было поинтереснее.
«Да, кабинет вижу. Ее там нет».
«Но слуги видели… странно. Ушла по-английски?».
«Тогда вопрос — куда?»
«На заднем дворе парковка для аэрокаров. Может, птичка улетела по делам?»
«Слуги бы услышали».
«Или нет. Тут такая шумоизоляция… Вы уже давно внутри, но собак не слышали, а их там целая стая».
«Дед, открывай кабинет. Мы заходим». — Квинт вытащил пушку, Чес последовала его примеру.
Матовая стеклянная дверь плавно въехала в стену. В кабинете было темно.
«Да будет свет», — сказал Дедуля, и свет действительно пришел.
Комната могла бы показаться огромной, если бы не горы коробок со всяким дорогущим хламом. Шкафы со старыми пленками и комиксами о «Героях», антикварная мебель, куча какого-то старья, которое Чес даже описать не могла — что-то видела в парочке фильмах времен Старой Америки, чего-то не видела вообще. Рейчел Бёрт, силиконовая птичка, любительница старья. Или это все фетиши гостей ее притона?
«Что-то я сейфов не вижу…»
«И я».
«Зато компромата — до жопы», — мрачно заметил Квинт.
Да, этого дерьма здесь и впрямь было навалом… Целые коробки со старой видеопленкой, фотоснимками. Настоящими, черт подери, бумажными! Такие сейчас делают либо коллекционеры и целители ретро, либо гребаные извращенцы. Или это одни и те же ребята?
«Фу, гадость какая-то…»
«Что там, Чес? Дай картинку».
Маленькие фотокарточки. На них дети. Подростки. И младше. Некоторые совсем без одежды, некоторые в смешных детских костюмчиках. Постановочные фото. Природа, деревенские пейзажи. Девочки в платьицах. Мальчики. Висят на деревьях, играют в саду. Позирую с собаками из подвала. Какое-то странное детство… Чес попыталась вспомнить свое, до «Триппл Оукс», но ничего не получалось. Только голова заболела.
— У-у-у, ну и мерзость! Пойду лучше комиксы полистаю…
«Ищи сейфы, Чес», — напомнил Маэда.
— А, точно! Сейфы… Эдди, ты со мной?
Квинт завис над какой-то фотографией.
— Эй?..
Чес вынырнула из-под его локтя, чтобы тоже посмотреть. Вид сверху. Мальчик-подросток в позе эмбриона лежит на дне колодца. Весь в крови. Захотелось выхватить эту фотокарточку и порвать, но она сдержалась. И почему-то хихикнула:
— Что, тоже любишь всякую жуть, Квинт?
От его взгляда можно было описаться, но она снова сдержалась.
«Так, на связи Дед. Ловлю активность. Из слепой зоны. В доме какие-то механизмы… лифт? Да, ребята, к вам кто-то поднимается, и я ничерта не могу с этим сделать».
Чес засуетилась: «Твою мать, твою мать…».
«С какой стороны? Можешь направить?», — ожил Квинт.
«Сейчас… так… со стороны правой стены».
«Тут шкаф».
«Или потайная дверца».
Эдриан серьезно посмотрел на Чес:
«Лезь под стол, попробуешь взломать тех, кто выйдет».
Так, пора прятаться, Алиса, идут солдаты Червонной Королевы… Она нырнула под стол, Квинт, держа пушку наготове, прижался к стене у торца шкафа.
«Раз, два, три… долго поднимается. Похоже слепая зона глубоко, ниже подвала. Тайный бункер? Готовьтесь».