Тренер: молодежка. Книга 2 (СИ)
На этот раз я тактически обыграл Ваську — тот всплеснул руками на бровке и разорался, пытаясь быстренько коррективы в игру внести.
Пас — Ануфриев получает мяч. Не возиться — передача идет на Пчелкина. Тот пасует на Осипова. Осипов стягивает на себя игроков соперника и передает обратно Савельеву.
Туда-сюда обратно, о боже как приятно. Молодцы ребята. Колхозников раскатывают, что любо дорого смотреть. Игроки «Бабочки» суетятся, по полю носятся, то туда, то сюда, пытаясь мяч перехватить. Пятками сверкают. В сухом остатке — силы тратят, а это, наряду с тем, чтобы бдительность соперника усыпить, есть ключевая задача соперника измотать, чтобы язык на плечо повесил и остановился.
Вася у бровки взорвался, понимая к чему ведет такая манера игры.
— Не бегаем! Они же по кругу друг другу мяч передают.
Водила-тренер пытался донести до своих игроков, что им следует перейти в игру с опекой. Правильное решение, но я тут же внес в игру своих футболистов коррективы.
— Ося начинай! Пчела поехали!
И Осипов начал. Получил мяч, обыграл своего визави из «Бабочки», стоя спиной к воротам соперника, а потом резко развернулся и дал пас наконец-то взорвавшемуся Пчелкину. Пошла жара! Пчела, получив мяч устремился в прорыв, но тут один из игроков соперника похоже перепутал футбол с регби и просто слизал моего пацана с поля, жестко встретив корпусом. Пчелкин кувырком полетел прямо мне под ноги…
— Але, тракторист, какого вообще хрена! — я не стал стесняться в выражениях, а потом вспомнил, что у Вениамина нет свистка.
Судья уже бежал к месту нарушения, показывая штрафной.
Я подскочил к своему игроку, помог подняться.
— Ты цел?
Пчелкин тяжело поднялся, прихрамывая, кивнул.
— Порядок тренер.
Сыграл колхозник действительно грубо, такая игра чревата травмами, а мне бы не хотелось терять игроков на ровном месте — в товарищеском матче. Но чего хотелось еще меньше — чтобы игроки сцепились на поле и мы не доиграли до конца. А к этому шло — к правому полузащитнику «Бабочки» уже летели остальные наши ребята, чтобы навтыкать как следует за грубую игру.
Глава 9
Глава 9
Ого-го. Вот это я понимаю командный дух у моих парней в команде! Пацаны налетели, как пчелиный рой, на правого полузащитника «Бабочки». Зажжуали.
— Ты че творишь, опух совсем что ли⁈ — это, если убрать мат, выкрикивали парни, облепив со всех сторон проштафившегося колхозника.
Удивил, кстати, Осипов, с которым у Пчелкина только пару часов назад конфликт случился на тренировке. Теперь же пацан защищал своего футболиста рьяно и в самых первых рядах. Глаза пучил, заводился. Хорош, что тут скажешь. Такая и должна быть команда — на тренировке пусть хоть поубивают друг друга, хоть ноги поотрывают. Но как дело до матча с соперником доходит, то все противоречия должны остаться позади. В игре одна команда, другого не дано. Не у меня уж точно.
Как колхозник реагировал? Да никак, как и должен реагировать игрок, который нарушил правила и сыграл неоправданно жестко (хотя по другому Пчелкина было не остановить). Поднял руки, извиняться начал — мол я не я и хата не моя. Простите пацаны, все это случайным образом получилось и совсем не так, как я того хотел. Как же случайно, сученыш такой — специально против Пчелы грубо сыграл, слишком для него взрывной и скоростной оппонент оказался. И не будь фола, обошел ты тебя мой пацан, как стоячего.
Другие колхозники молча стояли — никто никого не бьет, пацаны мои руки не распускают, значит опасности нет. А то, что пацана снес — так втык за это и заслужил.
Тракторист на правах судьи вмешался в происходящее.
— Так, игроки — успокоились! — подбежал, начал отпихивать моих орлов, которые неохотно поддавались. — Успокоились говорю, а то сейчас карточку схлопочете! Мне не жалко!
— Удаляйте его! — возмутился Осипов. — Че за дела такие! Он умышленно так играл.
— Сам разберусь кого удалять, а кого не удалять. Или ты сам карточку получить хочешь? — не растерялся Вениамин.
Я не был уверен есть ли у нашего судьи карточки, но тракторист Веня полез в нагрудный карман. Если полез — значит карточки в кармане лежали.
— Он чуть не поломал нашего! — вырос перед трактористом Баграмян, грудь у нападающего колесом, пропустил предупреждение тракториста мимо ушей.
Судья долго терпеть не стал, но прежде посмотрел на меня — не то чтобы советоваться, но реакцию решил глянуть. А какая у меня может быть реакция — не надо пацанов приучать, что такими вот выпадами они могут на судью влиять и решения по игре пересматривать. Поэтому кивнул, тем самым показывая, что не против последующих оргвыводов и даже горчичника для особо ретивых.
Веня сразу карточку достал. Желтую — кусок плотной картонки выкрашенный карандашом в желтый цвет, самоделка чистоганом. Показал карточку правому полузащитнику «Бабочки», следом Баграмяну. На карточки игроки по разному отреагировали. Если колхозник только плечами пожал, то Миша взорвался пуще прежнего и с удвоенной силой начал возмущаться.
— Че за дела, он Пчелкина снес, а я карточку получаю! — Баграмян руками всплеснул.
— Миша, заканчивай балаган! — окликнул его я, понимая, что дело может дойти до второй желтой и следом красной карточки.
По крайней мере Баграмян делал для этого все, а только удаления нам не хватало. И уже сейчас у тракториста Вениамина имелись все формальные основания удалить моего нападающего с поля за споры с судьей.
— Он ноги Пчелкину чуть не оторвал! — ответил Миша мне.
— Удалят, пацан, успокаивайся! Лучше на поле забитым голом отомсти.
Не знаю каких усилий стоило ему взять себя в руки и успокоиться, но Миша раздраженно отмахнулся от Вени и побежал в чужую штрафную. Я понимал, что мои парни заведены, потому любая искра может заново разжечь пламя. И тогда все перерастет в настоящую драку, а не вот эти все потолкушки. Но надо отдать должное Вени, он достаточно грамотно сумел предотвратить драку сейчас и вряд ли допустит потом. Ну и, конечно, сам судья не повелся на провокацию, будучи под градусом, что стоит отдельной похвалы.
Начали расходиться, остывая.
— «Спартак-Колосок»! — окликнул я футболистов, чтобы все услышали одним разом.
И когда те стали на меня оборачиваться, показал парням, чтобы они заканчивали с эмоциями и играли в футбол. Сделав всем понятное движение руками, как будто матрас ладонями продавливаю. Успокаиваемся, родные. Попетушились и хватит, мы сюда в футбол приехали играть.
Веня назначил штрафной в пользу нашей команды. От точки штрафного и до ворот соперника было на вскидку метров 35, если говорить о прямой дистанции. Далековато для удара, хотя футболисты «Бабочки» подстраховались и выставили в стенку одного игрока, по иронии судьбы — того самого полузащитника, который Пчелу снес на фланге. Но если для прямого удара место штрафного мало подходило, то вот для навесной передачи — в самый раз.
В штрафную забежали высокие игроки, чтобы за второй этаж побороться — передача верхом так и напрашивалась. Очевидная слишком. Подключился тренер «Бабочки» Вася, начал игроков своих расставлять, как фигуры на шахматной доске.
— Косыгин левее двигайся, Голушко длинного ихнего прикрывай!
К мячу подошёл Осипов, его место как штатного исполнителя штрафных никем не оспаривалось. Если не считать досадного попадания Пчеле в пах на прошлой тренировке, то именно у Оси имелись самые лучшие показатели в исполнении штрафных. Поэтому вопросов по выбору игрока для штрафного у меня не возникло и я в выбор ребят вмешиваться не стал. Осипов — точно сможет навесить качественную передачу… главное, чтобы не придумал ничего такого, а то мы знаем, чем это заканчивается.
В штрафной шла активная толкотня. Тракторист Веня несколько раз вмешивался, тормозил разгорячившихся игроков, просил не наводить суету. Мои парни начали руки подымать — мол, Ося, подавай на меня. Среди первых — Прокофьев, который жаждал отыграться за досадную ошибку в пропущенном мяче. Ануфриев тоже руку поднял, здесь — понятно, Пашке я сказал, чтобы при штрафных ударах на втором этаже играл и все верховые передачи выигрывал или по крайней мере пытался. Третьим руку предсказуемо поднял Баграмян, которому было наплевать, что передача пойдет верхом, а игра головой не есть его сильная сторона.