Уравнение времени (СИ)

— А Лера вам его сама отдаст! — радостно добавила Саша.
И только потом поняла: только что вынесла приговор. Второй, на этот раз защитный, приговор в своей стажировке. И в жизни.
— Точно? — Девица не верила внезапному счастью. — Я Лерке деньги предлагала, но она заупрямилась, и ни в какую! Говорит, моя собака, как хочу, так и не гуляю с ней. Жалко пса-то… Так точно отдаст?
— Точнее не бывает, — пообещала Саша.
— Спасибо!
Счастливая юница и Атос Портосович переглянулись, стартанули с места в карьер и растаяли в темноте. И только «Спасибо-о-о!», затихая, еще с полминуты время реяло в морозном воздухе…
Звеновой какое-то время смотрел вслед счастливой парочке. Потом сказал:
— А ты не хотел верить в сходящийся ряд второй зоны Френеля, брат Амвросий.
— В мое время в Школе такого благолепия не проходили, — пусть и не сразу, но все-таки нашелся инок. — Иначе ей-ей, уверовал бы!
— Зачет, — светло улыбнулся Звеновой. А потом вдруг совершенно иным голосом произнес: — А вот теперь оставили всю лирику и собрались. Кажется, ведьмы пожаловали.
И не только ведьмы.
Возле церковной ограды открылся темный портал, и из него угрем скользнул уже знакомый высокий мрачный тип.
И тут же, чуть поодаль, высветился второй портал — светлый, даже сияющий. Из него грациозной поступью выплыл огромный представитель семейства кошачьих. С кисточками на ушах.
***
— Догнал нас все-таки Марфович. — Сашу колотило.
Она очень надеялась на то, что это был мандраж в предвкушении схватки, а не трясучка от страха.
— Догнал, нехороший! — в сердцах ответил Звеновой. — Но он нас не тронет, Сашка. По крайней мере, Магистр не даст ему этого сделать… Но тс-с! Девицы уже близко. Надо понять, действительно они злодейки или нет.
Саша кивнула, соглашаясь со словами своего рассудительного друга. Несмотря на ужас, охвативший ее при виде Кондратия, постаралась собраться с силами и чувствами. На это ушло несколько драгоценных секунд. Но когда подозрительные девицы, числом пять, приблизились, Саша была готова. Готова приступить к суду.
— Помоги мне, Бездна! — одними губами прошептала девушка.
И темнота, окутавшая бульвар, ожила — стала лиричной, бездонно-глубокой… И в то же время Саша ощущала, всеми обострившимися до пределами органами чувств: в любой миг эта «лирика» взорвется действием!
Но пока действовать было рано. По окрасившейся в бирюзово-лиловые цвета темноте шли пятеро взбудораженных, что-то предвкушающих молодых женщин. Четверо не были мрачными, от них почти не исходило угрозы — в отличие от одной, так и излучавшей черную, какую-то склизкую и в то же время острую опасность!
«Ведьма!» — поняла Саша.
Стажера не сбило даже то, что на вид ведьма была неприметной, как серая мышка. В то время как по центру шеренги шла высокая, в характерной для готской субкультуры одежде и раскраске девица: несмотря на мороз, с ног до головы в черной коже, металлических заклепках и шипах…. Ведьма была гораздо умнее, на ней был пуховик по колено.
А девицы были уже на подходе. Скоро, ой скоро надо будет действовать.
«Просто почувствуй свое отношение, — всплыли в памяти вчерашние напутствия Магистра, — и сформулируй его».
Девицы как раз проходили мимо. Замедлили шаг — рассмотреть представителей мужского пола в лице Амвросия и Звенового? Реакция четверых была в пределах нормы. А вот пятой, ведьмы… Та, едва кинув на монаха взгляд, мало не зашипела! А потом посмотрела ниже, на троих заснеженных псов…
— Девы, ускорились, — скомандовала ведьма.
Скомандовала тихим голосом, от которого у Саши по коже поползли мурашки.
Пора было действовать. Но у Саши еще не было готового ответа, она не успела сформулировать ощущения. И тогда послала мысленный призыв к псам: помогите! Черныш и Снежный выросли перед шеренгой девиц. Конопуш встал сзади.
Девицы остановились. От четверых пусть слабо, но пахло алкоголем. Они, как вдруг поняла Саша, вообще толком не отдавали себе отчета в происходящем. А вот ведьма… Ведьма приготовилась убивать. И убивать всех — тех, кто встанет на пути, как Снежный и Черныш. Равно как и тех, кто понадобится для черной, запрещенной волшбы — чтобы вырасти и стать могущественной и по-настоящему великой колдуньей.
 
…А еще тех, кого просто захочется убить!
Ее надо было остановить — пока она не набрала силу.
— Опасна, — определилась с ощущениями Саша. — Смертельно опасна.
А уже в следующий миг ведьма вскинула руки — не подействовало?
Так это было или нет, но Саша каким-то шестым чувством почувствовала, что еще секунда-две, и ей с друзьями несдобровать. Потому вокруг ведьмы сгущалась, искря, недобрая темная материя…
Саша, призвав на помощь Бездну, повысила голос:
— Смертельно. Опасна. Изолировать от общества!
И это возымело силу: ведьма охнула и начала медленно оседать на снег.
В это самое время мимо по тропинке прошли, воровато озираясь по сторонам, две женщины. В руках у каждой было по объемному свертку.
 Глава 18, в которой Саша скоропостижно засыпает и видит странный сон 
Гомонили подельницы ведьмы. Бежали к церкви, то и дело оглядываясь, две инфантильные мамашки — торопились избавиться от непосильного груза. Беззвучно рычали псы. От ограды медленно отделился высокий мрачный человек.
— Разойтись! — Его голос разметал четырех злополучных девах. — А тебе встать! Отныне ты — Варвара. А имя прежнее забудь! Понятно?
— Я — Варвара. — Не раскрывая глаз, ведьма принялась подниматься — сочленение за сочленением: голова, плечевой пояс, корпус, правая нога… Товарки, не в силах вымолвить ни слова, смотрели на жуткое, нечеловеческое действо.
— Кондрат, а Кондрат? — Магистр шагнул вперед. От сияния, испускаемого рысем, резало глаза. — Почто самоуправством занимаешься? Остановись, пока не поздно. Защитница сказала слово. Оно возымело эффект. Ты знаешь, что бывает, когда перечат защитникам?
— Я все-таки попробую рискнуть. — От темного человека так и шибануло черным пламенем! Старушку, выходящую в это самое время из церковной ограды, ноги сами понесли обратно в храм. — Кстати, кое у кого в подразделении наметился перевес. А у меня каратель слабеет, да и Прасковья старая совсем стала, все силы хлыщу своему скользкому отдала, а все без толку. А твоя воспитанница…
— Со своей воспитанницей я сам разберусь, Кондрат. Ты-то что творишь? Ты хоть отдаешь себе в этом отчет?
— А вот это уже не твое дело, Магистр, — издевательски произнес колдун имя рыся. — Ты не смотри на меня волком, не смотри. Лучше своей протеже, — глумливо сказал он, — леща отвесь. Не завершила она задание-то.
— Ты же ей мешаешь. Слова сказать не даешь.
— Это уже ее проблемы, — гаденько усмехнулся колдун, — а не мои. Я ей рот не затыкаю, пусть говорит.
Саша, бросив на Магистра отчаянный взгляд, приготовилась произносить приговор. В принципе, она знала, что нужно сказать, но сомневалась: подействует ли ее слово на подельниц ведьмы? Сейчас, когда в каком-то метре от нее стоял этот ужасный колдун?
И все-таки Саша нашла в себе силы, собрала волю в кулак. Псы ей в этом помогли: подошли, встали рядом, создали если не абсолютную защиту вокруг нее, так хоть ее иллюзию. Николай и Амвросий тоже не бездействовали. Звеновой тронул за руку, брат шепнул ободряюще: «Я в тебя верю, сестренка!»
И Саша решилась. Решилась призвать Бездну в непосредственной близости от страшного колдуна. И слова приговора сами полились из уст девушки: «Забыть общение с ведьмой как кошмарный сон. Пойти в школу, учиться только на хорошо и отлично. Помогать родителям, одиноким старикам, защищать слабых!»
Когда последние слова защитницы умолкли, девиц как ветром сдуло.
«Надеюсь, — устало подумала Саша, — они правда пошли домой. Помогать старшим, делать уроки…»
— Сколько патоки, однако! — Раздались жиденькие хлопки. Кондратий паясничал и одновременно зорко следил за нареченной Варварой. — Хотя, чего еще можно ожидать от твоей воспитанницы, Магистр?