Убийца читал Киплинга (Где и заповедей нет)

— Мы не взяли ключи, — сказал Паркер. Он сунул руку в карман, достал небольшой универсальный инструмент, наклонился, осветил замок фонариком, а потом установил железные барашки инструмента. Раздался тихий скрип, и дверь отворилась. — Надеюсь, здесь есть электрическое освещение? — Паркер ощупал лучом фонарика стены, заметил выключатель и повернул его. Две сильные голые электрические лампы, на шнурах свисающие с потолка, залили мастерскую ослепительным светом.
Алекс обвел взглядом помещение. Все выглядело так, как при его первом посещении. Только обернутая в материю фигура была передвинута прямо к проему печи. Он подошел и заглянул туда. В глубине печи виднелся укрепленный на мощных стальных вилах котел, на одну треть заполненный желтым металлом. Джо низко нагнулся и заглянул в котел…
— Об одном мы уже можем не беспокоиться, — не оборачиваясь, сказал он. — Котел такой маленький, что Коули даже случайно не мог упасть в него и исчезнуть навеки…
Джо выпрямился, огляделся и подошел к завернутой фигуре. Сорвал одну полотняную ткань, потом вторую. Показалась беловатая, совершенно сухая глина…
— Что за мерзость? — Паркер стоял рядом с ним, с отвращением рассматривая бога, который медленно возникал во всем своем величии, по мере того как Джо срывал куски полотнищ.
— Это копия бога. Пока выполненная в воске и обложенная глиной. Позднее воск вытапливается и заливается металл, а когда собьешь глину, статуя получится точно такой, какой ты ее тут видишь. — Джо отступил назад, обошел фигуру кругом. Присмотрелся повнимательнее к какой-то точке, потом снова отступил и неодобрительно покачал головой.
— Что ты там ищешь? — Паркер недоверчиво поглядывал на него. Вдруг он понял и сам приблизился с статуе. — Ты думаешь, что он где-то здесь мог спрятать деньги, а когда Мерил в одиннадцать часов уничтожила следы преступления в павильоне и побежала сюда, она хотела проверить, находятся ли деньги в условленном месте? Но почему она не вошла в таком случае? — спросил он сам себя. — А, ясно! Она опасалась Джоветта. К тому же у нее было время. После смерти генерала этими фигурами никто заниматься уже, конечно, не будет. Она могла еще на несколько дней задержаться в Мандалай-хауз под любым предлогом и спокойно забрать деньги.
Вместе с Алексом он стал тщательно осматривать фигуру.
— Ты прав, — буркнул Джо. — Эти копии никому теперь не нужны. — Он вытащил перочинный нож, отколупнул кусочек глины, потом еще один, еще… еще… пока не показался желтый поблескивающий воск. Алекс проделал в нем дырку и направил в нее сноп света. Оглянулся, поднял железный прут и ударил. Прут мягко погрузился в воск.
— Сюда он не мог их засунуть, потому что глина так быстро не сохнет, — Паркер покачал головой. — А эта сухая. Пустой номер…
Но, несмотря на его замечание, Алекс вдруг обхватил фигуру и поднял вверх. Потом поставил на место.
— Ты прав. Пустой номер…
Он оглянулся и медленно подошел к стоявшей на платформе второй фигуре. Сдернул закрывавшие ее полотнища.
— Вот тот самый будда из Моулмейна, — сказал он, глядя в неподвижное и улыбающееся вечной улыбкой золотое лицо. — Если бы не он, нас сегодня здесь не было бы…
Он подошел ближе и внимательно осмотрел статую. Паркер тоже подошел.
— Выглядит как новый…
— Потому что статую обновили перед отправкой в Бирму, — объяснил Джо.
— В Бирму? Прежде всего этим делом должен заняться суд. При покупке этой статуи совершен, как ты знаешь, ряд преступлений. Я не вспоминал об этом раньше, потому что были более важные дела… Но…
— И не вспомнишь об этом никогда, Бен! — Алекс стоял напротив него. Он был бесконечно серьезен. — Это не было преступление в смысле человеческого права, но только в духе наших идиотских положений. Ты не смеешь так поступить!
— Положения — это тоже закон, — ответил Паркер, не глядя на него. — Я полицейский, Джо. И ты это знаешь.
— Хорошо, — сказал Джо. — Но клянусь тебе, что если ты хоть словечком обмолвишься на эту тему и воспользуешься информацией, которую я тебе сообщил как частному лицу… — он замолчал.
 
— Это правда, что ты передал мне ее в частном порядке. Но эта информация была частью следствия по делу об убийстве, и тебе нельзя было ее утаить.
— Хорошо, — уступил Джо. — Ты поступишь так, как считаешь необходимым. И я тоже.
— Что ты хочешь этим сказать? — Паркер был явно озадачен. — Ты должен меня понять…
— Пытаюсь и потому сказал: ты поступишь так, как посчитаешь правильным. Хватит об этом. — Он махнул рукой. — Умершему от этого не будет большого вреда…
— Вот именно, — сказал Паркер со вздохом облегчения.
Джо подлез под тележку и осмотрел статую снизу:
— Здесь тоже нет. Давай-ка осмотрим это подземелье, Бен.
Он наклонился над люком в углу помещения. Вниз уходило несколько каменных ступенек. Согнувшись, они спустились. Перед ними были огромная топка и дно котла. В углу стояли ровно уложенные штабели древесного угля. Большие кожаные меха, направленные на топку, занимали правую сторону подпола. Алекс разгреб прутом пепел, старательно обстукал каменный пол и стенки топки.
— Коули сам все конструировал, — сказал он через плечо. Паркер обстукивал стены. Ничего.
— Во всяком случае, совесть у нас чиста, — Джо усмехнулся и вытер потный лоб. — Двумястами тысячами фунтов здесь не пахнет, что вполне понятно, правда? — он посмотрел на друга.
— Конечно, — согласился Паркер. — Он был бы идиотом, если бы, убегая, оставил деньги здесь… хотя, как я сказал, никогда неизвестно.
Они поднялись наверх. Паркер вопросительно показал на маленькую дверцу в стене.
— Это каморка Джоветта, — Джо открыл дверцу и заглянул в комнатку. — Ожидая, пока Коули готовит печь и варит сплавы, он посиживал здесь и размышлял над проектом памятника летчикам Манчестера… Посмотри…
Они вошли. На столике стоял маленький, вырезанный из картона проект: простой постамент, а на нем наискось белое, врезавшееся в плоскую поверхность крыло…
— Знаешь, в этом что-то есть, — Паркер обошел столик и посмотрел на проект с противоположной стороны. — Да, памятник обещает быть очень впечатляющим.
— Я сказал ему то же самое. Но он хочет чего-то большего, ищет выражение идеи той последней минуты, горечи падения… Сам знаешь, чего…
— Знаю.
Паркер еще с минуту рассматривал модель, потом оглянулся по сторонам.
— К счастью, здесь почти нечего осматривать.
Он машинально выдвинул ящик столика. Ножницы, клей, кусочки белого картона. Задвинул ящик.
Они вышли. К дому они возвращались не короткой дорогой, а вдоль края парка, прилегающего к берегу моря.
— Осторожнее, — заметил Джо. — Здесь сразу же за балюстрадой обрыв.
Внезапно в лица им ударил сильный луч света.
— Погасите сейчас же! — воскликнул Паркер. — Это я! — И добавил, обернувшись к Джо: — Думаю, моих людей уже можно снять с постов. Допрошу завтра Мерил Перри и конец. Она будет вынуждена сказать правду. А у других железное алиби, да ты сам знаешь… Все это: снотворное в кофе, убийство старого генерала, переписка с ним, все это дело рук Коули, его одного! И нам известно, что после смерти генерала девушка была в павильоне и уничтожила следы убийства… Других вариантов нет! — Убежденно закончил он, но мгновенно остановился и положил руку на плечо Алекса.
— Ты согласен со мной, Джо?
— Я по природе своей соглашатель, — зубы Алекса заблестели в лунном свете. — Я думаю, что ты можешь взять Мерил Перри под стражу, а остальным дай свободу. Ручаюсь тебе, что все сразу разъедутся, исключая Каролину, которая будет на похоронах… И я тоже останусь.
Они пошли в аллею, перед ними был дом. В окнах третьего этажа горел свет: в одном, другом, третьем, четвертом, пятом…
Обитателям Мандалай-хауз, как видно, в эту ночь не спалось.
  
Глава 19
 
Ты уверен, Джо?
 
Оказавшись снова в библиотеке, Алекс сел за стол и устремил взгляд на большую карту Индии. Паркер опустился в кресло напротив него.