Барон (СИ)
Раны активно заживают, любая собака позавидует. Болят, конечно, но уже срослось все и швы давно вытащили. Совсем недавно я даже не мог наступить на левую ногу, а левая же рука висела плетью. Но больше всего беспокоила рана на груди. Поморский бретер мне там все мышцы разворотил. Повезло, что не пробил ребра.
Сейчас я раненой рукой шевелю, но через боль, а на левую ногу встаю, только опираясь на своего Мясника. Не дайте Предки, драться придется, тут я пока не в лучших кондициях. Но в остальном уже полноценно организм функционирует.
Прокосячил я с этой дуэлью, недооценил противника. Но как сделать так, чтобы совсем не совершать ошибок? Я не знаю. О многом думать приходится. И военные вопросы — не единственные, а может, и не главные.
Чем выше становится мой статус, тем больше приходится думать о самых разнообразных вопросах. Особенно об экономике. Бестолковка забита так, что кажется, там уже ни на что места не осталось.
Вот, делаю на своих землях, что могу. Чтобы и самому богатеть и моим людям жилось как можно лучше. Но все ли правильно делаю? Я, ведь, не экономист. Заработок сейчас прет «как не в себя», а нет ли на этом пути хорошей такой мины? Ловушки?
Я не знаю. Страшно. Когда сижу со своим тиуном и подсчитываю «де́бет с кре́дитом», вроде и радоваться надо, и даже восторгаться периодически. Но тут же почему-то испанцы вспоминаются средневековые. Конкистадоры, итить их!
В свое время меня поразило, что испанская колониальная империя пришла сначала в экономический, а затем (закономерно) и во всеобъемлющий упадок. Начал интересоваться причинами, как тогда казалось, невозможного краха богатейшего государства.
Но все оказалось закономерно. Чудовищная инфляция убила блистательную Испанию, которая нарушила, наверное, все возможные законы исторического развития общества.
Я страшусь повторить судьбу Испании, хоть и на своем лилипутском уровне. Предпринимаю все доступные для меня шаги, чтобы предотвратить инфляцию* в баронстве.
* — Автор понимает, что не только переизбыток денег в экономике, но и их недостаток — это вредно. Когда ГГ создаёт новое производство, то и оборот денежной массы должен увеличиваться пропорционально.
Ну, насколько у меня ума хватает. Все-таки, я хоть и весьма начитанный землянин двадцатого — двадцать первого веков, но не профессиональный экономист.
Что стараюсь сделать и чего избежать? Максимально снизил импорт в феод. Постоянно развиваю собственные производства, деньги вкладываю в развитие производственной сферы и инфраструктуры своих земель. В то же время сдерживаю кредитование*, чтобы не создать переизбытка средств в обороте.
* — Ни ростовщиков как класса, ни банков на Этерре пока нет. Однако, для развития выгодных для своего баронства проектов, Сержио тер Аристи осуществляет целевое кредитование предпринимателей, через своего тиуна Хейка.
Борюсь с товарным дефицитом для снижения импорта, а также стимулирования разрастающегося населения к производству того товара, которого не хватает в феоде (к примеру, собственное производство соли).
Изо всех сил стараюсь сохранить баланс доходов и расходов казны. Создаю условия для увеличения экспорта из феода для своих производителей. Протекционизм — наше всё!
И успехи вроде бы есть, но растущее благосостояние Аристи разжигает зависть соседей. В баронство идут люди из всех окрестных земель «за хорошей жизнью». Пусть не полноводным потоком, но непрерывным, уж точно.
Это тоже создает напряженность с соседями, но я все равно стараюсь всех принять и устроить. Кстати, это еще одна причина содержать большое войско. Военная мощь — необходимость, а не детская нереализованная мечта задрота из Тотал Вар.
Когда я допил кувшин презентованного мне Кисилом ставленого меда, а в своей голове уже почти сочинил план построения Великой Империи, мои «гениальные» мысли прервал крик матроса с марса грот-мачты:
— Корабли! Прямо по курсу два когга! Идут прямо на нас!
И почему у меня такое чувство, что это не просто спешащие по своим делам, проходящие мимо борейцы?
Глава 12
Глава 12. Борейское море. Червен, 535 круг Н. Э.
— Корабли! Прямо по курсу два когга! Идут прямо на нас! — крик матроса-наблюдателя с марса грот-мачты плеснул мне в кровь адреналина.
— Капитан Зосим, экипаж к бою! — не раздумывая ни секунды заорал я.
Никаких «авось» и «небось», я лучше тысячу раз перестрахуюсь. Хватит мне уже «косячить».
— Мабон, Буеслав, быстро тащите мой доспех и оружие! — оба парня ринулись в мою каюту. А я, еле сдержав стон, встал и, опираясь на полуторник, подошел к бушприту.
Мой «бастард» — отличный меч. Но если дело дойдет до боя на палубе, а тем паче в каютах или трюме, то он будет неудобен. При отражении абордажа вначале хороши пехотные копья.
А вот когда схватка выплескивается через борт на палубу и дальше, в корабельные помещения, то короткие клинки либо топоры (а лучше интрепели) незаменимы.
На корабле закипела бурная деятельность. Расчеты метателей сбросили с баллист чехлы, приготовили к заряжанию снаряды и начали деловито взводить торсионные механизмы. Застучало кресало и вскоре рядом с баллистой в специальном держателе вонючим дымом зачадил факел.
Матросы, словно обезьяны, вскарабкались по вантам и заняли свои места на мачтах в готовности по первой команде командира корабля работать с парусами. Абордажники быстро вооружились и распределились на позициях по боевому расчету.
Через несколько минут ко мне на полубак поднялся наш шкипер. К этому моменту вернулись и Мабон с Буеславом. Паж и оруженосец быстро помогли мне облачиться в доспех и, забрав полуторник, убежали в каюту. Им еще самим вооружаться.
Щит и короткий меч. Думаю, больше мне ничего не пригодится. Я вынул из ножен вакидзаси и осмотрел лезвие. Мечу неслабо досталось в последней дуэли. На режущей кромке появились зазубрины. Пока редкие, но до этого их не было вообще.
Клинок спасали два обстоятельства: во-первых, качество стали, во-вторых, мое мастерство. Да-да, мне его до последнего момента вполне хватало, чтобы не принимать удары на режущую кромку.
Но мои пацаны — молодцы, максимально выправили и зашлифовали повреждения. А мне надо не забывать, что, несмотря на разницу в качестве того вооружения, что я захватил с собой с Земли, и местного, оно все равно имеет вполне себе предельные уровни прочности, гибкости и прочих важных для оружейного металла показателей.
К сожалению, когда-то могут и мой доспех пробить. Все же, это не фэнтезийный мифрил. Шлем я пока надевать не стал, оставив его болтаться на локтевом сгибе.
— Борейцы идут встречным курсом! — снова заорал на марсе наш «глазастый» наблюдатель и тут же добавил. — Ваша милость, это не купцы! Они до зубов вооружены и готовятся к бою!
Шкипер с ожиданием заглянул мне в лицо, а я призадумался. Что-то мне кажется, что сразу тупо идти на сближение, будет… действительно тупо. Атакующих ожидается никак не меньше, чем нас, а скорее всего больше.
Даже если мы одержим верх в предстоящем сражении, то это будет пиррова победа. Без серьезных потерь нам не обойтись. А оно мне надо? Мы до Гуйлиня еще даже половину пути не прошли.
— Капитан, разворачивай «Анну», — приказал я Зосиму. — Будем кайтить*.
* — Кайтить (игровой термин) — это наносить урон по противнику издалека, не давая ему приблизиться к вам на дистанцию ближнего боя. При этом игрок, который кайтит, не отступает и не дает цели расслабиться, постоянно провоцируя противника следовать за собой.
— Эээ… милорд, что вы сказали? — растерянно переспросил шкипер.
— Разверни «Анну» и уложи корабль на уходящий от борейцев курс. Держи дистанцию, не позволяющую добить до нас из луков и арбалетов. А сами мы будем расстреливать преследователей из баллист.
— Понял, милорд, — капитан развернулся от меня к экипажу, набрал в легкие воздуха и заорал. — Поворот оверштаг! Шевелитесь, жирные смуктуньи жопы!