Разлука не для нас

Всю ночь Кортни проворочалась в постели без сна. Поняв, что все равно не сможет подняться в семь, Кортни выключила будильник, снова легла и наконец забылась беспокойным тяжелым сном.
Ее разбудил телефонный звонок. Кортни с трудом разлепила тяжелые веки, взглянула на часы и удивленно заморгала. Четверть девятого. Кто может звонить в такой ранний час?
Кортни перекатилась на спину и потянулась к трубке. Может быть, это Эрик — беспокоится, хочет узнать, как она… Спасибо, но лучше бы дал ей поспать.
— Алло?
— Мисс Стюарт? Доброе утро! Это Сьюзан Филдинг.
Имя ни о чем не говорило Кортни — однако по спине ее вдруг пробежал холодок. Что за черт! Да нет, она просто рассержена ранним звонком…
— Да? — недовольно пробормотала она.
— У нас с вами есть общий друг. Эрик Коллинз.
С Кортни мигом слетел всякий сон. Голос в трубке звучал очень молодо и довольно напористо. Что ей нужно?
— Да? — повторила Кортни.
— Может быть, он вам обо мне рассказывал. Я фотограф.
Кортни молчала, сжав губы в тоненькую ниточку.
— Насколько я поняла, вы занимаетесь дизайном. А я слышала, что в этой области часто используется художественная фотография, и подумала, что мы с вами вполне могли бы вместе пообедать. Приглашаю вас к себе в студию. — Она тараторила без запинки и таким радостным голосом, что перебить ее было просто невозможно. — Заодно вы посмотрите мои работы.
— И когда вы предполагаете?.. — осторожно поинтересовалась Кортни.
— Сегодня, если у вас нет других планов. По-моему, чем скорее, тем лучше.
«Хочет посмотреть на соперницу», — мрачно подумала Кортни. Что ж, сама Кортни хочет того же. Эрику это едва ли понравится — но какое ей дело до мнения Эрика!
— В котором часу?
— Лучше всего в полдень.
— Хорошо. Продиктуйте мне адрес. — На столике у кровати всегда лежали карандаш и блокнот, так что Кортни быстро записала адрес студии на Ларкин-стрит. — Увидимся в полдень.
— Это обычная деловая встреча, — заверила ее Сьюзан, словно Кортни будет в затруднении, что надеть.
— Я приду в деловом костюме. Кортни медленно положила трубку, удивляясь собственному поведению. Что это взбрело ей в голову? Зачем ввязываться в проблемы Эрика, не имеющие к ней никакого отношения? Это только запутает дело… Должно быть, она просто не смогла противостоять напору Сьюзан. Кортни сбросила ночную рубашку и начала одеваться, размышляя о том, стоит ли позвонить Эрику. Наконец решила, что не стоит. Чем меньше знаешь, тем меньше волнуешься.
Студия Сьюзан располагалась на втором этаже складского здания на Ларкин-стрит. Место довольно неприглядное; впрочем, рассудила Кортни, едва ли клиенты Сьюзан бывают здесь часто. Над дверью красовалась большая вывеска: «Фотостудия Сьюзан Филдинг». Дверь закрыта, и звонка не видно. Кортни постучала.
— Войдите, — послышался жизнерадостный голос из-за двери.
По краткому описанию Эрика Кортни составила некоторое представление о сопернице и теперь увидела, что была недалека от истины. Первое слово, пришедшее ей на ум, было «очаровашка». Ковбойка в красную клетку, джинсы, кроссовки и сияющая улыбка. И кипучая энергия в каждом движении.
— Привет! — поздоровалась она. — Надеюсь, вы хотите есть? Я приготовила обед по-мексикански.
Кортни огляделась вокруг, но не заметила никаких признаков кухни. Только в углу, на столе, покрытом красной скатертью, стояли маленький холодильник, микроволновка и розовый бутон в серебряной вазе. Кортни отметила, что и роза, и ваза очень хороши. Сьюзан уже ставила на стол стаканы.
— У меня есть мексиканское пиво. Хотите?
— Да. — Кортни двинулась к столу, но ее внимание привлек стенд с фотографиями Эрика. Добрый десяток фотографий. И маленькие, и увеличенные. Господи, когда она успела? На снимках Кортни увидела кухню и гостиную, но не такие, как у Эрика дома. Сердце у нее упало, но она вспомнила о загородном доме и успокоилась.
Сьюзан заметила, куда устремлен взгляд Кортни.
— Хороши, правда? Он потрясающе фотогеничен. И даже лучше, что не улыбается. Улыбки на фотопортретах всегда выглядят как-то неестественно. Ведь в жизни люди не так уж часто улыбаются, верно?
 
Кортни тоже понравилось, что Эрик не улыбается. Напротив, выглядит довольно раздраженным.
— И что вы собираетесь с ними делать?
— Ну, большую часть, наверно, оставлю здесь. Это прекрасные образцы моей работы.
Фотографии действительно были недурны, и Кортни со всей возможной любезностью сказала об этом. Затем огляделась, ожидая увидеть еще какие-нибудь работы Сьюзан, но ничего не увидела. Комната была завалена камерами, проявителями, химикатами, пленкой — всем, кроме фотографий. На тумбочке, рядом с телефоном и адресной книгой, лежал портфель.
Микроволновка издала мелодичный звон, и Сьюзан объявила:
— Обед готов. Садитесь, а я налью вам пива.
— Я могу налить сама, — предложила Кортни. — Оно в холодильнике?
— Нет, нет, сидите. Я сама все сделаю. Сьюзан засуетилась вокруг стола. Через
несколько минут на столе уже стояло реленьо с соусом чили, горячие пирожки тортилья, а Сьюзан доставала из холодильника два разных салата с сыром, оливки, маринованные огурчики… Яствам не было конца, а в печке еще дожидался своей очереди пирог.
— Обожаю готовить, — призналась Сьюзан, расставляя тарелки. — Некоторые женщины говорят, что им не хватает времени на готовку. Что за чушь! Просто все они помешались на работе. Думают, что карьера важнее семьи. А по-моему, еда — это главное в жизни, ведь без нее не проживешь. Еда и крыша над головой.
Кортни с интересом рассматривала собеседницу.
— Поесть можно и в ресторане, — заметила она.
— Но это вовсе не то же самое! Никакого сравнения с домашней едой! Один Бог знает, чем вас там могут накормить! — Сьюзан сурово взглянула на Кортни. — Не подумайте, что я из тех, кто помешан на питании. Но я всегда ем только здоровую пищу. В этом обеде нет ни одного вредного продукта. Вы со мной согласны?
Кортни попробовала пирожок и кивнула.
— Великолепно, но, право, вам не стоило так утруждаться.
— А, ерунда. Я обожаю заниматься хозяйством. Готовить, шить, убирать и так далее. А от комнатных цветов я просто без ума. Сразу заметно, правда? — Она указала на подоконник, буйно заросший разнообразной зеленью.
Кортни вежливо заверила, что Сьюзан действительно без ума и это сразу заметно. Удивительно, думала она, как растения живут в этой удушливой атмосфере? В студии пахло какими-то на редкость вонючими химикатами; Сьюзан, должно быть, привыкла к ним и не замечала, но Кортни с непривычки подташнивало. Хорошо хоть, что резкий запах мексиканских блюд немного заглушил вонь.
— Но вам пришлось готовить еду дома, а потом нести сюда, — заметила Кортни.
— Да, я хотела, чтобы вы посмотрели на мои работы в студии. Такая жалость, что здесь нет кухни! Ну ладно, спасибо и на том, что есть. Я всегда готовлю обед дома, а здесь разогреваю и ем. А в «Макдоналдс» я не пойду даже под страхом смерти! Удивляюсь, как можно питаться в этих забегаловках?
— Едва ли кто-нибудь питается в «Макдоналдсе» регулярно. Но такие рестораны необходимы, когда куда-то спешишь и нет времени поесть как следует. Они дешевые, и обслуживание там быстрое.
— Мне кажется, многие мужчины едят кое-как, потому что им никто не готовит дома. А ведь мужчина после тяжелого дня заслуживает накрытого стола и вкусного ужина! — Сьюзан гордо обвела взглядом стол. — Я, придя домой после работы, всегда готовлю себе ужин и, разумеется, никогда не ем на кухне.
«Неужели она думает, что я ем на кухне?» — удивилась Кортни. Не удержавшись, она ответила на вызов:
— Обычно домоправительница оставляет мне ужин в духовке.
Сьюзан скорчила гримасу.
— Ну, это все равно что ужин по телевизору. В моей семье все женщины — прирожденные кулинарки. Мама начала учить меня готовить, когда я еще не ходила в школу. Она понимает, что это очень важно в семейной жизни. Когда мужчина весь день работает, он должен знать, что дома его ждет любящая жена и вкусный ужин. Мама никогда не садится за стол без папы, даже если он задерживается. А за ужином они разговаривают обо всем, что случилось за день. Папа — адвокат, так что ему всегда есть о чем рассказать. Мама однажды мне призналась, что не понимает и половины того, о чем он говорит, но это неважно… — восторженно продолжала Сьюзан.