Разлука не для нас

— А это… так важно? — пробормотала она.
— Может быть. — Глаза Кортни заискрились смехом. — Единственная проблема — ей двадцать три года и она еще девственница.
— Это она тебе сказала? Когда ты нанимала ее на работу?
Улыбка Кортни на мгновение померкла.
— Нет, мне она об этом не говорила. Не стоило бы об этом вспоминать, если бы… Понятия не имею, как Питер отнесется к девственнице.
— Я думаю, с восторгом, — заверила ее Кэтлин. — Он из тех мужчин, что обожают романтику. В нем есть что-то от принца Чарльза: за внешней небрежной галантностью скрывается неистребимая старомодная чувствительность. Он готов возвести женщину на пьедестал — конечно, при условии, что она не откажется от мытья полов.
— Мне такое не приходило в голову, — признала Кортни, — но, пожалуй, ты права. У матери Питера в семейном альбоме множество его юношеских фотографий. На всех снимках он с девушками — то поддерживает под локоток, то подает пальто. И вид у него при этом до умопомрачения серьезный. Я… — Кортни замолкла на полуслове, невидящим взглядом уставившись в стену. Поразившая ее мысль была проста, как все гениальное. Питер любит мать, а та просто души в нем не чает. День рождения у миссис Меррил в июне, и, если Кортни не изменяет память, в этом году ей исполняется шестьдесят… Да, совпадение как по заказу.
Кэтлин, насмешливо подняв брови, молча ждала, пока Кортни заговорит. Она знала, что ее начальница имеет привычку впадать в транс, когда ее осенит какая-нибудь блестящая идея. Наконец Кортни повернулась к ней, пробормотав какое-то извинение. Кэтлин пожала плечами.
— Ничего страшного. Так что же мне прикажешь делать?
— Я все сделаю сама. Но не выпускай из виду Сьюзан! Позвони ей и напомни, что вы завтра встречаетесь. Скажи, что она должна быть готова завтра же начать работу. Кстати, ведь эти два заказа не займут много времени?
— Да нет, и потом, они совсем не срочные.
— Неважно, главное, чтобы она пришла. В какое время вы встречаетесь?
— В десять.
— Отлично. Если мне удастся что-то сделать до этого, ты просто скажешь ей, что у нас есть для нее еще одна работа. Я тебя извещу.
Кэтлин поднялась, но не торопилась покинуть кабинет. По лицу было видно, что она умирает от любопытства.
— Кортни, это… личное дело?
— Очень личное и очень важное. Поговорим об этом в другой раз, ладно?
— Хорошо. — Кэтлин рассмеялась. — Похоже, на моих глазах развертывается захватывающая история.
— Надеюсь, что с хорошим концом, — серьезно ответила Кортни.
Она позвонила Питеру, но не застала его дома. Кортни нахмурилась. Досадная случайность может сорвать ее хитроумный план. Что, если Питер уехал на весь день? А ей нужно срочно с ним поговорить. Кортни раскрыла блокнот и начала записывать детали своего проекта, точно так же, как поступала с любым новым делом. Этот проект будет трудоемким и дорогим — как раз во вкусе Питера. Чем труднее и дороже, тем больше времени Сьюзан проведет с Питером… если только он согласится. Кортни решила сыграть на его сыновних чувствах. Ведь у миссис Меррил в самом деле почти нет фотографий взрослого Питера! Он любит фотографироваться, но к матери ездит только по большим праздникам. Миссис Меррил не раз горько жаловалась Кортни на невнимательность сына.
Закончив писать и просмотрев свои записи, Кортни попыталась сосредоточиться на текущей работе. Но мысли ее неизбежно возвращались к Сьюзан, готовящей что-нибудь вкусненькое на кухне у Эрика. Усилием воли Кортни заставила себя не думать о том, как трогательно-беспомощен больной мужчина… и о том, что Сьюзан — очаровательная девушка и прирожденная домашняя хозяйка… и о том, любит или не любит Эрик подогретую еду… Но, с трудом изгнав из головы эти несвоевременные мысли, она неожиданно для себя задумалась о том, как важен стал для нее Эрик и как глупо и недостойно подозревать его в обмане.
Он ни разу и словом не обмолвился о своей болезни. Ради всего святого, почему он такой молчун? Сьюзан говорила, что он не мог пошевелиться от боли, но Сьюзан склонна к преувеличениям, и Кортни нестерпимо хотелось самой выяснить, как обстоит дело. Как он? Чем ему помочь? Неужели она хуже Сьюзан справится с ролью сиделки? «Суп у нее наверняка из пакетика», — мстительно проворчала Кортни. Сама она не умела варить суп.
 
Кортни уже собиралась уходить, когда Нора сообщила ей о телефонном звонке из города. Сперва Кортни подумала, что это Эрик, но с радостью услышала и голос Питера.
— В чем дело? — спросил он. — Ты все-таки решилась со мной поужинать?
— Нет, но у меня есть предложение, которое, я думаю, тебя заинтересует. К сожалению, не относящееся к твоему делу. — Она выдержала паузу. — У твоей мамы в июне день рождения, верно?
— Да, ну и что? — с любопытством спросил Питер.
— И ей исполняется шестьдесят?
— Боже мой! Предположим, да. Ты предлагаешь мне бегать по городу, высунув язык, в поисках королевского подарка?
Еще когда они жили вместе, Питер посмеивался над ее страстью делать подарки. Сам он дарил близким безделушки, купленные в первом встречном магазине в самый последний момент.
— В такую знаменательную дату и подарок должен быть соответствующий, — твердо ответила Кортни. — Я объясню тебе, почему я об этом вспомнила. Несколько дней назад я познакомилась с работами одной девушки-фотографа, — по-моему, ей замечательно удаются портреты в домашней обстановке. Я собираюсь дать ей заказ на рекламную брошюру частной школы. Знаешь, снимки детей в классах, на дворе, в библиотеке… Что-то вроде семейного альбома. А потом я вспомнила, что каждый раз, как мы приезжали к твоей маме, она доставала из шкафа огромный альбом с твоими детскими фотографиями…
— Без этого она не может… — проворчал Питер.
— Но у нее почти нет твоих фотографий за последние годы, за исключением групповых снимков, сделанных на семейных праздниках. А это ведь совсем не то. — Кортни долго раздумывала, под каким соусом подать Питеру свою идею, и наконец решила сервировать ее как интересный деловой проект. — Знаешь, я думаю, немало родителей хотели бы увидеть снимки повседневной жизни своих детей. Такой альбом, красиво переплетенный, с дарственной надписью — великолепный подарок ко дню рождения или годовщине свадьбы. Взять хотя бы тебя. Есть ли у твоей мамы фотографии, на которых ты участвуешь в гонках, или играешь в поло, или удишь рыбу где-нибудь в глуши? Сомневаюсь. И я подумала, что это дело можно развернуть и превратить в доходный бизнес. О тебе я подумала прежде всего, потому что ты… ну, во-первых, ты очень фотогеничен, а во-вторых, любишь фотографироваться. Ты не будешь скованно вести себя перед камерой.
— Не нравится мне эта идея, Кортни, — с сомнением произнес Питер. — По-моему, чересчур слащаво.
— Старушки-матери всегда слащавы. Ну, не то чтобы слащавы — сентиментальны. Вспомни, она показывает альбом всем своим знакомым. Ты хочешь, чтобы они видели тебя младенцем на медвежьей шкуре — или таким, какой ты сейчас?
— А ты, пожалуй, права, — начал сдаваться Питер.
— Я готова даже сделать скидку. — Кортни уже не выбирала средств: только бы рыбка попалась на крючок! — А позже, если ты решишь открывать это свое агентство, многие снимки пригодятся тебе для рекламы. Конечно, создание альбома требует времени, так что начать надо как можно скорее. Разве тебе не хочется стать первым?
— Ну, не знаю. Значит, за мной повсюду будет таскаться эта твоя девица?
— Только ради твоей мамы, — настаивала Кортни. — К тому же, Сьюзан — чудесная девушка. Ручаюсь, вы с ней поладите. Может быть, ты узнаешь много интересного о работе фотографа.
— Я не хочу ничего узнавать о работе фотографа, — отрезал Питер. — Ладно, Кортни, я подумаю.
— Конечно. Только помни, что на создание альбома уйдет несколько месяцев, а день рождения у твоей мамы в июне.
— Значит, говоришь, сделаешь скидку?
— Совершенно верно. Хочу посмотреть, что из этого выйдет. Подумай, иначе ты можешь потратить гораздо больше, и никакой гарантии, что подарок маме понравится.